Сердце фавна (СИ)

— Потому что боялся.
— Мне кажется, ты и понятие «бояться» просто несовместимы, — я повернулась на бок и согнула руку в локте, опершись на ладонь.
Мужчина ухмыльнулся и еле слышно хмыкнул.
— И все же так и есть. Я испугался.
— Чего? — даже дышать перестала.
— Того, что во мне проснулось по отношению к тебе. Не думал, что способен на такое.
Он снова повернулся и вгляделся в мое лицо. Я смотрела в эти темно-карие глаза и не могла оторваться, словно загипнотизированная.
— Я люблю тебя, Ани, — произнес и улыбнулся, даже мелкие морщинки вокруг глаз заиграли по-другому. — Я так тебя люблю, маленькая.
Почувствовала, как от этих слов по щекам потекли теплые капли. И я ничего не могла с собой поделать. Внутри все это время будто находилась туго закрученная спираль, а сейчас она распускалась, даря блаженство.
И я вдруг поняла, что он чувствует то же, что и я. И какая разница, что нас подтолкнуло к этому? Главное, что теперь мы рядом, и я никуда не собиралась его отпускать. Приблизила свое лицо к его и прямо в губы, не разрывая зрительный контакт, прошептала:
— И я люблю тебя.
Наши губы уже соединились в соленом от моих слез поцелуе, как дверь в палату распахнулась.
— Что здесь происходит? — громко спросил незнакомый врач. — Немедленно покиньте палату!
— Она останется, — тихо, но твердо произнес Грег, приподнявшись на локтях, чтобы лучше видеть собеседника.
Мы услышали шум и суету в коридоре, забегали медсестры.
— Доктор Эдгарос! — крикнула одна из пробегавших мимо медсестер заглянувшему к нам человеку. — Пациент Василевски пришел в себя!
  
Эпилог
 
— Господин Ореус Эззельхнаусер, — торжественно провозглашал мужчина в длинной темной мантии, стоя около длинного стола с раскрытой папкой в руках. — Вы признаны виновным в смерти тридцати пяти человек. Суд приговаривает вас к смертной казни через введение внутривенной инъекции.
Мы, зрители на суде, все стояли во время оглашения приговора. Светловолосый фавн даже не пошевелился. Как стоял с гордо поднятой головой, так и остался. Ни один мускул на лице не дрогнул. Грег, находившийся по правую сторону от меня, нашел мою ладонь и взял в свою. Стало сразу легче. Хотя на скамье подсудимого была в этот раз не я, все же неприятные ощущения никуда не делись. Наверное, я еще долго буду воспринимать залы суда в негативном ключе.
Слева от меня с опущенной головой стоял Алес, я слышала, как он шумно вздохнул после оглашения приговора. Ободряюще положила руку ему на плечо. Он посмотрел на меня и чуть улыбнулся. Я знала, что он тяжело переживал смерть Ивонны и до сих пор еще не отошел от нее. Но он сильный, выкарабкался почти с того света. Он будет в порядке.
После ареста Ореуса нашли и наемника, который, действуя по его заказу, убил и вырезал органы у пяти человек. Суд над ним состоялся чуть ранее, однако я на него не пошла. А вот господину Эззельхнаусеру хотела посмотреть в глаза, однако не увидела там ни капли раскаяния. Было такое ощущение, что, появись у него возможность повернуть время вспять, он повторил бы все так же. Я этого не понимала и не принимала. Отказывалась даже пытаться вникнуть в логику, которой руководствовалась эта эгоистичная сволочь.
Когда десятью минутами позже мы вышли из здания, на улице ярко светило редкое в ноябре солнце. Воздух был уже довольно морозным. Мне стало легче дышать. Стены суда давили со всех сторон.
— Все, выдохни, он больше никогда не причинит тебе вреда, — обнял меня фавн прямо на крыльце.
Я прижалась к нему, согреваясь его теплом, ощущая ставший за эти несколько месяцев родным запах тела, смешанный с дорогой туалетной водой, которую я сама же и подарила ему недавно в честь его ухода в отставку из полиции. Его больше ничего не держало в тюрьме, куда он добровольно упек себя служить, чтобы облегчить условия пребывания своего наставника и напарника. Мы еще не знали, чем займемся, но Грег переехал в Липорт. Пока мы снимали с ним квартиру, конечно же, другую. Я, как и Алес, ни минуты не могла больше находиться в своей старой. Слишком яркие и жуткие образы всплывали там. Я до сих пор иногда просыпалась ночью с криком, но рядом неизменно оказывался мой любимый. Мой защитник. Фавн, которому я теперь уже добровольно отдавала сердце. Его ласки, его прикосновения постепенно выгоняли из мозга страшные картины.
 
Позади нас кто-то прокашлялся. Я отстранилась от Грега. Рядом стоял Алес.
— Полковник, — он протянул фавну руку. Тот с готовностью пожал ее.
— Я не успел перед заседанием, так что отдаю сейчас, — мужчина с улыбкой протянул мне большой незапечатанный конверт.
Я приняла его и открыла. Внутри лежало свидетельство о расторжении брака.
— Адвокат просил тебе передать.
Я не сдержалась и крепко обняла своего уже бывшего супруга. Он приобнял меня в ответ и шепнул:
— Будь счастлива, Ани.
— И ты…
Когда Алес развернулся и покинул нас, направляясь к парковке, я словила на себе слегка недовольный взгляд Грега.
— В чем дело? — не поняла я.
— Ни в чем, — попытался откреститься он, увлекая меня в другую сторону.
Мы еще раньше договорились, что после заседания прогуляемся по набережной, которая находилась отсюда не так далеко.
— Грег, — я сомкнула губы в ниточку, хотя и позволила себя увести подальше от здания, с которым было связано слишком много тяжелых эмоций.
Мы перешли дорогу. Солнце отражалось в реке, светя в глаза.
— Ну, так в чем дело? — я остановилась.
Полковник неожиданно рассмеялся и снова привлек меня к себе.
— Просто не могу смотреть, когда ты касаешься другого мужчины.
Я с прищуром посмотрела на него снизу вверх, но не смогла сдержать улыбку.
— Даже если это мой бывший муж? — притворно удивленно воскликнула я.
— Особенно если это твой бывший муж, — фавн щелкнул меня по носу. — И раз уж он теперь уже официально перешел в этот разряд… Не окажешь ли ты мне честь стать госпожой Стонд?
— Грег…
Не успела ничего ответить, как он, чуть отстранившись, вытащил из кармана маленькую бархатную коробочку и открыл ее. Внутри красовалось аккуратное колечко из белого золота.
— Соглашайся! — вдруг закричал кто-то в нескольких метрах от нас.
Я резко обернулась на звук. Мимо проходила большая шумная компания, судя по всему, студентов. Один из них сложил руки рупором и выкрикнул совет.
— Соглашайся! — вторил ему товарищ.
— Соглашайся! — подхватили остальные.
Я рассмеялась и, надев кольцо себе на палец, обвила шею полковника руками.
— Ну конечно, я согласна!
Громкие одобрительные крики, смех и улюлюканье молодых людей наполнили кристально чистый холодный воздух. Грег подхватил меня за талию и закружил, заставив взвизгнуть от неожиданности. Теперь мое сердце в самых сильных и надежных руках. В руках моего фавна.