Тимьян и клевер

Мистер Барри застыл как громом поражённый.
– Превращать чудесный эль в воду? Кому это может понадобиться, скажите на милость? Право, глупость. Не разочаровывайте меня, мистер Флаэрти. Рекомендации уважаемых людей – вот причина обращения к вам… Но у меня и своя голова на плечах есть. И если я увижу, что похвалы были изрядным преувеличением…
– Мистер Барри, что бы вы сказали пэру из Парламента, вздумай он поучить вас готовить эль?
– Что сказал? Разумеется, что, при всём уважении, я-то лучше разбираюсь в этом деле, – прокряхтел он, отводя взгляд. – А если ему мой эль не по нраву, так в округе пабов – и за месяц не обойдёшь, коли в каждом за вечер по кружечке пропускать. Пусть выбирает любой.
Киллиан выдержал длинную паузу, устремив на строптивого клиента немигающий взгляд, а потом мягко, тягуче, словно мёд разливая, проговорил:
– Мистер Барри, в Дублине столько констеблей, что если каждый из них зайдёт в ваш паб пропустить по кружечке, то запасы эля в один вечер истощатся. При всём уважении, я лучше разбираюсь в сыске, а потому просто позвольте мне делать мою работу, раз вы наняли меня, доверившись рекомендациям уважаемых людей… Или поищите констебля себе по вкусу.
– Э-э… Грхм, – кашлянул мистер Барри смущённо. – Ну-с, круг подозреваемых ведь рано выстраивать? Прежде надо со всеми словечком перемолвиться, хе-хе… А хотите, как придём, я вас элем угощу? Чтоб разуменье было, вокруг чего суета?
– Не стоит, – вежливо отказался Киллиан. – На работе я предпочитаю воздерживаться от хмеля. Не поверите, был в моей практике случай, когда одна вдовушка повадилась угощать соседей вином на волчьей ягоде…
За потешной историей удалось скоротать дорогу, а заодно и развеять напряжение. Когда мистер Барри вновь заулыбался, Киллиан незаметно перевёл дух. Клиентов с норовом в «Тимьяне и Клевере» хватало, но обычно ими занимался Айвор. Одного недовольного взгляда фейри хватало, чтоб сбить спесь даже с аристократа.
«С другой стороны, начнёшь всех осаживать – никто потом тебя рекомендовать не станет, и прости-прощай, репутация, – мрачно размышлял Киллиан. – Правильно Айвор говорит – нужно блюсти баланс».
В ветвях каштана запутался ветер, и за шумом листьев Киллиану померещился тихий, шелестящий смех фейри.
«Наваждение, точно».
Мистер Барри сказал правду – «Счастливчик» был заведением старомодным, но аккуратным и ухоженным. Вместо черепицы крышу устилала солома, да не жиденько, как в бедных хижинах, но толстым – в полметра – плотным слоем. Из-за плавных изгибов чудилось, что крыша обнимает стены, словно птица крылами – родное гнездо. Из пухлой, приземистой трубы струился серебристый дымок. Кроме дома, во владениях семейства Барри имелся обширный двор и даже сад с маленьким прудом – редкость в столь оживленном городском районе.
– Кхе-кхе, – кашлянул мистер Барри, заметив восхищённый взгляд Киллиана. – Этот паб даже не мой прадед – мой пра-пра-прадед строил, в те самые времена, когда о лицензии на торговлю элем никто и слыхом не слыхивал. Пойдёмте внутрь, мистер О’Флаэрти, я вас со своими домочадцами познакомлю. Только уговор – с Маргарет не любезничать, мала она ещё – с мужчинами знаться. Пусть сперва Эмили Ли замуж выйдет, вот тогда…
– Слово честного человека, – с лёгкой душой пообещал Киллиан, потому что никакого желания ухлёстывать за дочкой трактирщика у него не было. – Но всё же представьте меня этой самой Маргарет. У незамужних девиц глаз острый, может, она и заметила что-нибудь необычное.
