Иной мир. Морпехи. Книга пятая. Перепись населения

– Зелёные братья, мать их налево, – вздохнул Саша и подойдя в сотый раз к двери дёрнул за ручку, но в ответ не услышал ругани от стоящего там надзирателя. – Ушёл, что ли? Эй, ты, мы есть хотим! – проверил он свои догадки.
– Нет, нам дёргаться – пока не вариант. – Архипов выглянул в окно с мутными стёклами, пытаясь что-либо разглядеть. – У них там казарма целая. Можно легко полсотни бойцов разместить. И это только в одном доме, а их четыре.
– Больно бьёт? – Белов в очередной раз посмотрел на ссадины и синяки, украшающие лицо Дениса.
– Вообще, приятного мало, но не смертельно. Я так понял, он опасается нас убивать. Ладно, пока время есть – отдыхайте. Что с Малышевым?
– С ним всё плохо, к утру, может, помрёт, – доложил Белов трогая лоб Игоря.
Денис ничего не ответил. Он грустно посмотрел на свернувшегося калачиком полковника и мысленно уже принял новость, что с ним всё покончено. Хоть и нельзя раньше времени хоронить, но сейчас важнее – подумать о живых.
Внутрь помещения изредка попадал свет автомобильных фар, тогда в сумрачной комнате можно было что-либо увидеть. Машины то приезжали, то уезжали, и только к ночи всё затихло. Ни еды, ни воды больше не приносили, лишь раз дверь неожиданно открылась и в узкую щель бросили маленький свёрток. Сергей поднял его с пола и увидел таблетки парацетамола. Старые с потёртыми буквами, но хорошо узнаваемые. Он незамедлительно дал Игорю ударную дозу.
Леонид всё это время молчал, сидел в углу не привлекая к себе внимания и не вмешиваясь в разговоры, лишь изредка вставал, разминал ноги и потирал уши, выпивал пару кружек воды и вновь усаживался. Все вопросы в свой адрес игнорировал полностью.
– Так, мужики, спуститесь на пол! – негромко сказал он. Но поймав на себе непонимающие взгляды повторил: – это в ваших же интересах, вы даже не представляете. Ложитесь на пол, и лучше побыстрей, – и сам тут же растянулся на досках, подавая пример.
Всё это было не зря, ведь в сотнях метров от забора в чаще леса стояли Кронах и Хурх. Сначала они удивлялись поведению кхурога, который сперва отставал, улетая не в ту сторону, а после и вовсе исчез. Медведи бы на это не обратили внимания, если бы он появился просто так. Ведь большую часть пути уже прошли, и через день должны были встретиться с человеком Денисом, но сейчас Черныш не пропускал их вперёд. Он шипел, кричал, звал за собой. И только подойдя ближе к человеческим поселениям Кронах понял, к чему были эти представления. Черныш привёл их к своему человеку, а рядом с ним был и Денис, чью ауру Кронах хорошо запомнил и мог найти среди сотен таких же.
Старший берсерк чуть слышно рыкнул Хурху, и тот, оставив свой щит на земле, обнажил клинок и мягкой поступью пошёл в обход вокруг забора.
Кронах взял оба щита, соединил вместе, увеличив площадь защиты, и прямиком направился к воротам, за которыми скрывались ничего не подозревающие люди, большинство из которых спали, оставив лишь смену дежурных для охраны. Но как таковую, службу несли тут из рук вон плохо. Наёмники, уверовавшие в свою силу, практически игнорировали собственную безопасность, никто не верил, что на них могут напасть.
За забором четыре дома, используемых как казармы, и столовая с большой кухней располагались друг за другом в два ряда, образуя подобие квадрата. Три хозяйственные постройки находились за домами у дальнего от ворот забора. Одна из них являлась баней, вторая использовалась в основном как склад, а третья – для успокоения дебоширов и пьяниц. Наёмники в часы безделья развлекались в основном тем, что употребляли местные алкогольные напитки, и тех кто не пришёл своевременно в чувство, закидывали сюда, для переосмысления жизни, а поскольку сегодня она пустовала, туда поместили пленников.
Кроме бойцов, прибывших с Юргисом с северных поселений, к ним для подкрепления приехали ещё шестеро на трёх автомобилях. С утра они должны были все отправиться обратно, чтоб завершить начатое.
У ворот с внутренней стороны стояла маленькая сторожевая будка, где в будние дни практически всегда сидел дед, местный сторож и механик. За парковкой перед домами был навес с неудобной скамьёй, двое дежуривших охраников должны были патрулировать вдоль забора, а третий находиться под навесом, но в эту ночь то ли из-за низкой дисциплины, то ли по забывчивости, охранников было двое. Оба они сидели на лавке покуривая местный табак, сизый дым от него нехотя поднимался наверх, и уносимый ветром растворялся в ночном воздухе. К четырём утра должны были прийти две кухарки, которые обслуживали кухню и готовили еду для наёмников. Последние чувствовали себя тут достаточно комфортно, сравнивая времяпрепровождение с санаторием, отдыхая между работой или во время перегруппировки.
На территории находились две вышки, расположенные по углам у забора, но в ночное время их частенько использовали вместо туалета, честолюбивых солдат удачи ни за что туда нельзя было загнать для несения дежурства, и постепенно прямое предназначение эти вышек забыли. Высокий крепкий забор вселял чувство безопасности, со времени постройки случаев нападения зафиксировано не было, лишь изредка бездомные пытали свою удачу в надежде попасть внутрь, но каждый раз получив тумаков забывали сюда дорогу.
Так же и в эту ночь, услышав негромкий скрежет по воротам один охраник лениво посмотрел на товарища, дабы решить вопрос, кто пойдёт прогонять очередного бездомного.
– Камень, ножницы, бумага? – промолвил второй, и выкинув докуреный бычок положил автомат рядом, вытянув вперёд готовую к игре руку.
– Раз, два, три! – посчитал первый и показал выигрышный сжатый кулак – камень.
– Эх, – грустно вздохнул второй, и затянувшись едким дымом самокрутки направился к воротам, где нетерпеливый гость настойчиво скрёбся и стучал.
– Пошёл вон отсюда, бомжара! Сейчас выйду, и если не успеешь убежать – получишь в рыло! – прикрикнул он, и убрав автомат за спину отворил ворота.
Он готов был увидеть кого угодно: подвыпившего мужчину, полураздетую женщину, готовую отдать своё тело на поругание ради миски похлёбки и ночлега, или вечных попрошаек – детей, снующих круглосуточно в поисках еды и ценностей. Но вместо всех перечисленных перед ним в ночи возник огромный силуэт зверя, который тяжело дышал. И единственное, что успел услышать в последние мгновения жизни человек – тихий рык. Перед его глазами промелькнули блики от стального клинка, который располовинил его тело надвое, войдя в области ключицы, и не встретив сопротивления вышел сбоку, чуть ниже пояса. Мужчина сделал последний вдох своей жизни, и его податливое тело потеряв всякий контроль мягко упало на землю.
– Ну что там? – негромко спросил его товарищ. Он смотрел на звёзды, а рукой утрамбовывал в сигаретную гильзу мятый табак. Не дождавшись ответа он опустил голову и посмотрел на ворота, и в тот же миг клинок в медвежьей лапе плавно пронзил его рот, выбив зубы и перебив шейные позвонки. Он почувствовал отчётливый металлический привкус и невозможность что-то сделать. Не мог ни крикнуть, ни вздохнуть. Его глаза смотрели на медведя, совершенно не понимая что произошло, а голова и тело не распадались только за счёт силы Кронаха, удерживащего их на клинке своего меча.