Тимьян и клевер
Кот чихнул и успокоился.
– Я, конечно. И что ты суетишься, словно раньше ничего подобного не видел? – ворчливо откликнулся он, усаживаясь и оборачивая пушистый хвост вокруг лап. – Тьфу, чуть не попался. Флаэрти, забери у неё эту вонючую гадость и выкинь подальше, и тогда уже поговорим.
– Какую еще гадость? – терпеливо переспросил Киллиан и, не имея не малейшего желания обыскивать девушку с головы до ног, уточнил: – И откуда забрать?
– Оттуда, – царственно ответил кот и совершенно по-человечески махнул от себя лапой, как манерная барышня. – Из верхнего кармана сюртука, разумеется. Странно, как я издалека еще не почуял эту вонь… – и он прикрыл нос лапой.
Киллиан вздохнул. Делать было нечего.
– Сэр, вы позволите?..
Он осторожно подвинул в сторону Томаса, замершего с открытым ртом, и склонился над девушкой. Та едва дышала и была страшно бледна. Отвернув плед, Киллиан запустил руку в верхний карман сюртука и почти сразу наткнулся на что-то странное. Потянул наружу – и с удивлением увидел небольшую кисть желтовато-белых цветов.
– И что это?
– Рябина, – прогнусавил кот. – Давай, выброси её. Только подальше, не за порог – за ограду, а то Нив споткнётся, когда будет двор мести.
Пока Киллиан относил злосчастный цветок, Айвор успел не только перекинуться обратно, но и осмотреть девушку. Судя по пунцовым щекам Томаса, целомудренным похлопыванием по сюртуку дело не обошлось.
– Редкая штучка! – радостно возвестил Айвор, стоило Киллиану переступить порог гостиной. – Ты знаешь, кого к нам занесло? Самую настоящую вилью! Их чаще встречают на востоке, в Московии, а здесь эти прелестные создания практически не известны. Но тебе повезло, мой любезный друг – я как-то знал одну милую вилью. Правда, она была с крыльями, а у этой их кто-то уже успел отобрать.
Киллиан и Томас, не сговариваясь, уставились друг на друга.
– Так вот что у неё украли, – задумчиво подытожил Киллиан. – Да, похоже на правду.
– Осталось выяснить, при каких обстоятельствах это произошло, – довольно сощурился Айвор и переплёл пальцы замком. Чёрные когти, гладкие, как стекло, многозначительно блеснули в тёплом солнечном свете. – Кстати, прелестный мой друг, нет идей, кто мог бы подкинуть бедняжке в карман цветы рябины?
– Увы, я не присутствовал в участке с самого начала, – развёл руками Киллиан и задумался. – Впрочем, погоди… Одна цыганка всё время поглядывала на эту девицу. Мистер О’Доэрти, скажите, не подходила ли цыганка к вам незадолго до того, как девица упала в обморок?
Томас погрузился в размышления, почёсывая кончик носа, и через полминуты протянул неуверенно:
– Нет, кажется, нет. Она так и сидела в углу. Но вот что вспоминается… Когда я пытался объясниться с констеблем, кто-то протиснулся к двери и оттолкнул юную леди, – кивнул он на вилью. – И вот вскоре после этого она и лишилась чувств.
– А вы не могли бы описать того грубияна? – попросил Киллиан, чувствуя, как в груди закипает азарт. – Вспомните, пожалуйста.
– Гм… Не могу, – понурился Томас. – Он весь был какой-то… расплывчатый, да. Вроде бы и смотришь на него, а через мгновение лица не помнишь.
– Узелок на отвод глаз, – быстро произнес Айвор, не дожидаясь вопроса. – Карманники такое делают. Наверняка он и кинул рябину.
– А значит – узнал в девушке вилью, – подхватил Киллиан. – Может человек на глазок изобличить бескрылую?