– Я уже и дочек расспросил, и служанок, и жену, – уверил его мистер Барри. – Они о кражах – ни сном, ни духом. Но если удостовериться желаете…
И снова повисла многозначительная пауза. Киллиан вздохнул.
– Желаю.
Рассказывая о пабе, Фергюс Барри нисколько не преувеличил – внутри действительно оказалось весьма чисто и уютно, а отполированные дубовые доски пола так сверкали, как и начищенный паркет не у всякого богатея в доме блестит. По стенам и над окнами были развешаны связки сухих трав, а над стойкой красовалась самая настоящая кабанья морда.
Народу в зале, впрочем, оказалось не так уж много. За дальним столом трое моряков азартно шлёпали засаленными картами, сквернословя, хохоча и шумно отглатывая из высоких кружек. На это действо недовольно косились двое мужчин среднего возраста и обычной городской одежде – темно-коричневые брюки, светлые рубашки да плотные клетчатые пиджаки невнятной расцветки. У стойки миловидная женщина с убранными под косынку волосами любезничала с высоким незнакомцем, одетым не по погоде – в длинный, тяжёлый тёмно-серый плащ и кепку-клинышек. Завидев мистера Барри, женщина ойкнула и, подобрав юбки, удрала в подсобное помещение, оставив мужчину наедине с кружкой и бараньими рёбрышками.
– Ну, сейчас-то ещё день, люди-то работают, а вот вечером здесь шумно бывает, – ответил мистер Барри на так и не высказанный вопрос. – Мы и открываемся обычно ближе к вечеру. Что скажете о моём «Счастливчике», мистер Флаэрти?
Киллиан немного подумал, прежде чем откликнуться, чувствуя, что от ответа будет зависеть многое.
– Тут всё… – Он набрал воздуху в лёгкие. – Добротно. Основательно. В таких местах особенно хорошо бывает осенью и зимой, когда погодка – дрянь, то ли снег с дождём, то ли дождь со снегом, и не поймёшь, что больше греет – грог или домашний уют… Мистер Барри, скажите, а «Счастливчик» – часом не тот кабан?
Старик удивлённо моргнул – и засмеялся, хлопая себя по бокам.
– Вот теперь верю, что вы сыщик, мистер О’Флаэрти. Вы первый, кто про Счастливчика догадался. Ему, почитай, уже почти триста лет. Был такой здоровенный кабан, всю деревню в страхе держал, а от охотников уходил, как заколдованный. Ну, мой-то пращур с ним справился, как видите.
– Значит, ваше почтенное семейство восходит к настоящему герою? – улыбнулся Киллиан.
– Кхе-кхе, – смущённо кашлянул Фергюс Барри. – Да в нашей-то Ирландии у каждого второго в предках непобедимый герой, а каждый третий вообще норовит хоть в мечте с племенами богини Дану породниться. А вы-то, кстати, какого роду?
– Исключительно незнатного, – заверил его Киллиан. – Неволшебного, скучного рода, который если чем и смог прославиться, то трудолюбием.
«А также умением торговаться и делать деньги даже из воздуха», – об этом Киллиан благоразумно умолчал.
Ни к чему случайным знакомым знать, что в семье Флаэрти на каждое поколение приходилось не меньше пары авантюристов, готовых хоть пуститься в путешествие за море, хоть отправиться на поиски сокровищ фейри, хоть уехать, едва достигнув совершеннолетия, в столицу, не имея ни пенни за душой.
– Это даже хорошо, – довольно усмехнулся мистер Барри. – Из таких надёжных людей самые лучшие мужья получаются, хе-хе, вот таких я для своих дочек и хочу.
«Ничем не могу помочь», – огрызнулся про себя Киллиан, а вслух разразился подобающей случаю банальной речью, сдобренной изрядной долей благих пожеланий для самых, без сомнения, добронравных и очаровательных девиц во всей Ирландии.