Жена Генерала (СИ)
Умом я понимала, что он прав. Но внутри все сжималось, стоило только подумать, что я потеряю нашего мальчика.
Витя нашел лучшую клинику, лучших врачей. Иван Семенович - врач с большим стажем, который взялся вести Мишу, производил впечатление опытного человека и вселил в меня надежду на первом же приеме. Он очень ловко сумел достучаться до меня, и страх, сковывавший меня все это время, стал отступать.
А дальше началось лечение, анализы, визиты в клинику… Миша стал капризным, не таким веселым и жизнерадостным. И это угнетало меня. Оказывается, видеть, как страдает твой ребенок - ужасно. Я и раньше это понимала, но прочувствовала только сейчас в полной мере.
Незадолго до первого дня рождения Мишутки Иван Семенович пригласил нас с мужем на встречу и, рассказав о ходе лечения, упомянул, что, вполне вероятно, будет иметь смысл прибегнуть к донорству костного мозга.
- Прежде всего, конечно, стоит проверить родственников, - сказал он тогда. - Хотя это не гарантия, и можно будет обратиться в банк костного мозга, но это определенные формальности и очереди. Это надо понимать.
- Мы проверимся, - твердо произнес тогда муж. А поймав мой растерянный взгляд, просто сжал покрепче мою ладонь и снова посмотрел на Красовского.
- Правильное решение. Нужно использовать все варианты.
Домой мы возвращались молча, каждый погруженный в свои мысли. И уже в спальне я все же не выдержала.
- Вить, ты же понимаешь, что шанс, что кто-то из нас подойдет…
- Понимаю. Но это не повод отказываться от анализов.
- Конечно, нет! Я не об этом, - смутилась я. - Может, не терять время и сразу подать запрос в банк? Что, если мы упустим эти дни?
Он молча обнял меня, прижал так крепко, что я буквально ощутила нас одним целым.
- Конечно, подадим, Ян. Наш мальчик поправится. Обязательно поправится, слышишь?
Я всхлипнула, боясь поверить, что стоит только расслабиться, как произойдет новый удар.
- Но раз Иван Семенович заговорил про донорство, значит, другое лечение не помогает? Он, выходит, не верит в результат?
- Милая, он просто перестраховывается. Сама же понимаешь - пока сдадим анализы, пока найдем подходящего донора… Все это драгоценные дни. Лучше быть готовым.
- Ты так думаешь?
- Уверен! И ты должна верить, Ласточка.
И я старалась. Мы оба старались.
Каждый день я ездила к сыну в больницу, поддерживала его, развлекала. И каждый раз, видя его бледное, осунувшееся лицо, мое сердце обливалось кровью. Но сдаваться и плакать я не имела права. Потому что нужна была Мишутке.
Дни шли, а я с замиранием сердце ждала результаты очередных анализов и ответа по поводу подходящего донора. Я надеялась, что эта “страховка” нам не понадобится, что все обойдется, но вместе с тем каждый день ждала, что вот-вот позвонят и скажут - нашли, подобрали.
Вот только вместо этого дождалась совсем другого…
Однажды в палате сына меня встретил незнакомый мужчина вместо ставшего уже привычным Красовского.
- Добрый день, - растерялась я.
- Здравствуйте. Янина Сергеевна?
- Да, это я, - мельком бросила взгляд на Мишу, который крепко спал в кроватке. - А вы?
- Я новый лечащий врач вашего сына - Евгений Николаевич.
- А где Красовский? - опешила я.
- Увы, к сожалению, Иван Семенович попал в аварию.
- Боже, что с ним? Он жив?
- Да-да, не волнуйтесь. Просто какое-то время он не сможет работать, так что… - мужчина развел руками.
- Понимаю, - с сожалением произнесла я. А сама мысленно выругалась - как же все не вовремя! Эгоистично, некрасиво, но в этот момент я подумала только о своем ребенке.
- Вы не волнуйтесь, мы с Иваном Семеновичем будем координировать дальнейшее лечение, - успокоил меня Евгений Николаевич, верно истолковав мое замешательство. - Понимаю, с ним у вас уже сложились определенные отношения и доверие…
- Нет, это вы простите меня, - повинилась я. - Просто все это очень…
- Не стоит. Я понимаю. Дети - самое ценное в нашей жизни. Не оправдывайтесь.
