Рыжая невеста Хаоса

Сердце забилось в ушах. И в запястьях, и даже в пятках. Дыхание перехватило.
И что теперь? Если тогда, на площади я вообще ничего не успела сообразить, то здесь… глаза в глаза… медленно.
Он словно ждал чего-то, не двигаясь и глядя на меня. Я же разрывалась ровно напополам – между “сделать шаг вперёд”, и “удрать домой, запереться на все замки”. Последний вариант – явно правильнее.
– Расскажи мне, – вдруг попросил Тим и я недоуменно хлопнула глазами. Вовсе не этого я ждала и боялась. – Расскажи мне о себе.
– А зачем тебе? – глупо брякнула я от неожиданности.
На самом деле идея правильная. И почему я не догадалась спросить первой? И что это так грызет в груди?
“А обида,” – ехидно проворчал внутренний голос. Я поджала губы и приказала ему заткнуться. Кстати, Жнец подозрительно долго молчит. Подняв на него взгляд, я вопросительно двинула бровью.
– Ну. Должен же я знать, кто украл моё сердце одним лишь взглядом, – и он тоже задвигал бровью, лучезарно улыбаясь. В лунном свете ну чисто вампир получился.
Каюсь, на миг мне стало щекотно в затылке и зачесались к полёту крылья. Но ненадолго. Сиропное настроение быстро вымыла здоровая злость – да кем он меня считает? Девочкой Стоит-поманить-падет-к-ногам?
–  Дурачишься? – я вздохнула. Показывать, как он меня зацепил, точно не  стоило. Нужно держать себя в руках.
– Немного, – он покаянно коснулся пальцами лба. – Но...
– Но ты прав, мне тоже хотелось узнать о тебе побольше.
Я вдруг вспомнила, что знакомы мы, на самом деле, меньше суток. А ведь из-за... сна о прошлой жизни казалось, что я знаю – и боюсь его – вечность.
– Да. Сыграем в ответ за ответ?
– М?
– Один вопрос – один честный ответ.
– Честный…
– Если не можешь сказать правду, можешь отказаться от ответа.
– И от своего вопроса?
Жнец задумался, почесав подбородок.
– Нет. Думаю, отказ от ответа можно засчитывать за ответ.
– Ну так неинтересно вообще-то.
– Можно ограничить число отказов. Например, до трёх.
Интересно, на какие три вопроса он не даст ответ…
– Идёт.
Он прав. Отказ от ответа тоже о многом может сказать.
– И так, твой первый вопрос? – смиренно уступил девушке очередь Жнец.
И тут я поняла всю глубинную суть анекдота о том, почему женщин пропускают вперед. Угу, точно ещё с первобытных времен повелось. И мой “пещерный медведь” заключался в том, что вопросов-то было море, но все оказались такими неудобными, что ты хоть головой в скалу бейся. Многие были связаны со сном-прошлой жизнью, многие росли из подслушанного в Черной башне разговора. Все отдавали детством, ревностью, или были слишком личными и страшными. Особенно для первого вопроса.
– Кто ты? – в очередной раз сглупила я.
– Тимофей Жнец, – усмехнулся он и вернул мою монету: – А ты?
– Катерина Ракита.
Я снова осталась там, где была. Впрочем…
– Кстати, а что твоя тётя имеет против моей фамилии?
– Понятия не имею. А она имеет?
– Ну, она назвала меня девочкой-ивой, и сказала что это плохо.
– Хм. Было что-то такое, но не думаю, что оно касалось твоей фамилии.  Погоди, ты разве Ива?
– Ива и ракита – одно и то же дерево.
– Вон оно что...
Про иву-ракиту я много читала, интересно было узнать о своей фамилии. между прочим, священное дерево во многих культах. Не мудрено – она первой пробуждается после зимы, растет почти везде, из коры её получают аспирин, а из древесины делают всякие няшные штуки. К тому же ива – та ещё золотистая красотка, вся нарядная и солнечная, прямо как я. Как было не признать её священной, да? Правда свойства у неё порой совершенно противоположные – от великого древа типа Иггдрасиля, до плакальщиц-верб на берегах реки мертвых. Но мне больше всего импонировало – что ива-ракита символ солнечного бога славян – Ярилы.
Я чуть было не вывалила всё это Жнецу, но вовремя вспомнила, что читала об этом в другом мире, в мире из моего сна, запнулась, и поспешила задать другой вопрос:
– Откуда ты к нам перевелся? Из какого вуза, – уточнила, опережая очевидный ответ.Жнец тоже помрачнел, но ответил:
– Из МАСЭ.
– Из академии стихий и энергий? – удивилась я.
– Ага.
– Но почему?! – вырвалось у меня.
– Моя очередь, вообще-то, помнишь? – Я кивнула, прикрыв рот ладошкой. – А ты хотела поступить в МАСЭ?
Черт.
– Да! – Я тут же смутилась своей эмоциональности, но тема была… больной не только для него. – Да, – повторила тише. – Я конечно не супермаг как ты, но дар всё-же есть.
От комплимента он отпираться не стал (вот сноб!), зато потребовал показать, что я умею (сноб вдвойне!). Если ещё и высмеет мои потуги – дам ему в лоб и пойду спать!
Но всё-таки, подняв на уровень груди ладонь чашечкой, я собрала в ней весь запас маны и, чувствуя себя абитуриенткой на экзамене, зажгла огонек.
В следующий миг я забыла о своих сомнениях, резко опуская руку. Пламя потянулось за ней большой пылающей птицей.
Мерцающей черными искрами.
 
Глава 17
Несколько мгновений я ошарашенно смотрела на огонь в ладони. Вернее, огонь, который теперь никак в ладони не помещался. Он не обжигал, но выглядел так завораживающе опасно, что я потеряла и дар речи, и дар мысли тоже. Но постепенно до меня дошло, что это Жнец! И он – издевается!
Я подняла сердитый взгляд, готовая ругаться – решил меня разыграть?! – и осеклась. Тим смотрел на моё пламя ошеломленно. Широко открыв глаза с пляшущими в них искрами и нервно трепеща крылом, которое тоже будто переливалось рыжими сполохами, Тим тянулся ко мне ладонью, словно зачарованный. У меня перехватило дух, когда его пальцы переплелись с пылающими лентами над моей ладонью. Выше его руки черные искры заплясали быстрее.
Пламя будто ласкалось к ладони Жнеца, и чуть не мурлыкало. Я и сама ощущала, как бегут от затылка вниз мурашки на мягких лапках, пока Тим медленно перебирая пальцами в огне опускал ладонь.
И едва не взорвалась от прошившего тело разряда – когда он коснулся моей ладони.
Пламя вспыхнуло и окружило нас жарким столпом, на миг мне показалось, что мы сгорим в нем заживо…
“Гаси, малахольная! Выгоришь!” – зарычал внутренний голос.
Я?..
Мысленным усилием перекрыла поток маны, как обычно делала для своего мизерного огонька, и – о чудо! – пламя вокруг нас опало. А с ним опала и я – подкосились ноги. Если бы не Тим, успевший меня подхватить, уже валялась бы на мостовой.