"Фантастика 2023-74". Компиляция. Книги 1-13 (СИ)

Поэтому помощь Шреддера была ей просто необходима. Все было бы намного проще, не будь она связана клятвой, однако четко и понятно объяснить Эйву, зачем ей нужно отлучиться, Кайндел не могла. Так что оставалось лишь надеяться, что его чувства к ней окажутся сильнее, чем дотошность куратора.
На следующий день, в шесть утра, еще до зарядки в виде хозяйственных работ она поспешила в дому преподавателей. Огибая учебный корпус, девушка пыталась решить, что же делать, если окажется, что маг еще спит – не будить же его, в конце концов. Однако к ее удаче выяснилось, что Варлок, как и курсанты, проснулся ни свет ни заря и теперь мечтательно потягивался на полуразоренном крыльце с покосившимися балясинами – рабочие не успели привести в порядок.
– О, Кайндел. Доброе утро.
– Варлок, я хотела попросить у вас освобождение на сегодняшний день. – Девушка, половину ночи пролежавшая без сна, надеялась, что она достаточно бледна, чтобы убедить преподавателя. – Мне как-то уж совсем не по себе…
Чародей встревоженно оглядел ее с ног до головы.
– Быть может, стоит показать тебя нашим магам-врачам?
– Нет, не надо. – Курсантка слегка улыбнулась – ее уверенный вид должен был убедить собеседника, что она знает, как действовать в подобной ситуации. – Я немного полежу и, думаю, приду в норму уже к вечеру.
– Тебе так кажется?
– Да. Не к вечеру, так к следующему утру.
– Ладно. – Варлок с сомнением пожевал губами. – Смотри сама. Но если не оклемаешься к завтрашнему утру, я повезу тебя к врачу, пусть посмотрит состояние твоей энергетики.
Девушка мысленно вздохнула с облегчением, но, отвернувшись, побрела прочь с медлительностью, достойной человека, который действительно плохо себя чувствует. Она знала, что при желании сможет обмануть кого угодно – по крайней мере, верила в это. Наверное, именно самоуверенность помешала ей сразу почувствовать что-то не то в выражении лица чародея, его мимике и взгляде.
Только повернув за угол и убедившись, что ее никто не видит, прижалась затылком к стене, прикрыла глаза, соображая. Момент, когда можно было попытаться выдавить из собеседника ответ на свои вопросы, был упущен. Возвращаться уже бесполезно – придется снова начинать разговор, вести его, в любой момент рискуя схлопотать запрет пропускать занятия или же повышенный интерес к себе, который помешает ей уехать с учебной базы. А так у нее в любом случае есть целый день, чтобы добраться до Бурнево и перепрятать артефакт. Вспоминая карту областей магической напряженности, Кайндел сообразила, что одно, довольно мощное магическое местечко есть недалеко отсюда, и лучше будет, если бывшая печать станет храниться где-нибудь поблизости от базы ОСН. И цель стоила риска.
Теперь следовало раздобыть машину.
Эйва она отыскала еще быстрее, чем Варлока.
– Дай мне, пожалуйста, свой «опель», – попросила она едва слышно.
Куратор удивленно приподнял бровь. Он разминался с гирей, краем глаза наблюдая за курсантами, которые поблизости кололи дрова, и всякий раз, когда он перекидывал гирю из руки в руку, девушка, уворачиваясь от молодецкого броска, отступала то вправо, то влево – в зависимости от того, где безопаснее.
– Зачем тебе?
– Я съезжу в город. В Выборг.
– Зачем?
– Неловко тебе говорить… За прокладками. И за тканью.
– А ты уверена, что там есть и то и другое?
– Ткань точно есть.
– А что, больше некому съездить? – Эйв бойко перекинул гирю из руки в руку (Кайндел ныряла от гири, словно птица, которую ловят руками). – Прекрати мельтешить, я же уронить могу…
– А мне страшно, – с раздражением ответила она. – Есть кому. Но мне нужно еще кое-куда заглянуть. Прости… Я тебе потом объясню.
Шреддер опустил гирю и нагнулся к ней, заглянул в глаза. Взгляд у него был мягкий, вдумчивый, и в какой-то момент ей захотелось все ему рассказать, попросить помощи, а не разводить неопределенность и таинственность, которые только подрывают отношения. Но удержалась. Обещание есть обещание.
– Ладно, – без особой готовности ответил он. И, порывшись в брошенной на землю куртке, вынул и протянул ей связку ключей. – Поезжай. Только не слишком задерживайся, смотри.
