Далеко от яблони. Родители и дети в поисках своего «я»

Сторонники «Безумной гордости» отстаивают широкий спектр практик укрепления здоровья. Дэвид В. Оукс, который возглавляет общество MindFreedom International и имеет диагноз «шизофрения», лечится физическими упражнениями, консультациями с членами общества, диетой и походами по диким пустынным местам; он отказался от лекарств и призывает других бросить вызов психиатрической системе. О периоде, когда в молодости его принудительно лечили, он сказал: «Они заложили яблоко раздора в чертоги моего разума» [941]. Свою деятельность с тех пор он характеризует так: «Человеческий дух эксцентричен, уникален и непобедим, он и странный, и неудержимый, и прекрасный. Так что на самом деле речь идет о восстановлении того, что значит быть человеком, перед лицом так называемой нормальности». Салли Зинман из Калифорнийской сети клиентов учреждений психического здоровья сказала: «Дэвид похож на Малькольма X. из движения выживших после психиатрического лечения. Он говорит правду во всей ее грубости и чистоте».
Оукс привлек внимание общества к своему делу. Когда он организовал голодовку в знак протеста против биологической модели психического заболевания, Американская психиатрическая ассоциация встретилась с бастующими, но компромисс не был найден, и в итоге вышло заявление, в котором говорилось: «К сожалению, перед лицом научного и клинического прогресса небольшое количество людей и групп продолжают подвергать сомнению действительность и клиническую обоснованность расстройств, затрагивающих разум, мозг и поведение». Недавно антифармацевтический активист Питер Бреггин проводил кампанию против использования антипсихотиков, говоря: «Видимое улучшение, которое демонстрируют пациенты, на самом деле – инвалидность и потеря умственных способностей» [942].
Отрицание биологической природы психического заболевания или, в конце концов, биологической природы психического здоровья, как бы ни определялось такое состояние, выглядит абсурдно и слезливо. Но было бы неправильно отмахнуться от Дэвида Оукса и Салли Зинман, как от сумасшедших. Их отношения с Фуко и Лэнгом напоминают отношения Томаса Джефферсона с Руссо или Ленина с Карлом Марксом. Идеи – это предпосылки действий, но философы, которые вынашивают новые концепции, редко применяют их на практике. «Безумная гордость» представляет собой буквальное воплощение старого афоризма о сумасшедших, управляющих сумасшедшим домом. Эти активисты считают, что они сбросили ярмо угнетения. У них обоих серьезное заболевание, и они оба пострадали от тирании принуждения. Вопрос в том, способны ли они решить проблему принуждения без ложных утверждений о природе психического здоровья.
Хотя большинство сторонников «Безумной гордости» критикуют врачей за продвижение лекарств в качестве основного средства лечения психических заболеваний, многие полагаются на то, что эти лекарства действуют, и поддерживают право других выбирать самим, принимать их или нет [943]. Они настаивают на работе над минимизацией побочных эффектов для тех, кто должен принимать такие препараты. Другие активисты говорят о том, что они «за выбор» в отношении лекарств. Фармакологическое лечение шизофрении сопряжено с риском неврологических нарушений, метаболических дисфункций, интоксикации, диабета, заболеваний крови и быстрого набора веса. Многие люди, которые изначально воспринимают психическое заболевание как катастрофу, могут сами принимать решение о том, насколько лечение помогает и насколько вредит. Активист Уилл Холл написал в своем «Руководстве по снижению вреда при отказе от психиатрических препаратов»: «В культуре, поляризованной пропагандой фармацевтических компаний, направленной на медикаментозное лечение, и антимедикаментозной программой некоторых активистов, мы предлагаем подход, ориентированный на снижение вреда, чтобы помочь людям принимать решения самостоятельно» [944].
Британская романистка Клэр Аллан писала: «Такое чувство, словно есть некое соглашение, контракт, который вы подписываете, когда в первый раз терпите неудачу, и, если вы когда-нибудь выйдете из своего безумия и снова попадете в „нормальный“ мир, вы обещаете никогда не упоминать то, что случилось. Стигма психического заболевания лишает людей собственного опыта, фактически говорит им, что в течение месяцев или многих лет либо периодами (как это часто бывает) они вообще не существовали. Стоит ли удивляться, что такие группы, как „Безумная гордость“, видят необходимость решать проблему самооценки» [945]. Как и другие движения, описанные в книге, это движение поддерживает в людях с неизлечимой болезнью чувства целостности и ценности. Подчеркивается необходимость развивать полезные практики ухода за собой для поддержания физического и эмоционального благополучия. Активисты «Безумной гордости» акцентируют внимание не на возврате к допсихотическому состоянию, а на конкретных шагах, которые психически больные люди могут предпринять, чтобы жить настоящей, функциональной и честной жизнью. Отвечая Клэр Аллан, один онлайн-комментатор сказал: «По словам моего врача, я сумасшедший. Я горжусь тем, кто я есть, и глупо притворяться, что мое безумие не является частью меня». Веб-сайт проекта Icarus объясняет: «Мы – сообщество людей, имеющих опыт, который часто диагностируется и представляется как психическая болезнь. Мы считаем, что этот опыт – щедрый дар, нуждающийся в совершенствовании и уходе, а не болезнь или расстройство» [946].
Можно много говорить о принятии себя с любым заболеванием, но для больных шизофренией это колоссально трудно. Некоторые из тех, кого я встречал, смогли найти в болезни смысл, но никто не выглядел от этого особо радостным. Несмотря на воодушевляющие заявления сторонников, «Безумная гордость» ничем не похожа на движение за права аутистов. Я подозреваю, что это отчасти связано с неумолимым прогнозом, но больше с поздним началом шизофрении. Люди с аутизмом не могут представить себя без своего расстройства; это часть их характера. Люди с шизофренией могут представить себя без нее, потому что у большинства ее не было в течение первых двух десятилетий жизни. Если они говорят о «хорошем самочувствии», то представляют не недоступную выдумку, а знакомое прошлое. «Безумная гордость» хороша для тех, кто в нее верит, и имеет серьезные философские основания, но большинство людей, впадающих в психоз, испытывают его до тех пор, пока негативные симптомы и нейролептики, как беспрерывная пытка, не подавляют их личность.