Ни пуха ни пера, лорд ректор! Зима в Крылатой академии

— Вы шли в надежде, что какая-то абстрактная птица из тысячи других птиц выберет вас, а мне нужна была только моя. Если бы я не почувствовала Лошариуса, то ушла бы из питомника с пустыми руками.
Не знаю, понял ли меня супруг, но кивнул.
— Завтра запрошу все бумаги о его прошлом владельце, — сказал он.
— Благодарю вас! — и как я сама об этом не догадалась попросить?
— Отдыхайте, готовьтесь. Я прикажу накрыть ужин здесь через час, если не возражаете?
Светлость посмотрел на меня… Горячо посмотрел. Бдительность засыпает, просыпаются мурашки! Только усилием воли подавила дрожь и кивнула.
— Я не возражаю, Ори.
И вот тут герцог скривился.
— Тасия, я бы предпочел слышать из ваших уст свое полное имя.
Упс… У Ори очень много полных вариантов. Кроме того, я понятия не имею, какие из них подойдут герцогу арсов.
— Я учту ваше пожелание, дорогой супруг. Только уж и вы зовите меня Тэс или Таси. Мне не слишком нравится звучание полного варианта моего имени, — выкрутилась я.
— Учту ваше пожелание, дорогая супруга, — в тон мне ответил Агиар и покинул спальню.
Можно было расслабиться и выдохнуть, но интуиция подсказывала этого ни в коем случае не делать. Ибо в комнате находился еще кое-кто!
— Вылезай, — попросила я попугая.
 
Глава 11-3
С Лошариусом удалось договориться. Я отношусь к нему с почтением и уважением, он помалкивает. По крайней мере, до тех пор, пока ситуация с аррелами не прояснится. Должна же я знать, что за неведомую зверушку завела.
Пока ждала Фриду, просмотрела свиток, пропуская все, что связано с дрессурой. Устоявшуюся личность воспитывать, только портить. Тут надо научиться сосуществовать, а лучше — подружиться.
— Написано, что вы фруктами питаетесь.
— Не читай тексты, написанные глупцами, спроси у первоисточника, — изрек попугай. К слову, ваза с местными, довольно аппетитными на вид яблоками стояла на туалетном столике, и Лошарик не проявил к ней должного интереса.
— Спрашиваю у первоисточника, — не стала сопротивляться я.
— Аррелы всеядные, как и маги, с которыми тем приходится жить. Лично я предпочитаю ветчину и… ветчину!
Ха! Исчерпывающе. Однако, желание поддеть заносчивую птицу не покидало меня с той самой минуты, как мы начали беседовать.
— А ветчину ты часом не ешь? — спросила я и…
О, да! Это была моя птичка!
— Ну, если ничего, кроме ветчины, нет, то можно и ее, но я бы все же предпочел ветчину.
И кто он после этого? Тролль!
Вернулась Фрида и аррел замолчал. Он устроился в подушках и застыл, как элемент декора.
— Ваш супруг приказал подавать ужин здесь, миледи, — сообщила нянюшка. — Пойдемте, я помогу вам переодеться.
Против этого, после напряженного дня не возражала, но пожелания озвучила:
— Сначала я приму ванну, а ты сходишь и попросишь подать к ужину ветчину.
— Ветчину, миледи? — удивилась Фрида. — Точно к ужину? Не к завтраку?
— Прихоть Его Светлости, — соврала я.
Спорить и оправдываться не хотелось, а вот в ванну хотелось очень. И через минуту я уже нежилась в горячей ароматной воде. Самой настоящей, не магической и вполне человеческой.
К ужину выбрала одно из платьев Тэс. Оно, конечно, не столь изысканное, зато шнуровка удобная и болотный цвет очень мне шел. Светлость уже ждал. Он сидел, закинув ногу на ногу, у накрытого столика. Сбоку потрескивал дровами камин. Лошарик, видимо, предпочел скрыться на время визита.
Когда я вошла, Агиар плавно для столь массивного мужчины поднялся из кресла и подошел ко мне. И что делать-то? Наши леди, как хорошо натренированные собачки, в таких случаях лапку подают, но здесь могли быть совершенно иные обычаи. Эх, была не была!
И я протянула ему руку.
Не удивился. Лапку мою сгреб и облобызал. Нет… Не так, он прикоснулся губами к коже, обдав ее горячим дыханием, и… Конечно, проснулись мурашки! Звали их! Между прочим, сегодня я рассчитывала на интимно проведенное время!
— Вы чудесно выглядите, Тэс, — шепнул он.
И так шепнул… Так!.. Что заволновались не только те, что проснулись, но и я — взрослая, опытная женщина. А как на грех не спросила у Фриды полное имя моего Ори. А все Лошарик со своей ветчиной!
— Приступим к ужину, — сориентировалась я, и первая направилась к столу. — Не знаю, как вас, а меня походы по магазинам очень утомляют.
В принципе, я бы и сама справилась, но Светлость изо всех сил, со всей скорости пытался быть галантным и все же успел отодвинуть для дамы стул.
Зачет.
Дальше… Дальше стояли незнакомые блюда с целой кучей столовых приборов к ним. Ну, кому нужны эти сложности? Я едва не застонала.
Благо супруг сегодня вечером вел себя безукоризненно.
— Салат? — предложил он. — Мясо?
— Пожалуй, — это все, что мне оставалось сказать, а затем наблюдать, как мою тарелку наполняют.
Приборы Светлость тоже брал первым, я же следовала его примеру и ни разу не оконфузилась. Наверное.
Беседовали мы об академии. Мне, как ни как, предстояло там учиться, поэтому интересовало все: контингент, дислокация, предметы. В общем, и анамнез, и эпикриз.
Рассказчиком Светлость оказался неплохим. Долго вещал о магии, о ее применении, о значении для народов Леандора. Пылко так, с огоньком. Я не перебивала, но когда супруг дошел до адептов и преподавателей, слушать стало намного интереснее.
Целительским отделением руководил магистр Арбери, чье родовое имя теперь носила и я. Старичок мне нравился, и его симпатия ко мне отлично чувствовалась, но кроме этого, был еще живой научный интерес и желание перенять нечто новое. Похоже, мне удалось его чем-то удивить.
Что касается адептов, то мастерству врачевания обучались только люди. Зеленый спектр магии, которым арсы когда-то владели, был теперь недоступен им. Ну и конечно, большинство учеников были юношами. Вернее, подавляющее большинство, ведь кроме меня на курсе обучалась лишь одна девушка.
— Тоже вдова? — спросила я герцога, зная обстоятельства, при которых дар появлялся у человеческих женщин.
— Нет, — усмехнулся Ори. — Диана Герт замужем за стражем.
— Да ладно? — рассмеялась я. — За арсом?
— А что в этом такого? Вы ведь тоже являетесь женой арса.
Хорошо, что напомнил. Ужин ужином, но пора бы и честь знать. Я села на кровать и стала не спеша расстегивать пуговички на платье. Их было много, но Тида свое дело знала, и крошечные бусинки легко вылезали из петелек.