Супермама для вишенки

Мы прошли в просторную, украшенную различной мишурой квартиру. Конфети, воздушные шары. Вечеринка в полном разгаре.
Громко играет музыка. Разноцветные неоновые лучи носятся по всему залу и прибавляют еще больше атмосферности. Проходим в самый эпицентр событий.
Зал забит незнакомыми мне мужчинами, женщинами. Они отрываются под проникновенный голос Аллегровой: «Угнала, тебя угнала…». Натка сразу почувствовала себя в свой тарелке и направилась в центр танцпола с высокоподнятыми руками. Я же продолжала скромно стоять в сторонке.
Признаюсь честно – мне не совсем уютно. Я пыталась пританцовывать, разглядывать через световые блики своего единственного. Но ничего подходящего. Тут кто-то неожиданно подошел ко мне со спины.
- Дэвушка! – послышался мужской голос с кавказским акцентом прямо возле моего уха. – Потанцуем?
Я резко обернулась и передо мной стоит мужчина невысокого роста с мохнатыми черными бровями, как у Брежнева. Он улыбается, показывая десна.
- Извините, нет! – кричу ему в ответ. Но он продолжает ко мне клеиться.
Прилип как банный лист, сворачивает свои губы в трубочку и просит о поцелуе. При всем уважении к Нате и к хозяйке вечера, которую я не знаю, мне приходится бежать с этого грандиозного праздника. Схватить верхнюю одежду, и пока кавказец идет за шампанским взять ноги в руки и нестись пока трамваи ходят. 
Какая-то совсем черная зебра мне попалась. Выхожу на улицу. Мне в лицо бьет холодный ветер. Решаю пройтись пешком до автобусной остановки. Иду по тротуару, вспоминаю, что не сказала Нате о своем уходе, но у меня просто не было на это время. Иду, думаю, может лучше ей написать смс-ку, как слышу позади себя лай собак. Останавливаюсь, резко оборачиваюсь и вижу, как в мою сторону бегут две здоровенные собаки. Они рычат и все сильнее набирают. Псы далеко, но догнать могут.
‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Тут же срабатывает инстинкт самосохранения. Сворачиваю, куда-то в подворотню, где нет таких ярких фонарей. Продолжаю бежать, искать убежище. Лай собак не утихает. Они гонятся за мной. Вот-вот их злобные челюсти сомкнуться на моей ноге.
Вижу вдали мужской силуэт. Кто-то в черной куртке стоит под фонарем и капается в своих карманах.
Вот он! Мой спаситель. Бегу к нему, не жалея сапог. Подлетаю к незнакомцу, бросаюсь на шею со словами:
- Помогите!
Он быстро ориентируется в чем дело. Прячусь за его спину. Он с легкостью прогоняет собак, от которых я бежала быстрее, чем электровеник. Еще немного и они точно догнали меня.
Заскулив дворовые псы, чем-то похожие на ротвейлеров разворачиваются и бегут обратно прочь. Да, признаюсь – я боюсь собак.
Выглядываю из-за его широкой спины, вижу, как дворняги отступают, и потихоньку прихожу в себя.
Хочу сказать спасибо, но вглядываюсь в черты лица… И узнаю его.
- Глеб. Глеб Юдин?
 
Глава 10
Глеб Юдин – мое самое плохое школьное воспоминание. Его я никогда не забуду и узнаю из тысячи. Юдин – мой одноклассник, который только что и делал – всячески портил мне жизнь.
Он стрелял в меня бумажными пульками из ручек, устраивал водяные бомбочки, подлаживал кнопки на стул, рисовал с меня пошлые комиксы, отправлял мой портфель  в окно прямо с третьего этажа. Он всячески меня доставал. Делал все возможное и невозможное, чтобы меня позлить, обидеть, довести, доконать. Но даже если шалости, остаются шалостями, то, что он устроил на выпускном – не поддается никакому логическому объяснению. Это невозможно забыть и всячески стереть из памяти. До сих пор не могу понять, чем? Чем я ему так не угодила…
- Привет красотка! – раздается его звучный голос.
Даже со временем, Юдин остается в своем репертуаре. Понимаю, что он не просто так называет меня красоткой. Красотка - сокращенно от моей фамилии  Крассоткина. Крассоткина Вера Николаевна.
Резкий поток холодного ветра. Срывается снег. Погода начинает портиться. Ежусь от холода, смотрю на него в вихре снежинок под зажженным фонарем и понимаю, что он не изменился ни внутренне, ни внешне. Только стал старше. Мужественней что ли. Большие карие глаза, высокий рост, атлетическое телосложение. Жесткая щетина скрывает его волевой подбородок. А еще у него темные волосы и смуглая кожа. Брутальный мачо на выезде. Глебу как обычно присущ артистизм и легкая экстравагантность.
- Что ты тут забыл?
- Стою, ищу ключи от тачки. Ах, вот они! В заднем кармане, - достает небольшой брелок и крутит его в своих руках. А ты детка, вижу не скучаешь ночами? Бабочка в полете? Хотя… Прикид у тебя не самый лучший для этих целей.
- Хам! – разворачиваюсь к нему спиной, понимаю, что нам как обычно не удастся поговорить нормально. Юдин не меняется. Время не подвластно над ним. Все такой же язвительный грубиян.
- Я думал, ты пригласишь своего спасителя на чай-кофе-потанцуем? – кричит мне в след. А? Крошка? Сообразим? – стреляет глазами, вскидывая бровь. Понимаю, на что он, поворачиваюсь к нему лицом и решаю не сдаваться без боя:
- Крошки у тебя в кровати. Поэтому если захочешь «сообразить», съешь в постели сухарик. И крошки тебе обеспечены.
- Ладно, ладно! – демонстративно разводит руками в разные стороны. Давай подвезу, - он меняет тон и говорит без капли иронии. – Вдруг на тебя еще кто-нибудь нападет. Или вдруг эти волкодавы вернуться?
- Юдин – ты не исправим. Хорошо.– Понимаю, что прав и соглашаюсь, чтобы он меня подвез.
Глеб тут же повеселел, хлопнул в ладоши, а его глаза засверкали, как у шкодливого кота. Он нажал на брелке кнопку и в нескольких метрах от нас мигнул роскошный внедорожник.
- Это что твой? – не могу скрыть удивления. На самом деле я никогда не интересовалась жизнью одноклассника, но как-то слышала, что он преуспел. Предпочитаю верить глазам, а не слухам.
- Неа. Дали покататься, - отрицательно качает головой, и мы идем к его машине.
Он галантно открывает мне дверь, и я оказываюсь в удобном салоне.
- Только не говори, что у тебя дома мама? – садится на водительское место, заводит шикарное авто. Машина приятно рычит и трогается с места.
- Причем здесь моя мама?