 
– Постараюсь.
К гаражу, где стоял автомобиль Эйва, она бежала бегом. Уже добежав, сообразила, что не захватила оружия. Однако, сунувшись, обнаружила в машине Глок-18 и три обоймы к нему. Обычно куратор пользовался пистолетом Стечкина, так что этот ствол, видимо, был запасным, и им можно пользоваться. Кайндел зарядила пистолет, положила рядом с водительским сиденьем и вырулила из гаража. К счастью, в машине имелся также и атлас юга Карелии и всего Карельского перешейка, склеенный из трех разных.
Надеясь, что Роман (знавший всегда все и обо всем) не ошибся, она заглянула в карту и уверенно повернула направо, на бетонную пустую полосу. И прибавила скорости. «Опель» заскакал, как козел по горным уступам, но рессоры у него были великолепные, и особого дискомфорта девушка не испытала. На грани сознания мелькнула виноватая мысль: «Загублю я ему машинку…» и пропала. Она торопилась.
У перекрестка, где каким-то образом сумели разместиться две фуры (и их даже можно было объехать), Кайндел остановила машину и, торопливо надев под куртку кобуру с Глоком, вышла. В ее сторону уже внимательно, даже бдительно поглядывали трое мужчин, трудившихся у колес одной из фур.
– Что, красотка, тачка барахлит? – поинтересовался один из них. – Так мы живо исправим. А если перепихнешься с нами по-быстрому, так и еды с собой дадим.
– Шутку поняла. Смешно, – с холодком ответила девушка, слегка сдвигая полу куртки и ненавязчиво демонстрируя пистолет. Мужики сразу поскучнели. – До Райвио как мне добраться, не подскажете?
– Что тут подсказывать, – отбуркнулся один. – Кати себе по дороге вот в ту сторону и все… Давай вали отсюда!
Спорить девушка не стала, быстро забралась в салон автомобиля и обогнула фуры, пока мужчины не передумали – у них-то у самих наверняка имелось при себе оружие, без оружия только дети решались отходить от дома, и то недалеко. Перестрелка, конечно, была ребятам ни к чему, но, может быть, поразмыслив, они решат, что запчасти «опеля» можно пристроить к делу или хотя бы выгодно продать в городе. И это может перевесить нелюбовь к перестрелкам.
В следующий момент у Кайндел застрекотал мобильник. Перехватив руль одной рукой, она поднесла сотовый телефон к уху.
– Да?
– Немедленно возвращайся, – бросил Шреддер. – Где бы ты ни была.
– Что случилось?
– Мне только что сообщили, что началась спецоперация. Направленная против Ночи и ее людей. Словом, назад без разговоров.
Кайндел с досадой нажала на кнопку отмены и несколько минут молча смотрела в лобовое стекло. Дорога стала немного получше, и качало уже не так сильно. Конечно, крупный, тяжело нагруженный автомобиль не мог бы идти здесь со скоростью больше чем тридцать-сорок километров в час, но легкий «опель» бежал резвее. Досада буквально душила девушку. Стиснув зубы, она отложила мобильный телефон и взялась за руль.
Она и не подумала поворачивать. В голову пришла спасительная мысль, что всегда можно будет что-нибудь соврать, и на самом-то деле в Выборг она не едет, а значит, вероятность встретиться с кем-нибудь из ОСН или Круга очень мала. Подобное соображение могло бы вполне успокоить ее, если б здравый смысл не подсказывал, что это – лишь отговорки. Она стремилась никогда ни в чем себя не обманывать, потому что самообман – это конец карьеры аналитика. Так что, продолжая путь к Райвио, девушка вполне отдавала себе отчет в той опасности, которую для нее означает сделанный выбор.
И не могла заставить себя вернуться. Единственный шанс и привести свою энергетику в порядок, и надежно спрятать артефакт, да так, чтоб о нем никто ничего не узнал, – только сегодня.
К счастью для нее, от Райвио в сторону Петербурга вела отличная асфальтированная дорога, по которой приободрившийся «опель» помчался намного веселее. Кайндел сидела за рулем как на иголках и, хотя пыталась урезонить себя, что выбор сделан и ни к чему больше терзаться, все равно терзалась. Хотелось, чтоб дорога бежала под колеса машины еще быстрее и чтоб времени, потраченного на путешествие и общение с артефактом, прошло как можно меньше.