Я виновато улыбнулась в ответ. Стало очень неловко за свою реакцию.
- Еще раз извините.
- Проехали, - миролюбиво подвел итог наш новый врач. - Пришли анализы по совместимости, но вы, наверное, и сами догадываетесь о результате.
- В каком смысле?
- В том, что вероятность совместимости вашего мужа, как биологического отца, гораздо выше. По понятным причинам. И сегодня мы получили документальное подтверждение этому - костный мозг Виктора Дмитриевича подойдет, если в этом возникнет необходимость. Правда, совместимость чуть больше пятидесяти процентов. Поэтому я бы не стал отзывать запрос из банка, просто на всякий…
Но я уже не слушала дальше. В голове звенели те самые слова…
- Что значит, мой муж - биологический отец?
Врач замер, непонимающе глядя на меня.
- Так Иван Семёнович меня предупредил об этом, когда вводил в курс дела и передавал вашего Мишу… - растерянно произнес он. - Сказал, поэтому Виктор Дмитриевич, вероятнее всего, и подойдёт в качестве донора…
С каждым новым словом во мне что-то умирало. Получается, я не ослышалась? Мой муж и правда был отцом нашего усыновленного Мишеньки?
- Погодите, Янина Сергеевна, - занервничал мужчина, видя мое состояние. - Возможно, Красовский что-то напутал. Все-таки он еще не оправился после аварии. Или я не так его понял. Давайте, я сначала всё уточню, а затем будем делать выводы… А то ведь накрутите себя, а окажется, что это просто недоразумение…
Наш новый лечащий врач все сильнее волновался. Оно и понятно - мой муж влиятельный человек. И если он его сейчас, по сути, сдал, то Виктор катком проедет не только по самому Евгению Николаевичу. Нет, Витя - человек жёсткий. Заденет всех, кто дорог мужчине.
- Вы только не говорите пока мужу ничего, да? - кажется, он не в первый раз уже это спрашивал, судя по напряженному взгляду, в глубине которого плескался настоящий страх.
Перед глазами встали образы прошлого - как мы с Витей долго пытались завести ребенка, как я отчаялась и потеряла веру в себя, как впервые услышала в нашем доме крик ребенка и как поддалась порыву, а муж вроде бы и не настаивал, но все время смотрел как-то по-особенному. Но тогда мне подумалось, что это он так переживал за мое душевное состояние, а оказалось…
Оказалось, что я не знала самого главного...
Что мужчина, который однажды повстречался мне на пути, который спас от кошмара и надругательства, который завоевывал и добивался меня так долго, на самом деле просто… предал.
В груди все сдавило, там будто разрасталась огромная черная дыра, уничтожая все на своем пути.
Я же была самой счастливой женщиной. А теперь оказалось, что у мужа есть ребенок на стороне.
Ребенок от другой женщины.
Ребенок, которого я усыновила и полюбила всем сердцем…
Малыш, которого я называла сыночком, и за жизнь которого молилась каждый вечер.
И который был прямым доказательством измены мужа…
- Янина Сергеевна! - я перевела невидящий взгляд на врача. - Наверняка это какая-то ошибка.
- Все в порядке, - едва слышно произнесла я. - Не волнуйтесь. Мне просто нехорошо. Голова с утра болит.
- Уверены? - нервно спросил мужчина.
- Да-да. Что еще, кроме этих анализов? Вроде вчера брали кровь у Миши? - я попыталась перевести тему разговора, потому что просто не могла сейчас продолжать думать об этом. Позже. Обязательно. Но позже.
- Брали, - живо ответил Евгений Николаевич. - Пока ждем. Прошлые показатели были весьма неплохими. Так что пока все назначения оставляем прежними. С Иваном Семеновичем все согласовано.
- Хорошо.
- Что ж, я тогда зайду чуть позже.
- Да, спасибо…
Как только мы с Мишей остались одни, я практически упала в кресло и беззвучно заплакала. Наверное, так больно мне не было, даже когда мать не поверила, что ее хахаль пытался меня изнасиловать. В голове не укладывалось, как такое возможно - Витя настоящий отец нашего Миши!