Сила рода. Том 3

— И что мне с тобой делать? — пробормотал я, остро жалея, что свет не работает, и осмотреть место преступления не представляется возможным.
Да ещё и тепло, идущее от Пылаева, становилось все ощутимей, намекая на то, что ещё немного, и Аден вспыхнет как спичка.
Оставить его здесь и бежать за помощью?
Что-то мне подсказывает, что когда я вернусь с тем же самым Демидом Ивановичем, полыхать будет уже не только гимнастический зал, но и весь корпус!
Вытащить на улицу?
В таком случае можно забыть про все улики, если такие вообще остались.
Я протянул руку ко лбу Аден, но тут же её отдернул. Ещё немного, и я не смогу к нему прикоснуться.
— Мда… — выбирая между пожаром в гимнастическом зале и доставкой Адена на улицу, я выбераю второй вариант!
С легкостью закинув Пылаева на плечо, я поспешно двинулся на выход.
Правое ухо жгло не по-детски, а мундир Адена уже не справлялся с идущим от него жаром.
На ходу отметив, что Аден одет также как и я в мундир, а значит не особо рвался на бал, я ускорил шаг.
Выскочив на улицу, я хотел было скинуть его на газон, но в самый последний момент передумал и припустил в сторону колоннады.
За последние недели я уже привык к местной магии, и даже не удивлялся нагревающемуся телу Пылаева.
К тому же, я до сих пор не верил, что он умер и где-то в глубине души надеялся, что все обойдется.
Ну не знаю, может он воспрянет, как феникс из пепла? И, чем, м-м-м, ксур не шутит, вдруг моя аура и стела гимназии как-то поможет Адену?
Ведь он, в конце концов, дворянин, а значит у него сильная родовая способность.
О том, что родовой способностью Адена может быть прощальный взрыв, который уничтожит всё живое в радиусе километра, я старался не думать.
И как назло на улице не было ни одного взрослого!
Добежав до стелы, я с облегчением скинул обжигающе горячее тело Пылаева на землю и, ухватив его за рукав, подтащил к стеле.
Не знаю, почему местные старались не прикасаться к стеле, лично мне так было проще, что ли?
На дворе хоть и стояла ночь, но света было намного больше, чем в гимнастическом зале, поэтому я заметил, что Пылаев, от которого уже пошел пар, сжимает в руке какой-то белый клочок.
Не то бумаги, не то чьей-то рубахи.
Заинтересовавшись, я с горем пополам разжал раскаленные, сведенные судорогой пальцы, и сунул выпавшую бумажку в карман.
Тут же прислонил Адена к стеле, постаравшись сделать так, чтобы его ладонь касалась камня.
А потом и вовсе отшатнулся назад — от Пылаева во все стороны разлилась волна обжигающего воздуха.
Помимо жара мне почудилась магия, но тут я мог и ошибаться.
Беспомощно оглянувшись по сторонам — оставлять Адена одного было как-то неправильно, что ли? — я вытащил из кармана клочок бумаги.
К? +
Б? — 
Г? — !
С? +
Мда уж, не густо…
Я ещё раз пробежался глазами по маловразумительным символам и убрал записку с шифром в карман.
К… Б… Г… С…
Кроу, Крудау? Безухов? Громов? Северяне?
Больше пока в голову ничего не приходило…
С сомнением посмотрев на Пылаева, от которого уже несло жаром, как от огромного костра, я отошёл на пару шагов назад и с волнением посмотрел на стелу.
Как бы Аден её… не сжёг!
На краю сознания мелькнула мыль — подключиться к Сети и проверить ранги, но она тут же испарилась. Жар был такой, что находиться рядом было нестерпимо.
Интересно, у преподавателей есть доступ к стеле?
По идее, должен быть. Я отчетливо помню, как наш классный комментировал получаемые навыки одноклассников.
И при этом он не касался стелы, значит бежать за преподавателями не нужно — прибегут сами.
И точно, не прошло нескольких минут, как по аллее, ведущей от главного корпуса, пронеслись две размытые тени.
— Опять ты, — не скрывая раздражения, бросил появившийся рядом со мной директор. — Что на этот раз?!
— Видите ли…
— Миша, — Светозар Иванович вынырнул из тени. — Времени нет! Там же сотни дворян!
— Ги’Дэрека сказал, что Пылаев ждёт меня в спортзале, — я и не думал утаивать произошедшее от администрации гимназии. — Пришёл туда, случайно нашёл Пылаева за стойкой с гантелями. Проломленный висок, все дела…
— Случайно? — не поверил директор, не переставая сверлить меня своим фирменным взглядом.
— Кто-то сломал в зале свет, — я пожал плечами, — решил исследовать и наткнулся на его труп.
— Что-то не похоже, — директор поморщился то ли от жара, то ли от недовольства. — Вон как полыхает!
— Пульса не было, — нахмурился. — Его совершенно точно кто-то убил.
— Забудь это слово, — устало вздохнул директор, на секунду превращаясь в уставшего от жизни пенсионера. — Не стоит голословно сотрясать воздух…
— Лучше помалкивай, Михаил, — согласно кивнул историк. — Надюсь, не нужно объяснять, кто будет самым главным подозреваемым? Особенно учитывая ваши отношения…
Опа.
Только сейчас до меня дошло, что никто не в курсе про наше с Аденом примирение! Я ведь даже своим ребятам ничего не говорил!
Я покачал головой, осознавая в какую… опу угодил.
Вот кто мне поверит, что это я придумал какую-то эфемерную угрозу про северян и предателя, и просто занял пацана делом?
Хотя… ведь у меня, по идее, есть алиби!
— Стал бы я его тогда сюда тащить! — протянул я, кивая на раскалившегося добела Адена. — Да и потом! Проверьте на гантелях отпечатки пальцев! Я лишь провел по ним рукой, тогда как для удара нужно было крепко сжать её в кулаке!
— Разберемся, — директор посмотрел на Светозара и тот, понятливо кивнув, умчался в сторону нашего корпуса.
Яков Иванович же угрюмо уставился на Адена Пылаева, чья кожа уже начала трескаться от жара.
— Ты знаешь, что с ним?
— Родовая способность? — предположил я. — Судя по тому, что вы спокойно стоите рядом это не барабум.
— Барабум? — переспросил директор, — Взрыв, что ли? Нет, это точно не прощальная огненная месть. Я не знаю ни одну дворянскую ветвь, кто бы имел такую способность. Мы же не восточники…
— Тогда какой-то аналог Сферы Толстого? — предположил я. — Какой-нибудь огненный кокон или феникс, возрождающийся из пепла.
— Знаешь, — задумчиво протянул директор, не отрывая взгляда от вспыхнувшего наконец-то Пылаева. — Я столько форточников на своем веку повстречал, но до сих пор удивляюсь, с какой легкостью вы обсуждаете сложнейшие механики и техники!