Украденный свет

– Не тормози, – приказывает строгий голос Стила.
– Эй, слышал про личные границы?
– Такая роскошь нам сейчас не по карману, – отвечает он с тихим смешком. – Подожди, пока не доберемся до пещеры.
– Что? – Я вытягиваю шею, пытаясь разглядеть его на земле позади себя, но мы так глубоко в расщелине, что он тонет в темноте.
– Тебя еще раз пихнуть?
Стиснув зубы, я ползу дальше. Все очень плохо.
Несколько долгих минут спустя я замечаю, что туннель расширяется настолько, что наконец можно встать на четвереньки, а не ползти на животе – ну, если голову наклонить. Как через этот туннель протискивается Стил, выше моего понимания. Он не маленький.
– Мы почти на месте! – кричит он.
– Отлично, – бормочу я себе под нос.
Я продвигаюсь еще на полтора метра вперед и уже могу вытянуть шею, не ударившись головой.
– Наконец-то. Можно ползти, как нормальный… ой!
Я врезаюсь лицом в неровную каменную стену. Сажусь на корточки и ощупываю нос – к счастью, он не кровоточит.
Стил сзади толкается и возится в кромешной тьме. Кажется, разворачивается и садится – но не уверена и тем более ничего не вижу. Шарить вокруг, чтобы это выяснить, я, разумеется, не собираюсь.
– Садись. Мы на месте.
– И это все?
– Да, в этой великолепной пещере можно переждать осаду. Впечатляет?
Я верчу головой в тщетной попытке осмотреться.
– Может, и впечатлило бы, если бы я что-то видела.
– Поверь мне, нет. – Он выдыхает и целует меня в правую щеку. Потрясенная тем, насколько он близко, я отступаю назад и врезаюсь в другую стену этой мини-пещеры.
– Ой! – Позвоночник ноет от удара.
– Сядь уже. – Стил хватает меня за плечо и дергает вниз – я падаю к нему на колени.
– Ну не на меня же, – жалобно произносит он.
Я будто вся горю. Пытаюсь слезть с него, но вместо этого бью его локтем в горло.
«Я не нарочно, но считай это платой за то, что ты меня снова дернул».
Хриплый звук, рвущийся у него из груди, когда я пинаю его в живот, лишь заставляет меня улыбнуться.
– Стой! Просто замри уже.
Я замираю – прижав колено к земле у его бедра, перекинув другую ногу через его и положив руки ему на плечи.
Темнота никак не омрачает интимный момент.
– Нельзя же так и сидеть. – Все тело болит после того, как я заползла в эту лисью нору, и ноги уже дрожат.
Склонив голову, я разочарованно вдыхаю – и мгновенно сожалею об этом.
Вместо холодного резкого запаха пещеры с душком грязи легкие наполняет мужской аромат Стила.
Пот, дешевый мужской шампунь и слабый запах моющего средства.
Хотела бы я, чтобы меня отталкивал типичный мужской запах, но это не так… и это меня раздражает.
Я не позволяю себе вдохнуть его запах еще раз.
– Вот, давай так.
Теплая рука отводит мою согнутую ногу в сторону и поворачивает корпус, прижимая меня спиной к стене напротив Стила. Я отнимаю руки от его плеч, опускаю их на грязный пол и расслабляюсь. Теперь я сижу как следует, прижимая ноги к груди так крепко, что трудно дышать.
Жаловаться я не собираюсь.
– У тебя ведь нет клаустрофобии?
Я хрипло смеюсь.
– А разве, – делаю неглубокий вдох, – не стоило, – еще один, – спросить об этом раньше?
Я вскрикиваю – он вытягивает мои ноги и опускает их по обе стороны от себя. Выпрямиться я не могу, а ноги, от лодыжек до середины бедра, прижимаются к груди Стила. Ему приходится неловко обхватить руками нижнюю часть моего туловища.
Это еще хуже, чем раньше.
Я кручусь и извиваюсь, пытаясь освободиться, а он обхватывает мои ноги, прижимая их еще крепче к себе.
Когда я прекращаю свою безмолвную борьбу, смирившись с тем, что лежу в форме калачика в этом крохотном пространстве на пару с незнакомцем, то ногами чувствую, что верхняя часть его туловища двигается. Может, он просто плечами пожал.
– Это бы ни на что не повлияло. Мы бы залезли сюда независимо от того, страшно тебе или нет.
Неужели он никак не прокомментирует тот факт, что я наполовину свернулась калачиком у него на коленях?
Отлично, значит, будем все отрицать.
Наступает неловкое молчание. Если не считать нашего дыхания и звука капающей воды из какого-то источника неподалеку, вокруг оглушающая тишина.
Я пытаюсь не обращать на Стила внимания, но места, в которых мы соприкасаемся телами, горят от осознания. Жар его рук обжигает кожу через джинсы. Я напрягаю мышцы, чтобы не шелохнуться. Тело пронизывает неприятная боль из-за сидения в одной и той же позе.
Блин! Я все время чувствую этот дурацкий мужской запах.
Время течет медленно, и от этого еще хуже.
– Что такое фаза?
Может, это меня отвлечет.
– А ты правда ничего не знаешь, да?
Я не вижу выражения его лица и не знаю, оскорбляет он меня или нет, но в его тоне чувствуется скорее любопытство, а не насмешка. И все же я с трудом удерживаюсь от резкого ответа – и напоминаю себе, что люди говорили мне гораздо более жестокие вещи.
– Меня воспитывали не так, как тебя, – напоминаю я ему. – Мне пришлось наугад изучать спектральный мир, опираясь только на свой собственный опыт.
– Спектральный мир?
Я слегка пожимаю плечами и лишь после этого вспоминаю, что он меня не видит.
– Так я называю таинственное место, которое видим только мы. Там еще чудовища живут.
На пару мгновений повисает тишина – Стил переваривает мои слова. Когда он заговаривает, я наконец-то слышу несколько ответов, в которых до этого так отчаянно нуждалась.
– Думаю, это не лишено смысла. Такое название ничем не хуже других. Кстати, мы называем это миром духов. Фаза – это переход из одного мира в другой. Мир смертных – место обитания людей. Мир духов – место обитания Падших – тех, кого ты считаешь чудовищами. Это ангелы, которых изгнали с небес. Нефилимы – то есть мы – можем путешествовать между мирами. А Падшие нет.
Когда меня засасывает в спектральный мир, тело всегда видно в реальном мире, хоть оно и существует в обоих одновременно. Главной причиной, по которой я сменила так много приемных семей, было мое странное поведение. А у них все по-другому?
– Что значит «путешествовать между мирами»?
Стил шевелится и поправляет мои ноги. Я притворяюсь, что не замечаю этого, – в темноте сделать это нетрудно.
– Когда мы переходим в фазу, наши тела исчезают в одном мире и появляются в другом. В мире смертных мы очень похожи на людей. Мы сильнее и быстрее, нам нужно меньше еды и сна, но в остальном нас не отличить от людей. Наши божественные силы проявляются, только когда мы переходим в мир духов.