Война паука

Рывок!
Устремляюсь вверх и подлетаю на несколько метров над руинами, а монстр тянется за мной.
Достаю еще ножи и заряжаю их светом.
Теневой клык!
Святое оружие неприятно обжигает плоть между защитными пластинами.
Гигант полностью сконцентрировался на мне, скачущем по верхушкам руин, и при этом совершенно забыл о Бьонде, а о нем забывать не стоит. Пока я продолжал уклоняться от кислоты, паутины и огромных лап попутно заряжая пику, Бьонд приземлился на землю. Максимально допустимо для бега увеличил свой вес, а затем вытащил из своего тела тот самый костяной рог Морского Преследователя.
Разогнался как может, и со всей дури врезался в отвернувшегося от него паука.
— ГХА-А-А-А-А! — завопил членистоногий не ожидавший такого хода и пошатнулся с трудом удержавшись на своих конечностях. Его хининовая броня в месте удара серьезно потрескалась, но все еще неплохо держалась.
Чудище переключается на моего скакуна, тем самым упуская из виду уже меня, за что и поплатилась.
Прыжок!
Срываюсь с руин и запрыгиваю на спину арахниду, который в силу своих размеров слишком поздно ощутил лишний вес.
Поднимаю уже полностью заряженное и почти искрящееся оружие, чье острие начало едва заметно вибрировать и даже закручиваться вокруг своей оси превращаясь в импровизированное сверло переполняемое мощью, а затем атакую голову чудовища мощный удар.
Совокупность Бронебойного выпада и усиливающего пробивание свойства пики создает новую способность, что обрушивается на монстра.
Спиральный выпад!
Закрученное оружие с легкостью пронзает костяную защиту, просто раскалывая её, от чего щепки шрапнелью разлетелись в разные стороны и врезались в мои доспехи. Острие входит в мягкую плоть темной твари, и Благословение начинает жечь темное тело нечисти.
— ХА-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А!!! — завопил он, во все горло, оглушая всех присутствующих своим громоподобным ревом. Адская боль сейчас ощущается в сгустке болевых точек в этом участке тела членистоногого. За месяцы войны я хорошо изучил, где им получать урон больнее всего.
Сейчас враг испытывает просто ужасающие муки, несмотря на то, что сам урон не слишком смертельным.
Но я еще не закончил
Клинок Рассвета!
Оружие из сконцентрированной энергии просто появляется внутри плоти, чудовища выжигая мясо и испепеляя все, что только можно и уже от этой агонии гигантский паук просто сходит с ума и бросается вперед.
Дергаю древко пики в сторону и заставляю его слегка сместится словно рулевой на корабле управляю тварью, и отправляя того прямо к лестнице по которой мы поднимались и на которой рыцари сейчас держали оборону.
— ДАВАЙТЕ! — кричу сверху и тут же выдергиваю свое оружие.
Разогнавшийся паук налетает на заклинание Вивьен, облившее врага как-то измененной загустевшей кровью. Хельга тут же поджигает громадину, что вспыхивает как спичка. Его лапы на несколько секунд оказываются скованны Пепельными цепями, созданными Гвен, что нарушило его равновесие.
А в следующий момент Бьонд и Алек вместе атакуют зад монстра толкая того вперед.
Через секунду загоревшийся, обезумевший от боли и потерявший равновесие монстр просто не удерживается на ногах у крутой лестницы, а падает вниз, катится огненным шаром, сшибая всех на своем пути и распространяя пламя на остальных.
Дикий визг десятков горящих, раздавленных и разбросанных арахносов разносится по всем руинам. Привыкшие давить неудержимой массой пауки забили пространство так, что им было просто некуда увернуться. Да они и не особо пытались, если честно, идя к своей смерти с равнодушием муравьиного роя.
Мы стояли на самом верху и добивали тех, кто еще остался, смотрели, как внизу членистоногие пытаются разобраться, что делать и как-то спастись от огня, что охватил все вокруг.
— Отлично, милый, ты крут! — радовалась Гвен.
В теле кентавра смотрелось это еще более неловко и пугающе.
— Интересный фокус, — хмыкнул я.
— Ничего особенного. — фыркнула Вивьен. — Просто умение хранить растворенные в крови зелья как часть Кровавого Резерва. И этот конкретный состав был совсем недешевым.
— Совсем, — медленно кивает Алек.
— Запишите все на мой счет, — пожимаю плечами. — Одним долгом больше, одним меньше, — прохожу мимо и хлопаю по плечу Алека. — Хорошая работа.
— Спасибо…
— Я вам не спичка! Не надо меня использовать для таких глупостей! Это мне славы не приносит! — жаловалась Хельга.
Однако её обычные жалобы никто не слушал. Мы уже давно к этому привыкли и игнорируем ворчание этой огненной дамочки.
В следующий миг в воздух взлетело несколько сигнальных огней свидетельствующих о завершении установки зарядов.
— Сигнал! — кричу я рыцарям. — Отступаем!
Взобравшись в седло, мы бросились вслед за пылающим ядром, прямо в замешкавшиеся ряды противников.
Теперь нужно подобрать скрытников и уходить. Все что от нас зависело, мы сделали.
Война Паука продолжается…
 
Глава 2. Обратная дорога.
Отъехав на достаточно расстояние от базы противника, мы смогли позволить себе замедлиться и посмотреть на результат наших трудов. Огромный столб с кристаллом на вершине, что удерживался рядом с пропастью с помощью гигантских цепей, сначала покрылся множеством вспышек и искр. Сначала они появились возле того прозрачного камня на самой вершине и раскололи его в дребезги, затем звенья цепей лопнули, а после и сам столб у основания оказался подорван и развалился.
Вся эта поистине гигантская конструкция стремительно полетела вниз прямо в гигантскую вырытую в земле яму, из которой и повадились вылезать членистоногие ублюдки. Смотрелось красиво, даже завораживающе, особенно осознавая, что мы только что там были и видели данную конструкцию вблизи.
Ужасно здоровенная.
Непонятно даже как пауки построили нечто столь монументальное и огромное, но это тут же приказали уничтожить.
Пока основная армия отвлекла на себя большую часть сил арахнидов, несколько отрядов всадников вместе со скрытниками отправили уничтожать это.
— А что это вообще такое? — спросила Гвен. — Я как-то пропустила, когда шло обсуждение.
— Нечего глазки строить, — фыркнул Шиндзя, за что чуть алебардой по голове не получил. — Аккуратнее, маньячка!
— Не беси меня, раскольник, — фыркнула на него девушка-призрак.
— С чего ты решила, что из них? — возмутился житель Расколотого Архипелага.
На что я просто задал нужный вопрос:
— С какой стороны красивее Ширатора?