– Нет, – решительно помотал головой Айвор. – Это у меня чутьё, а вы, люди, наверняка знать должны…
– Ну, я-то чувствую, когда фейри замешаны.
– Ты – существо особенное, Киллиан, – развеселился вдруг компаньон. – Даже и не представляешь, насколько. Ну, да ладно, не о том речь. Кстати, юноша Томас, я вас хочу огорчить – крылья у вильи воруют обычно для того, чтобы на ней жениться.
– Ой, – сказал Томас и побледнел так, что у него веснушки проступили.
Киллиан проглотил смешок.
– Не унывайте, мистер О’Доэрти. Вовсе не обязательно, что вилья разделяла марьяжные планы того неизвестного господина. Давайте дождёмся её пробуждения, и тогда уже решим, что делать.
– Я бы не советовал, – авторитетно заявил Айвор, присаживаясь на ручку кресла, в котором дремала бескрылая вилья. – Когда она проснётся, то может тут же убежать, чтобы найти свою пропажу. А похититель наверняка поблизости только того и ждёт. Не зря он за добычей в участок не побоялся зайти. Рискну предположить – в его планы входило, что милый юноша Томас, напуганный обмороком дамы сердца, выйдет на свежий воздух, дабы привести её в чувство… Вот тут-то злодей бы вилью и умыкнул.
Томас О’Доэрти совсем сник.
– И что вы предлагаете, сэр?
Айвор аристократично зевнул, прикрывая рот ладонью – словно заскучал.
–А вы заключите с моим любезным Киллианом надлежащий договор, и он найдёт вам похитителя до того, как бедняжка проснётся. Кстати, крылья ей возвращать не советую – оставьте себе и спрячьте в сундук, окованный холодным железом. Вот тогда эта красотка за вами хоть на край света, хоть под Холмы пойдёт, – подмигнул ему Айвор заговорщически.
Томас широко распахнул глаза.
– Но ведь это же… подло!
– Подло, не подло… – пробурчал Айвор, вытягивая из-за пазухи длинный свиток. – Вы, юноша, сначала договор подпишите, а потом уже рассуждайте. Наше дело маленькое – найти крылышки этой красавицы, а вы потом уже решайте, будете на ней жениться или нет… Да-да, ставьте подпись тут, тут и тут. В трёх экземплярах.
– А зачем так много? – робко поинтересовался Томас, макая перо в парящую в воздухе чернильницу. Руки у него слегка дрожали.
– Ну, как зачем? Вам, мне и моему очаровательному партнёру, – широко ухмыльнулся Айвор и хлопнул Киллиана по плечу. – Так… так… чудесно. Значит, двадцать фунтов, плата – по результатам. Киллиан, за работу! А я пока пригляжу за нашими клиентами, чтоб их, хи-хи, никто не украл.
– На пару слов, дорогой партнёр, – кисло улыбнулся Киллиан, предчувствуя неприятности, и потянул фейри за рукав.
Оставив окончательно сбитого с толку Томаса в компании спящей вильи и свежеподписанного договора, они перешли в соседнюю комнату, в библиотеку. Айвор тут же вывернулся из крепкой хватки и, поведя хрупким плечом, вспорхнул на один из книжных шкафов. Окна в библиотеке были закрыты на щеколду и задёрнуты плотными тёмно-зелёными шторами, а потому здесь царил сонный полумрак, как на дне заросшего ряской пруда. В кинжально узком солнечном луче, едва пробивавшемся сквозь щель в ставнях, парили золотые пылинки. Книги в разномастных переплётах, частью собранные хозяином дома, частью перевезённые Айвором из старого поместья, хаотически громоздились на полках – переплетённые в кожу фолианты льнули к стопкам дешёвых бульварных романов о рыцарях и прекрасных дамах, трактаты по медицине и истории, обильно переложенные закладками, выпирали с края, едва не падая на пол, и тут же валялись книги заклинаний со слипшимися намертво страницами.