Ловец сбежавших невест
- Тщеславный, - подсказал угодливый Генри.
- Ритуал, что она описала, действительно готовы были провести; я пришел в этот квартал, и между крохотных домишек я видел кипящие котлы. Кипящие лавой и серой, добытой в сердце преисподней! Тут собирались принести жертву демонам, тем, которых сотворила сама черная магия. Чернокнижников, некромантов и вампиров там было очень много; все они хотели отхлебнуть по глоточку от силы, что прольется, когда жертву изжарят в адском пламени.
- О, так вы ее в котел макнули?! - радостно спросил Генри. Тристан неодобрительно посмотрел на него.
- Она явилась в блеске и дыме, подобная самой яростной и коварной демонице, - ответил он. - И вызвала меня на дуэль. На деревянном помосте, над котлами, куда меня выманили ее дружки, я должен был драться за свою жизнь, и небо должно было нас рассудить.
- Глупая, - подытожил Генри.
- И тщеславная, - мстительно заметила я. Тристан кивнул.
- Из ее хвастливой издевательской речи, которую она произнесла не столько для меня, сколько для собравшейся там нечисти, я понял, что она меня, Инквизитора, Первого прочила в жертву, чтобы как следует услужить преисподней и получить от нее мощь. Нечистыми чарами они погасили мое благословение, и я остался во тьме как простой человек, слабый и заплутавший. Я мог надеяться только на свои руки и на свой меч. Негодяи, нападавшие на меня, падали в котлы без счета, а она смеялась.
- То есть, вы, отбиваясь от врагов, невольно совершали жертвоприношение!? - воскликнул догадливый Генри. Тристан снова кивнул.
- Да. Тьме все равно, кого поглотить. Когда Офелии показалось, что магии, струящейся из котлов, у нее собралось достаточно, она напала на меня сама. И это была действительно страшная темная мощь!
- Но не на того напала! - ликуя, воскликнула я. Тристан недобро, криво усмехнулся.
- Разумеется, - процедил он сквозь зубы. - Я был намного опытнее нее в плане подраться, хоть и производил впечатление человека, который не способен дать даме оплеуху. Но она же напала не на мальчика со шпагой, а на Инквизитора. На Первого. В магической тьме, которая отняла мои крылья, я, хоть и стал просто человеком, все же душой оставался Инквизитором, а она - она была глупой, самонадеянной девчонкой. Видела же, как я уничтожаю ее помощников, и тщеславно думала, что ей удастся справиться со мной? Нечестивица, преступница, свершающая свои черные дела во славу преисподней… И я просто выполнил мою работу. Я без жалости пронзил ее мечом, прямо в голову, в глаз, пробив череп насквозь, и столкнул в кипящую лаву. Хотя, надо признать, в поединке она здорово меня потрепала и отсекла мне ногу - да, пришлось потом с ней повозиться.
- Окунул ее в котел! - восхитился Генри.
- Да не окунул, - ответил Тристан, - а скинул, макнул по самую маковку.
- Но она выглядит обваренной только наполовину, - с сомнением заметила я.
- Естественно, - ответил Тристан. - Половиной своего тела она расплатилась перед Тьмой. Половину тела и жизнь ей демоны вернули за верное служение. Но это было потом; это я узнал много позже. Она выжила, благодаря силе, что дала ей демоническая тьма, и сколотила какую-то банду. Слухи о ней всплывали то там, то сям, но лично мы не встречались ни разу. Только однажды - когда люди меня собирались закопать, - она пришла посмотреть на это. Смеялась и кричала, что мы еще встретимся… М-да…
- А собак она почему так боится? - спросила я, погладив Бобби. Тристан задумчиво посмотрел на мой мешочек, пожал плечами.
- Этого я не знаю, - ответил он. - Спросите у нее самой при случае.
***
Глава 8. Минутная слабость Инквизитора- Но ради удовлетворения своих пошлых, грязных желаний она заварила эту кашу?! Не верю! - горячо воскликнул Тристан. - Не слишком ли много злодеяний для того, чтобы отомстить за мои оскорбительные слова?
Генри неопределенно пожал плечами.
- Люди совершают порой чудовищные поступки, чтоб скрыть маленькую шалость, - неопределенно ответил он. - После купания в котле это уже не ваша знакомая, а демон. Откуда вам знать, что у нее теперь творится в голове?
- Получила то, что заслужила! - безо всякого сожаления заявила я. - Нам теперь главное - правильно организовать погоню за сбежавшим чудовищем! Вы же видели, где она скрылась? Там наверняка есть подземный ход!
- За Офелией, - строго поправил Тристан. Мне показалось на миг, что наш ершистый, суровый Инквизитор, своими руками отправивший Офелию в преисподнюю, очень жалеет о таком страшном конце красавицы, и оттого в своей душе хранит ее имя - словно высеченное на гранитном надгробии. Впрочем, это, наверное, мне лишь показалось… - Генри, вы обещали нам магическую ловушку. Ради пресвятой магии, скажите, что вы не солгали! Скажите, что вам достаточно знаний и полномочий ее изготовить! Скажите, что вы бравировали, не хвалились попусту! Сделайте ее, Генри, иначе нам удачи не видать!..
- Я сделаю, - твердо уверил его Генри. - Не сомневайтесь! А вы?..
- Я доставлю девушку домой, - сухо ответил Тристан, кивнув на беглую невесту, о присутствии которой мы все позабыли, разоткровенничавшись. - И приставлю к ней пару полицейских покрепче. Ее надо защитить и от негодяев, и ее жениха.
- У вас доброе сердце, господин Инквизитор, - музыкально произнесла девушка, сделав легкий изящный реверанс. Прилично воспитана, надо же!
Тристан искоса глянул на нее.
- Мое сердце черно, как пересохший колодец, - огрызнулся он. - Я просто действую в интересах Гемато-короля. Его подданные должны быть защищены ото всех бед, и неважно кем - нечестивцем-инквизитором или бравыми блюстителями порядка.
- У того, у кого крылья белы, черного сердца быть не может, - смиренно ответила девушка, скромно опуская глаза. Определенно, если б не ее отчаянный плач, если б не ее история, я б подумала, что сейчас она издевается над Тристаном, нарочно дразнит его, нахваливая и восторгаясь им.
- Я воин, - упорствовал Тристан, - не святоша. Свое право благословлять я получил, убив кучу негодяев.
- Негодяев, - с очень понятным выражением повторила девушка, глядя на Тристана какими-то подозрительно веселыми глазами. - Не обворовал, не отнял последнее, не лишил доброго горожанина крова и жизни. Разве можно это сбрасывать со счетов?
Тристана передернуло; странно, но наш бравый Инквизитор не любил, когда его хвалят, пусть даже и заслужено. Или его смущало, что девушка его нахваливает? Расслышал что-то крамольное в ее словах?
- Ужасный век, - пробурчал Тристан, исподлобья с неприязнью глядя на девушку. - Достоинством считается уж то, что ты никого не прирезал в темном переулке!
- Не многие могут этим похвастаться, - сладенько и добродетельно отозвалась девушка, скромно потупив глазки. - Бюргеры - и те хранят скелеты в шкафах.
- Слишком много слов! - огрызнулся Тристан. - Энди, дайте-ка мне ваш револьвер. Чую, он мне понадобится!