Идущий в темноте

Она смотрела на него, сжимая кулаки.
А в мыслях были лишь болезненные воспоминания…
***
- М? Птица? – произнес Бьонд, подняв свои головы к небу, и смотря на тяжелые тучи. Дождь уже закончился, но вечные мрачные облака всегда нависают над Дункельхейдом. Тут редко бывает что-то живое, зато мертвое встречается повсеместно. Однако мелкие зверьки типа крыс и птиц тут практически не встречаются, их съедают мертвецы и очень быстро.
Была крыса, сдохла, а затем восстала как зомби и набросилась на живых, съела, вот и стала самой большой и сильной. Для крысы. А потом какой-нибудь прохожий прибивает эту тварь и все, нет больше крыс.
Конечно, периодически грызуны все же появляются в городе. Они приезжают с кораблями живых-торговцев, но долго не выживают. Опустившемуся гулю и крыса – пир, а тут водится таких немало.
Он сам всего этого не видел, но слышал когда-то, как его… Создатель разглагольствовал на эту тему. Когда Бьонд еще был чем-то меньшим и не особо сильным. Он плохо помнил те времена в лаборатории Создателя, лишь обрывистые речи, да пьяные философские разговоры алхимиков, после каких-то сложностей…
- Бьонд…
Он и не заметил, как сам стал называть себя таким именем.
Создатель не давал ему имени. Называл какими-то цифрами, но Кладбище их давно забыл.
А сейчас он вполне спокойно принял для себя наименование и как-то не заметил, что привык. Вроде и прошло всего пара дней, однако ощущалось все как-то иначе…
Эти последние три дня были для Бьонда самыми насыщенными за всю его жизнь.
Раньше все было просто.
Кто-то забредал на его территорию, и он убивал этого неудачника. Обычно это были бродячие зомби, скелеты, какие-нибудь псы и прочая мелочь. Заходили сюда нечасто, может раз в неделю или месяц кто-то появится. Так текли недели, месяцы, годы… и только последние дни оказались просто переполнены всяким.
- Так это птица? – спросил костяной конструкт, когда какой-то объект быстро летел в его сторону.
- Лови! – послышался от «объекта» женский голос и какой-то мешок летит с неба.
- ОУ! – только и сказал Бьонд, подхватывая что-то своими руками.
Рядом тут же оказывается та самая девица-призрак, с которой вчера его познакомили. Кажется, её звали Гвен.
- Бездна, не удержала, - говорила она, развязывая мешок. – Скорее помогай.
В мешке оказались какие-то кости.
- О, это мне? – обрадовался Конструкт.
- Не тупи! Это Ор! – зарычала она на него. – Спасай его!
- А? Ор? – удивился Бьонд и снова посмотрел на кости.
Это был серьезно пострадавший скелет. Несколько костей отсутствовали, другие были переломаны, а часть раздроблены до состояния осколков. Сам скелетик не восстановится точно, как бы не старался. Ему разве что Эволюция может помочь, да и то не факт.
- Кто его так?
- Вампир, - ответила Гвен. – Этот идиот заступился за сбежавших рабов, за что был едва не уничтожен. Он даже серебряной пряжкой вампиру лицо поцарапал. Если бы я не вмешалась, его совсем растерли в костяной порошок.
- Неплохо…
- Не хвали его, придурок! – зашипела девчонка. – Его отчитывать нужно за тупость! Лучше помоги ему!
- А? Как? – не понимал конструкт.
- Ему нужно некоторые кости заменить для ассимиляции. У тебя и так их дофига, делись.
- Но это мои кости! – возмутился Бьонд. Этот разговор был каким-то странным.
Он привык, что все его боятся, а потому несколько неуверенно чувствовал себя перед этой девчонкой-призраком. Она его совершенно не боялась и даже ругала, а что на такое делать он решительно не понимал. Вроде же совсем недавно пряталась от него, а сейчас командует.
- Тебе что несколько костей жалко?! Он же тогда тебе помогать не сможет! Будешь сам ползать по городу и искать врагов!
С такими аргументами Бьонд спорить не смог и снова посмотрел на Ора.
Этот скелет…
Он не знал, как к нему относится.
С одной стороны, его раздражала его наглость, но с другой это было лучше, чем постоянное одиночество и пустота. Да и он действительно помогал. У него были свои мотивы, однако без Ора конструкт мог только мечтать о том, чтобы стать сильнее. Всего за три дня он почти достиг нужного уровня для Эволюции.
Но вот делиться костями…
Бьонд мог дать кому-то свои кости, но чисто временно, не теряя с ними связь, ведь каждая косточка, как он верил – это его ступенька к силе, и вот так отказываться хоть от крупицы себя…
Однако если Ор не сможет ходить, то и помощи от него не будет…
- Ладно, - все же решился Живое Кладбище и приступил к работе.
Собрал скелета из того что уцелело, а затем посмотрел, чего не хватает и что заменить. Левая рука по плечо, правая нога переломана и проще заменить, несколько ребер и позвонков. Все это он заменил достаточно быстро, а что осталось забрал себе. Множество рук действовали быстро и четко, словно всегда подобным занимались и очень скоро Ор был как новенький. Разве что размеры костей пока не подходили, да и на старых было много трещин.
А затем, с трудом, но все же заставил себя отрезать дарованные косточки от связи и позволить кому-то чужому их ассимилировать.
Скелет начал подстраивать новые части тела под себя и вскоре стал почти таким, как был.
- Отлично, - кивнула Гвен. Достала бутылку с Костеростом и вылила её на все трещины, а после начала обрабатывать его Магией Тьмы.
Он и сам бы хотел освоить магию, но на этой стадии эволюции уже не получится. Придется ждать следующей.
А меж тем Ор начал постепенно приходить в себя.
    
Глава 36. Обещание.
 За морями далеко,
 Дался путь нам нелегко. 
 Но вернулся я домой,
 К той кто ждет в мороз и зной.
 Ветер дует в паруса,
 Тянет нас он в небеса.
 Мы плывем за горизонт,
 И уходим всем на фронт. 
 Мы пели эту песенку сидя на мысе возле старого маяка, что был для нас домом. Мама скоро позовет нас на ужин, но пока можно посидеть и полюбоваться закатом. Солнце постепенно закатывалось за горизонт, а мы провожали его нашим насквозь фальшивым пением. Вроде только у меня получалось попадать в ноты, а сестренка порой и слова путала.
 Ты прости меня, малыш,
 И рассказ ты мой услышь.
 В дальних странах плавал я,