Ужасы Фазбера. 1:35 ночи
Девон выпрямился. Это была Хизер.
– Привет, Хизер, – сказал Келси. – Нашла ту книжку, про которую я говорил?
Она остановилась в нескольких футах от них и улыбнулась Келси.
– Ага. Начну читать сегодня вечером.
Хизер окинула взглядом Мик и Девон.
– О, привет, Девон.
Тон Хизер, с которым она обратилась к Девону, был совсем не таким, каким она говорила с Келси. Девон, конечно же, тоже это заметил. Какая-то часть мозга подсказывала, что резкие, тяжёлые акценты на обоих слогах его имени обозначают сарказм. Другой части мозга было всё равно; главное – что она с ним поздоровалась.
– Привет, Хизер.
Она наморщила нос, широко улыбнулась Келси и ушла.
– Она милая, – тихо сказал Келси, когда Хизер отошла. Он несколько мгновений смотрел ей вслед, потом оглядел остальных учеников, временами задерживая на ком-то взгляд.
– Ага, – ответил Мик. – Девон думает…
– Да, милая, – перебил Девон. Он повернулся и посмотрел на Мика взглядом, в котором явственно читалось «Заткнись». Мик оказался достаточно понятлив и, не сказав больше ни слова, продолжил тихо есть сэндвич.
Келси начал рассказывать об эксперименте, который они провели на уроке химии, и Девон тут же отключился. Он смотрел на Хизер, оживлённо болтавшую с друзьями, и через слово слушал разговор Келси и Мика о химических реактивах. Вот это и называется «вписаться в коллектив»? Может быть, не совсем, но он подошёл к этому ближе, чем когда-либо за последние несколько лет.
Остальной день прошёл у Девона отлично. Он давно не чувствовал себя так хорошо. На математике он даже поднял руку и правильно ответил на вопрос. У мистера Креншоу челюсть отвисла.
Направляясь к выходу из школы, чтобы встретиться с Миком после его последнего урока, Девон прошёл мимо Хизер и её подружек, собравшихся возле шкафчиков. Хизер стояла спиной к коридору, подружки образовали перед ней полукруг. Там были Валери, Джульетта и третья её лучшая подруга, Габриэлла. Квинси, парень Габриэллы, тоже стоял неподалёку; по какой-то непонятной для Девона причине Квинси постоянно тусил вместе с тремя девчонками.
– Я решила, что сама буду снимать фильмы. – Хизер закинула прядь волос за плечо. – Я не хочу быть актрисой. Я хочу стоять у камеры.
Девон даже не задумывался. Он просто остановился рядом с Хизер и заговорил. Игнорируя подруг Хизер, он бочком прошёл к ней и сказал:
– Если собираешься снимать кино, лучший вариант – ужастики. Даже самые дурацкие фильмы ужасов нравятся фанатам.
Хизер отошла на шаг назад и окинула Девона внимательным взглядом.
Он продолжил:
– Если действительно будешь снимать ужастики, расскажи мне. У моего двоюродного брата есть клоунский грим и костюмы. Можешь сделать историю про жуткого клоуна.
Хизер ткнула красным ногтем указательного пальца в грудь Девону. Подчёркивая каждое слово укоризненным… а может быть, и не укоризненным тоном, она заявила:
– Ты не оригинален. Это уже делали много, много, много раз.
Она повернулась и лёгкой походкой направилась прочь. Подруги последовали за ней; Валери, покачивая светлыми кудрями, напоследок сказала Девону:
– Ну ты и странный.
Девон смотрел им вслед, потирая место, где его коснулась Хизер. Она коснулась его!
Когда Мик и Девон вышли из школы, Мик ждал, что Девон сейчас будет рассказывать ему о поисках нового клубного дома, но Девон говорил вовсе не об этом.
– Она реально меня потрогала! – сказал Девон. Он только что поведал Мику, как поговорил с Хизер в коридоре. С точки зрения Мика, Девон просто выставил себя полнейшим болваном, но Девон, конечно же, так не думал. Девон искренне считал, что замечание Хизер и тычок пальцем в грудь – повод для радости.
Мик немного беспокоился за Девона. Похоже, его друг немного заблуждался.
Нет, Мик не считал, что Девон недостоин внимания Хизер или ещё что-нибудь такое. Конечно же, достоин. Родители Мика учили его, что внешность ничего не значит и все в равной степени достойны любви и доброго отношения. Впрочем, Мик вынужден был признать, что совсем не уверен, что мир устроен именно так. В школе, например, он не видел ни одного подтверждения словам родителей, но всё равно верил им.
Мимо носа Мика просвистела пчела, он отскочил и взмахнул своим стаканом перед лицом. Напиток внутри громко заплескался. Девон тем временем бросил камень в сцепку одного из неподвижных вагонов и попал.
Но вот с выводами насчёт Хизер если он куда и попал, то пальцем в небо. Такая попытка разговора – это замах на миллион долларов, а удар даже не на один цент.
Мик ухмыльнулся. Папа бы гордился его спортивной метафорой. Когда Мик был маленьким, спорт ему не нравился, но в последнее время он начал увлекаться бейсболом, который любил и отец. Мику нравилась статистика.
Когда Мик с Девоном вошли в лес, Мик спросил:
– Э-э, Дев? Что там с поисками нового клубного дома?
– Что? – Девон говорил что-то о волосах Хизер. Он моргнул и посмотрел на Мика.
– Нового клубного дома, – повторил Мик.
– А, точно. Всё ещё ищу хорошее место, но пока ничего не нашёл. Зато я рано утром спрятал в лесу одеяло, брезент и верёвку. Построим крепость и сделаем её нашим лагерем.
Мик широко улыбнулся.
– Бадонкадонк! Вот это круто.
Мик увидел, как Девон тяжело вздыхает. Он знал, что Девону не нравятся его словечки, но ему было всё равно. Самого Мика они радовали, а Мику нравилось делать то, что его радует. Он был совершенно уверен, что Девон думает, что Мику вообще наплевать, впишется ли он в школьный коллектив. На самом деле Мику было очень даже не всё равно. Ему было настолько не всё равно, что даже думать о том, как же старательно все остальные игнорируют их двоих, было больно, но альтернатива – выставить себя напоказ и получить окончательный отказ, – казалась Мику ещё более неприемлемой. И он, и Девон пытались справиться с этой проблемой одинаково – игнорируя остальных и занимаясь своими делами. Сейчас же Девон, похоже, пытался всё-таки вписаться, а вот Мик хотел остаться в своём мире фантазий. В мире фантазий было хорошо. А вот в реальном мире – не очень.
Через несколько минут они дошли до большой тсуги, под которой пряталась пара булыжников. Девон извлёк из-под одного из булыжников одеяло, брезент и верёвку. Вдвоём им кое-как удалось растянуть брезент в виде косой, провисающей крыши, а одеяло они положили на землю между камнями.
– Так, давай подумаем, – сказал Дев, когда они устроились поудобнее и Мик протянул ему пару чипсов со вкусом барбекю из пакетика, который купил в торговом автомате после школы. Каждый день мама давала ему деньги на покупку какой-нибудь ужасной еды из автомата. То была награда за то, что он пережил очередной день. Иногда он брал что-то сладкое и обычно сразу же это съедал. Иногда же брал что-то солёное и прятал в рюкзак, чтобы поделиться с Девоном.