Жена из иного мира

Я не знала, что происходило всё это время. Открывала глаза и закрывала их вновь, такой непробиваемой была окружающая меня тьма. Слышала какой-то шум, далекие звуки музыки, хотя не понимала, что это играет.
Потом вдалеке сверкнуло белое. Я попыталась присмотреться, сконцентрировать взгляд на далеком силуэте. Улыбнулась своим глупым мыслям: не может же быть это ангел, который пришел забрать меня на тот свет, правда?
Нет, это был не ангел, а белоснежный, сверкающий конь. Бланко, поняла я. Пришел! Значит… у нас получилось?
Он шел в окружении ореола тьмы, и там, где его копыта касались земли, мрак отступал. Мне казалось, Бланко шагал откуда-то издалека, едва ли не с другой планеты, но я видела весь его путь так отчетливо, словно следовала за ним в полуметре, и жадно ловила каждое движение.
Но из-за этой иллюзии я не смогла понять, когда он приблизился ко мне. Бланко наклонился совсем близко, ткнулся мордой мне в живот, и боль, сковывавшая до этого тело, отступила.
Исцелил?
Не может этого быть!
Я больше не чувствовала, что умираю. Сознание становилось яснее, и видела я всё четче. А самое главное, понимала: тьма постепенно исчезает.
— Ирэн… — тихо вымолвил конь. — Ты справилась. Ты победила.
— Что произошло? — выдохнула я.
— Его проклятье вернулось к нему, — Бланко явно говорил про Ксандра. — Магия живая… Сколько лет его истинная жила в заточении, постепенно превращаясь в убийственную тёмную силу! И каждую минуту мечтала только об одном. Вернуться к любимому. Заключенная в шкатулку, лишенная большей части личности, она — то, что от неё осталось, точнее, — думала только об этом. Думала и мечтала, рвалась к нему всем сердцем…
А теперь они воссоединились.
До меня только сейчас в полной мере дошло, что же произошло. Я выпустила из шкатулки темную магию Ксандра, и она, собрав все частицы воедино, метнулась к мужчине. Заполонила его, слилась с ним, не оставив шанса освободиться. Магия истинных сильна даже после смерти. Сильна настолько, что человек рвется к своему любимому до последнего, пока не обретет покой.
— Теперь, — прочитав мои мысли, отозвался Бланко, — покой они обрели. Вечный. Проклятье пало. Род Дэмиана свободен…
Я закусила губу. Свободен! Но сам Дэмиан! Жив ли он? Что произошло? В хаосе заклинаний я не видела, какая судьба постигла моего возлюбленного. Сейчас силилась подняться, но не могла, ещё не хватало сил.
Бланко отступил от меня. Он блуждал по нашему полю боя, склоняясь к упавшим стражникам, и касался их носом. Те вздрагивали, приходили в себя. Их раны затягивались.
Он приблизился и к Седрику. Тот лежал, доживая свои последние минуты, в его груди зияла огромная рана — но стоило только Бланко коснуться его, как она начала вдруг затягиваться. Мужчина судорожно втянул носом воздух и открыл глаза, приходя в чувство.
Серж и Хэлен… Мои друзья тоже лежали на земле, не шевелясь, но каким-то образом успели схватиться за руки. Бланко дотронулся до их переплетенных пальцев, возвращая жизненные силы.
Первой пришла в себя Хэлен. Резко села, потом метнулась к Сержу, испуганная, но он уже открыл глаза и, кажется, улыбался.
Последним Бланко добрался до Дэмиана. Склонился к нему, тронул носом… Но в этот раз ничего не произошло. Тот не очнулся, не открыл глаза… Его тело, посеченное осколками заклинаний, исцелялось, но в сознание мой любимый вернуться не мог.
Нет! Я не позволю ему погибнуть!
Эта мысль с необычайной ясностью вспыхнула в моём сознании, и я бросилась к мужу, позабыв обо всем, о своей слабости, о боли…
О шкатулке, которая теперь превратилась в простую деревяшку и валялась на земле.
— Ты не можешь меня оставить, — выдохнула я, падая на колени рядом с мужем. — Не можешь. Ты будешь жить.
И, наклонившись к нему, запечатлела на его губах поцелуй.
Дэмиан не двигался. Мне казалось, что я целую статую, такими холодными были его губы. И будто каменными наощупь…
А потом между нами протянулась тонкая, едва ощутимая ниточка жизни. И я почувствовала, как сила капля за каплей перетекает в тело.
Дэмиан вздрогнул и судорожно втянул носом воздух. Потом открыл глаза. Мы несколько секунд смотрели друг на друга, и я растянула губы в улыбке, игнорируя внезапное головокружение и накатившую слабость…
Дальнейшие события я помню смутно. Те маги, которые во время битвы пострадали меньше всего, перенесли остальных домой, в лазарет. Потом у меня случился провал в памяти, но не исключаю, что я просто потеряла сознание.
У Гретты прибавилось работы, и она разделила всех пациентов на две комнаты: мужскую и женскую. Вскоре к ней присоединились вызванные целители и лекари, которые восстанавливали наши силы и лечили раненых.
Кого-то, кто пострадал меньше всего, вскоре отпустили домой со службы, лечиться в кругу родных и близких. Кого-то же Гретта продержала несколько дней.
Когда мне стало легче, я стала рваться к супругу в соседнюю палату, но Гретта и её лекари были непреклонны. Мне оставалось только смириться. Благо, Хэлен была рядом всё это время.
Странно это говорить, но мы неплохо провели эту неделю в лазарете. Нас обеих не пускали к любимым, но мы не унывали. Лишь радовались тому, что количество людей постепенно убывало, потому что им становилось лучше.
Гретта была мастером своего дела.
Мы болтали обо всём, наконец-то радуясь нашему уединению. Последние месяцы обе были в безумной веренице событий, за которыми поспевать было нереально. Я оказалась истинной мужчины из другого мира и училась совладать с магией. Она, изучая законы нового места и волшебство, влюбилась в лучшего друга, который тоже оказался истинным.
— Тебе не мешает твой браслет? — когда мы завтракали на моей кровати, поинтересовалась она.
— Нет, я его почти не замечаю, — развела я руками. — Однажды, правда, магия пыталась меня проучить и сжала браслет так узко, что было невыносимо больно.
Хэлен тяжело вздохнула. Её браслет уже исчез. Они подтвердили магию, но не заключили брак.
— Ты ведь останешься, да? — с грустью задала она тот вопрос, который давно витал в воздухе.
Тяжело вздохнула, отвернувшись. Нерешительно кивнула.
— Я уже не смогу без него. А ты? Ты хочешь на Землю? — последнее слово я произнесла шёпотом.
Если друзья останутся, мне будет легче. Но… даже если нет, я смирюсь с их выбором. Разве я могла повлиять на это?
— Я очень люблю тебя… — на её глазах появились слёзы.
Я поняла этот ответ и без лишних слов и тоже заплакала, потянувшись к подруге за обнимашками. Мой суп (или что за странное зелье, которое я ела) расплескался и облил меня и подругу. Мы рассмеялись, но затем я применила магическую сушку.