Укротитель ёкаев. Том 2 (СИ)

А потом глазастый новичок уделал меня на турнире. А потом моё копьё оказалось бесполезно против гибкого и универсального класса рунного мага. А потом какой-то клоун не посчитал нужным даже атаковать меня и просто вывел из боя, прочитав все мои намерения как книжный лист.
Сколько я ни тренируюсь, сколько ни выкладываюсь, а всякий раз заканчиваю, лёжа на земле. И в голове бесперестанно вертится вопрос: может, я что-то делаю не так? Может, двигаюсь не в том направлении? Почему эти злодеи так сильны? Почему новичок, недавно едва не убитый скрытником, держится с ними на равных, в то время как я лежу на земле?
— И к какому же ответу ты пришла?
— Ты ударишь меня, когда услышишь.
— Ты же воительница. Что тебе какой-то удар?
— Я решила пойти за ним. За клоуном. Прямо как этот нимерсиец. Ведь если я не буду улыбаться, он не убьёт меня сразу? А уж улыбнуться я не смогу, даже если очень захочу. Уверена, Сектил мыслит в том же направлении. Ведь его череда поражений началась ещё раньше, с того злополучного реванша, когда ты догадался выбить узлы на его панцире.
— А ты вообще представляешь, где его искать?
— Для начала ударь.
Бах!
— Спасибо. В сети ходит много слухов, а в даркнете и того больше. Ассоциация бездействует лишь потому, что герои ещё не оправились от ран.
— И всё же вместо поисков ты сидишь здесь и любуешься видами.
— Ага. Ведь Сена никогда не заключала сделок с орочьими колдунами, хоть те и сулили ей могущество. До самого конца она оставалась человеком. А ещё... Как я после такого посмотрю в глаза Фехтеру? Вроде как воин не должен отвлекаться на любовные дела, только вот...
— Сердцу не прикажешь, — закончил я за неё. — Фехтер сказал то же самое.
— Хах, правда?
— Приревновал тебя ко мне, такие вот дела.
Фенри невольно прыснула.
— Ну вот, а говорила, не сможешь улыбнуться.
— Тебе известно, как начались наши отношения?
— Нет, не интересовался.
— Фехтер — попаданец, хотя бы это ты должен знать. И я, представь себе, напомнила ему предводительницу отряда, в котором состоял Фехтер в своём прошлом мире. Звали её Найра. Тоже, кстати, рунный маг. Он восхищался той женщиной, и было за что. Она была гордой и умелой воительницей. Под её командованием отряд одерживал одну победу за другой. И Фехтер был тайно в неё влюблён. Как, прочем, большинство мужчин в отряде. Ведь природа её и внешней красотой не обделила. А потом их отряд угодил в засаду демонов, и возлюбленная погибла у него на глазах. Не в силах добраться до вражеского предводителя, Найра потратила остатки маны, чтобы нанести на клинок взрывные руны, и метнула его во врага. А вот на щит маны уже не осталось, и в тот же миг её закололи на глазах у Фехтера. И прямо так, выкрикивая её имя, он прилетел в Обинарию. Выскочил передо мной и едва не напоролся на моё копьё. Я поначалу ещё не поняла, что это за чудак и почему он зовёт меня Найрой.
— С причинами его влюблённости разобрались, а что в обратную сторону? Как он смог добиться от тебя ответных чувств?
— Ну, тут всё просто. Меня восхитил его рассказ о той женщине, и очень польстили слова о том, что мы с ней похожи. Может, меня до сих пор это и влечёт: осознание, что в его глазах я выгляжу той великой воительницей, а не героиней из ассоциации, всего-то научившейся делать сквозные выпады. Это мерзко, не находишь?
— Быть собой — не мерзко. И именно этого бы боишься. Боишься показаться перед ним такой, какая ты есть, и разрушить вымышленный образ.
— Не начинай. Я знаю, что он не станет осуждать меня и винить в слабости. Фехтер и сам понимает, что я — не она. Только вот какой мне смысл возвращаться, если в следующей же схватке с клоуном я снова ему проиграю?
— Так победи его.
— Хах, каким бы образом? Броня-то мне не помеха. Если бы я только смогла до него добраться... Но я не могу, как та женщина, превратить копьё в снаряд и метнуть его.
