Наследница для Чудовища
Я терпеть не могу своего брата, однако, и гибели ему не желаю.
— Да, но он критически пострадал. Я отвез его в больницу и сразу к вам. Остальное потом, нужно торопиться госпожа.
Хорул нервничает и марширует к окну, отодвигая штору, сморит на припорошенный снегом двор. Кидаюсь за ним, замираю подле.
Вдали я вижу бескрайнее холодное море и скалистые берега, покрытые ягелем, но это совершенно неважно. Ведь прозрачные стекла дребезжат от оглушающего рева черных кроссоверов. Тонированных, глянцевых, за рулем которых люди уж точно немилосердные.
Они прямо у нашего дома, словно посланы из самой преисподней. Таких огромных махин нет ни у кого в округе. Сердце покалывает, когда будто по приказу дверцы разом открываются и из салонов выходят мужчины. Такие же страшные, в камуфляжных костюмах как у военных. Чужеземцы. Осквернители.
А во главе я вижу Его. Щурюсь, пытаясь разглядеть в мужчине хоть что-то человеческое. Но в смуглом небритом лице я узнаю лишь демона смерти.
— Мамочки!
Визжу, подпрыгиваю, когда незнакомец резко поднимает голову. Он смотрит прямо на меня. В упор. До дрожи в моих коленках. Смотрит и делает шаг.
Охранник брата хватает меня за локоть, быстро утаскивая от окна.
— Не успели, — досадно хрипит, — госпожа, вам нужно спрятаться. Я попытаюсь вас защитить и вызвать подмогу.
Панически размахиваю руками как лопастями, теряюсь, бегу на второй этаж в комнату. Краем глаза наблюдаю на диване старика. Изворотливая экономка испарилась.
Вихрем залетаю наверх, а в душе льдины царапают. Оглядываю комнату, думаю секунды три и залезаю в шкаф. Именно. Забиваюсь в угол, снимаю с вешалки шубу и укрываюсь. Тут много нарядов плотно напиханы, и я все еще надеюсь остаться незамеченной.
Замираю, откусываю гель-лак вместе с ногтями. Слепну в полумраке, сгораю от неизвестности. С первого этажа доносится долбежка. Дверь ломают, стало быть. Наверное, это сам Громов, лично пожаловал, чтобы окончательно перебить наш род.
Мне смешно перед гибелью от обороны Хорула в одном лице. Надолго ли его хватит? Металлическое полотно не выдерживает натиска, и гостиная заполняется топотом. Будто табун диких Меринов ворвался.
Я слышу грубые мужские голоса и брань. Чисто русские матерки во всей красочности. Захватчики рассредоточиваются по дому. Я знаю кого они ищут.
Каменею, зажимаю ладошкой рот, когда створка моей комнаты медленно открывается. Я слышу крадущиеся шаги, звук двигающейся кровати, как срывает занавески прямо с петель. Напрягаюсь от неожиданности и в ноздри проникает свежий воздух.
Дверцы шкафа распахиваются, чья-то рука наспех перебирает вешалки с тряпками, а потом резко сдергивает с меня шубу. Кошмарный сон воплотился наяву, и черный демон сам замирает. То ли удивился, то ли у меня помутнел рассудок.
— Кто ты такая?
Он спрашивает строго, как командир. Хмурится.
— Служанка!
Тут же вру, конечно, вру. Господи. Это Громов. Точно вам говорю. Кто еще может быть настолько схож с большим медведем и повадками неандертальца? Он нагло хватает меня за руку и вытягивает обратно в комнату.
А у меня ноги еле волочатся, я отсидела их и сейчас испытываю муки посерьезнее смертной агонии. До судорог режущие мурашки, до искр перед глазами. В сильных объятьях врага я корчусь, извиваюсь, стонаю. Я не могу сохранять равновесия и жду спасительной нормализации крови. Великан на минимальном расстоянии явно обескуражен моим финтом. Но по-солдатски исполняет выдержку, обхватывает мои плечи, трясет.
— Где он? Где младший брат Айхана? Отвечай!
— И-и-у…
Мужчина рычит. Он не из тех, кто терпит подобные выходки и кривляния. Ему не составляет труда оторвать меня от пола и поднять так, чтобы наши глаза поравнялись. На вытянутых руках держит и ничего не понимает. Я потею от ужаса и судорог, поджимаю пальцы на ногах.
— Больная, что ли?
Брюнет сканирует меня взглядом, разбирая до самых молекул. Стыжусь своего невежества. Наконец становится легче и мне удается сначала отдышаться, после попросить вернуть на пол.
Я понятия не имею о каком брате интересуется мужчина. Но догадываюсь, что этот разрушительный демон, не в курсе о существовании сестры, раз не убил меня до сих пор.
— В Китай улетел. К невесте… Кио Чио. — Я собираю чушь несусветную, враги не оставляют мне выбора. А умирать так рано не хочется. Нужно тянуть время. Айхан обязательно поправится, вернет меня домой. Потом я снова сбегу и буду жить, как мечтала. — А вы Громов, да?
— Нет! — рявкает не очень почтительно, и крепко берет меня за талию. Подтягивает к себе будто подружку. — Со мной пойдешь.
Глава 3Вся напрягаюсь и коряво пытаюсь влиться в широкий шаг Громилы. Еле успеваю. Его рука согревает меня через легкую ткань платья. Мы выходим к лестнице и быстро спускаемся на первый этаж.
Тяжко вздыхаю, когда вижу Хорула. Охранника избили, но оставили жить, сковав запястья железными наручниками. Наверное, тоже заберут и будут пытать, через муки добывая секретные факты о моем брате. Но Хорул ничего скажет, а с честью примет судьбу.
Я оборачиваюсь и замечаю недвижимого старика на диване. Уставился в одну точку остекленевшими глазами. Будто помер от шока. Жуть.
Вздрагиваю и отвожу взгляд. У порога начинаю упираться, извиваться в крепких объятьях захватчика.
— Подождите, стойте, умоляю… — Пытаюсь оттолкнуть мужчину в плечо. — Позвольте вернуться за шубой. Мне нельзя появляться на холоде почти нагишом!
— Не застынешь, — охрипшим голосом рычит, но я снова дергаюсь.
— У меня появится насморк. Хронический. Простите, поймите.
Заполошно тараторю, как скороговоркой. Я никогда не имела дел с мужчинами раньше, а уж с такими, как Он тем более. Растерянно смотрю в его темные глаза и часто моргаю. Великан оглядывает меня словно муху.
— Бесишь.
Снимает свою куртку, совсем неизящно накидывает на меня, так что невольно отшатываюсь. Подкладка изнутри невероятно теплая и пропитана его запахом. А еще одеколоном и немного табаком. Я прошу дать секундочку, чтобы успеть запрыгнуть босыми ногами в валенки и отыскать шляпу.
— Живо пошла!
Дергает меня за рукав и не разрешает надеть головной убор.
— Вы слишком взрывной, хотите подскажу одну древнюю медитацию…
— Я по-другому расслабляюсь!
Ох, похититель почти орет, тащит меня грубо. Крепко сжимает свою ладонь. Зверье. Неотесанный верзила. Хотя чему я удивляюсь? У Громова все такие в подчинении. Я вижу этих варваров. С Хорулом они обращаются еще хуже. Один из наемников открывает багажник кроссовера и насильно запихивает туда нашего человека.