Украденный свет

Я бегу к ней, но тут же растягиваюсь на земле, не совсем понимая, как я там оказалась.
– Выглядело жалко. Может, приляжешь и дашь разобраться взрослым?
Она рассматривает изогнутые когти, будто проверяет, не облупился ли лак. Даже не удостоила меня взглядом своих бездушных глаз.
Позади нее Стил все еще сражается с Ронове и Аамоном.
Его шкура вся в брызгах его собственной красной крови и черного ихора Отрекшихся. Ронове с бешеной скоростью залезает Стилу на спину и кусает его за мускулистое плечо.
Десятисантиметровые клыки впиваются в шкуру Стила, пока тот мотает Аамона взад и вперед, ухватив того за предплечье. Он рычит, запрокинув гигантскую львиную голову; тело Аамона падает и трепыхается по земле, как задыхающаяся рыба.
Так легко уложившая меня на лопатки женщина бросает взгляд через плечо.
Она хмурится и морщит обтянутое кожей лицо, видя, как Стил, сбив лапой тварь у себя на спине, швыряет Ронове в кирпичную стену. Затем ловит Аамона за ногу, не дав тому отползти. Он подтаскивает Отрекшегося к себе, замахивается и бьет Аамона по лицу своей гигантской лапой, разрывая кожу и наполовину вырывая ему гортань.
С губ раненого Отрекшегося слетает булькающий вопль, а потом на его голову обрушиваются когти Стила, отделяя ее от тела одним мощным ударом.
Впечатляюще.
Женщина яростно кричит. Я зажимаю уши руками: этот пронзительный звук бьет по барабанным перепонкам, словно молот. Ударные волны отдаются гулом в голове и вибрируют в воздухе – а оба Отрекшихся кидаются на Стила.
Про меня, сидящую в шоке на ледяной земле, все забывают.
Развернувшаяся передо мной битва – оглушительная мешанина размытых конечностей и окровавленных когтей. Отрекшиеся еще свирепее Стила в его животной форме. Громогласные вопли гнева этих нечестивых существ смешиваются с его могучим ревом, искажая спектральный мир вокруг них, будто они сражаются в чаше с мутной водой.
Переулок наполняет яростный рев Стила – который внезапно стихает.
Когда рябь в воздухе успокаивается, Стил – в человеческом облике – лежит без сознания на грязном асфальте. Под его головой растекается красная лужица.
Отрекшиеся стоят над ним, тяжело дыша, с их когтей и клыков капает алая кровь.
Нет. Стил, наверное, притворяется.
Отрекшиеся жестоки, но Стила готовили к этому. Он непобедим.
По крайней мере, так мне казалось.
Он лежит на земле с закрытыми глазами и кажется до боли уязвимым.
– Его тоже заберем. – Ронове наклоняется и хватает Стила под мышки. – Хотя бы из-за того, что он меня разозлил. Приведи девчонку, Лилит. Надо уходить.
У меня внутри все сжимается от ужаса – но, когда Ронове перекидывает Стила через плечо, меня захлестывает волна неудержимого гнева, и для страха не остается места.
Вскочив на ноги, я бросаюсь на Ронове, не обращая внимания на преграждающую мне путь Лилит.
Острые как бритва когти разрывают одежду и плоть, но я вырываюсь из ее хватки, едва замечая боль.
В одно мгновение я оказываюсь около Ронове и уже оттаскиваю от него обмякшее тело Стила.
Вероятно, эффект неожиданности – единственная причина, по которой мне удается вырвать у Отрекшихся отключившегося нефилима.
Обхватив его руками поперек туловища, я тащу Стила к выходу из переулка. Потом бесцеремонно бросаю его на землю и встаю перед ним в стойку, ясно обозначая свои намерения.
– Мы никуда не пойдем.
Ронове кривит губы в оскале, позволяя хорошенько рассмотреть его окровавленные клыки. Внутри меня нарастает и распространяется по всему телу ураган ярости.
Изо рта этого чудовища капает кровь Стила – и он за это заплатит.
 
Глава 18

Оба монстра, будто по воле одного хозяина, одновременно бросаются на меня.
Я готова. Я тренировалась именно для такого, и я уверена…
Уф.
Нет. Ошибочка. Совершенно не готова.
Все именно так, как при первой моей стычке с Лилит: я лежу на земле и хватаю ртом воздух, уставившись в фиолетовое ночное небо спектрального мира.
– Вот заноза. Она точно нужна живой? – Половину бледного лица Лилит скрывают пряди жестких волос.
Отлично. Так она в два раза менее уродлива.
– Сама знаешь, что да. А теперь заткнись и угомони ее уже. Эта ночь меня доконала. – Ронове наклоняется, чтобы подхватить Стила.
– Нет, – выдавливаю я с кашлем. Бок пронзает боль. Острая и знакомая: наверное, парочка ребер треснула или сломалась. Я переворачиваюсь и поднимаюсь на четвереньки. Я знаю, что проиграла, но малая часть меня отказывается сдаваться.
– Что она делает?
Я не обращаю внимания на презрительную усмешку Ронове и с трудом поднимаюсь на ноги.
Лилит наблюдает за этим, склонив голову набок.
– Кажется, она все еще надеется дать отпор.
– Это настолько жалко, что уже даже несмешно.
Уф.
– Закрой… рот… тварь, – выдыхаю я.
Пререкаюсь я сейчас так же плохо, как и выгляжу.
Не обратив на меня внимания, Ронове перекидывает Стила через плечо – и я срываюсь. Наплевав на чувство самосохранения, я во второй раз бросаюсь на Ронове и пытаюсь вцепиться в Стила – хотя Отрекшемуся хватает и одной руки, чтобы не подпускать меня к себе.
Наверное, столько же проблем доставил бы своему противнику бурундук, реши он сразиться с великаном – то есть нисколько.
– Просто убей мальчишку, – слышу я где-то позади голос Лилит. – Она явно привязана к нему, так будет…
– НЕТ!
У меня в груди разрастается и взрывается шар тепла: взрыв несется пылающим огнем по моему телу и вырывается наружу, нанося удар по Отрекшимся и поднимая их в воздух. Их отбрасывает в кирпичную стену, будто сносит грузовиком, – но они тут же группируются и приземляются уже на корточки.
Видимо, я успела уцепиться за Стила – его тело распростерлось у моих ног.
Вокруг меня пульсируют волны белого света – намного ярче, чем обычно исходит от нефилимов.
Отрекшиеся шипят, согнув пальцы и выпустив когти. В их черных глазах бурлит ненависть. Они могут напасть в любой момент.
Обжигающий жар в груди все еще нарастает и неприятно подрагивает на коже. Он кружится, обвивается вокруг туловища, скользит вверх и вниз по рукам и ногам, будто огненная ласка.
– Что это было? – Ронове бросает взгляд на спутницу.