— Точно не можешь?
— Стопроцентно. Оружие — часть меня. Суть сквозного выпада заложена в самом моём естестве, в стремлении поразить цель, пробив любую преграду на пути. Это не сработает, если я не буду удерживать копьё в руке.
 
— Басс говорит, что способ есть. Он знаком с воинами с похожими талантами.
— Гилен, ты не представляешь, насколько внимательно я тебя сейчас слушаю.
***
В ассоциации нас встретили лучник и паладин. При встрече с первым Фенри стыдливо отвела взгляд.
— Не вижу рядом с тобой Сектила, — обратился я к Амарелу.
— Нашёл только это. — Блондин достал из кармана смартфон. — А владельца рядом не было. И очень сомневаюсь, что он случайно его оставил или потерял.
— Неужто решил последовать за клоуном?
— Серьёзно? — скривился Фехтер. — Каким ничтожеством надо быть, чтобы до такого додуматься?
Мне кажется, или я услышал скрип зубов Фенри?
— И что будем делать? Есть другие способы его найти?
— Боюсь, что нет. — Паладин покачал головой. — Ассоциации поднимали вопрос о вживлении в героев следящих маячков, но в конце концов решили, что это уже будет нарушением наших прав, и с небольшим шансом может быть использовано недоброжелателями. Кстати, тот же самый вопрос сейчас поднимается касательно видеонаблюдения в наших туалетах и душевых. И не только в Нимерсе и Мертхоне. Герои по всему миру, особенно женского пола, массово пишут заявления с требованием убрать камеры.
— Ладно, чёрт с этим Сектилом. Как ты сам правильно заметил, мы не дети, чтобы с нами нянчиться. Лучше сосредоточимся на главной угрозе.
— Без возражений. Проверкой слухов и вычислением его укрытия займутся другие люди, нам же следует обсудить тактику боя. Ну и решить извечный вопрос: как стать сильнее.
***
Обсуждение затянулось. На а ещё бы: несколько десятков героев с разными классами, среди которых предстояло выбрать основную нападающую группу и придумать, как скомбинировать их способности друг с другом. Вечера одного дня не хватило, и следующим утром мы снова собрались в комнате отдыха, которую за ночь успели полностью восстановить и добавить сидений.
Хотя организованность у нас, прямо скажем, была так себе. Лирина после вчерашнего не показывала носа из номера, где точно так же перебила все камеры и жучки, а заодно полностью зачистила свои официальные страницы, выразив таким образом своеобразный протест. В данный момент она слушала наши споры через микрофон моего смартфона, о чём знал только я.
Конечно, ей ничто не мешало запросить у руководства доступ к камерам в комнате отдыха, но с руководством она, как сами можете догадаться, ныне не разговаривает. И стрим не включить. Клоун — это вам не акума, а разумное существо, и ещё не хватало, чтобы он следил за обсуждением тактики против себя с ведёрком попкорна в руках.
Парочка из копейщицы и лучника тоже слиняла. Фенри в данный момент вообще не рассматривалась на роль участника битвы и решила сосредоточиться на развитии новых способностей. А Фехтер, заметив её разбитость и напряжённость, предложил возлюбленной сделать перерыв и приговорить бутылочку вина в местном кафе.
Со стороны Нимерса тоже было немало прогульщиков. Так мы и сидели неполным составом, высказывая идеи, какие ещё трюки можно провернуть против этого клоуна и его непрошибаемой брони. И поглядывали краем глаза на плазменный экран, где крутился эфир официального канала ассоциации. На убавленной почти в ноль громкости, дабы не отвлекать нас от важных тем. По крайней мере до этого момента.
«Срочный выпуск! Герой мертхонской ассоциации Сектил только что засветился в одном из неблагополучных районов на западе столицы!»
Три десятка голов разом повернулись к экрану. Включенная видеозапись с первых кадров выдавала бюджетную камеру с тряской и слетающим фокусом. Но мы тут не в кино пришли. Лишь бы разглядеть, что там учинил пропавший соратник.
***
Район и впрямь не из лучших: давно не ремонтированные дороги, облупившаяся штукатурка на домах, компания неотёсанных парней в кадре. И направляющийся к ним легко узнаваемый мускулистый парень строгой наружности.