Огонек моей души (СИ)

- Что происходит? – не выдерживаю и начинаю кричать, - зачем ты звонила?
- Рита, ты с ума сошла? Зачем ты с ним сбежала?
- Послушай, … тебе не кажется, что это не твое дело?
- Рита, очнись, - кричит в ответ, - он же поспорил на тебя.
В мое сознание врезаются эти страшные слова, и я чувствую, как мир вокруг покрывается уродливыми трещинами.
- Поспорил с Алексом. У меня видео есть, могу показать. Если ты выдержишь, конечно.
Я слабо киваю, потому что, если спор был, я хочу знать это наверняка. Лейла какое-то время копается в телефоне, а потом включает запись. Я смотрю видео и медленно умираю.
После его слов «спорим» и закрепляющего рукопожатия из глаз брызгают слезы. Закрываю рот ладонью, но сдержать рыдания не получается. В этот момент на мой телефон падает сообщение.
«Все в порядке? Выйти сможешь?»
- Подожди, - останавливает меня Лейла и перехватывает руку, когда я собираюсь швырнуть телефон в стену, - нужно отомстить, понимаешь? Нельзя оставлять это так просто, Рита. Они подонки, играющие чужими судьбами.
- Я сейчас не в состоянии, - вырывается из меня с хрипами, - я не могу. Я не хочу больше никогда его видеть.
- Тебе и не надо, - Лейла выпрямляется и крутится передо мной со всех сторон, - вместо тебя пойду я. Уж, поверь, я сделаю так, что он обо всем пожалеет.
- Он догадается, - выдыхаю с трудом, вообще не могу сейчас думать, кажется, что мою голову разорвет от всей этой правды.
- Не догадается. Там темно, а ты сейчас дашь мне свою одежду. Кстати, где твои духи?
Лейла одевает мою толстовку с капюшоном поверх своего очень короткого платья и наносит на запястья мои духи. А потом ни слова не говоря, спрыгивает с подоконника на улицу. Марат там, я его не вижу, но чувствую. Они не разговаривают, в открытое окно слышны только удаляющиеся шаги.
Я без сил падаю на кровать и проваливаюсь в какое-то забытье. Нет, я не сплю, я просто стараюсь не сойти с ума от жгучей боли в груди. Не знаю сколько проходит времени, но я ничего не чувствую, кроме пустоты. Лейла возвращается в комнату, когда за окном начинает светать. И выглядит она снова по-другому. Волосы выкрашены в черный, и подстрижены под каре. А я начинаю думать, что ее вчерашнее преображение мне привиделось.
Ни о чем не спрашиваю ее, потому что не способна на разговор, который будет хоть как-то связан с ним. Лейла тоже молчит, собирается на учебу и уходит. Я продолжаю лежать в кровати, отвернувшись к стене. Больше всего сейчас я хочу исчезнуть. Из этой комнаты, из этой школы и из этой жизни. Я не знала, что любить бывает так больно, и я никогда не думала, что разочаровываться и падать с небес на землю почти смертельно.
Не знаю сколько проходит времени, но меня будит куратор, она трясет меня за плечо до тех пор, пока я не открываю глаза.
- Рита, - ее голос ровный, почти безэмоциональный, но в глазах я вижу беспокойство, - тебя вызывает директор. Срочно. Нужно идти.
Молча поднимаюсь с кровати, руками приглаживаю волосы, и залпом выпиваю стакан воды. А потом выхожу из комнаты, даже не посмотревшись в зеркало. Чем ближе я подхожу к административному корпусу, тем сильнее меня скручивает от боли.
В кабинете директора школы особая атмосфера, воздух трещит от напряжения и совершенно нечем дышать. Возможно, мне все это только кажется из-за плохого самочувствия, но мне очень хочется прямо сейчас снова сбежать на воздух.
Ловлю первый шок, когда вижу, что в кабинете директора сидит моя мама. Сначала начинаю думать, что у меня галлюцинации, но то, как выразительно она смотрит на меня, заставляет поверить в реальность происходящего. Второй шок приходит, когда побледневший директор начинает говорить.
- Это немыслимо. На территории школы устроить такое…, - он вытирает лоб платком и смотрит на меня с презрением и пренебрежением, - это видео уже гуляет по сети и я понятия не имею, как его остановить. Это же такой позор для нашей школы, такой позор. Вот, полюбуйтесь, что творит ваша дочь.
Сначала я ничего не понимаю. Какое видео снято на территории школы? В чем заключается позор? И самое главное, причем здесь я? Не понимаю до тех пор, пока на стене не включается огромный экран телевизора.
 
В комнате на видео темно, но благодаря тусклой подсветке, можно легко разглядеть в ней двух присутствующих. Там парень с девушкой и то, что они делают и какие звуки при этом издают, не оставляет никаких сомнений в происходящем.
Его я узнаю сразу и чувствую, как сердце сжимается от боли. Вдоль позвоночника образуется неприятный холодок и бьет точным ударом в солнечное сплетение. Как он мог так поступить со мной? За что предал? Но, потом, когда я перевожу взгляд на девушку, меня сковывает просто животным ужасом.
Девушка похожа на меня. Очень! Она просто моя вылитая копия. Но это абсолютно точно не я.
Лейла! Это она там… с ним. По резким отрывистым движениям понимаю, насколько он зол в этот момент. Он просто кипит от бешенства. Одним рывком поворачивает Лейлу к стене и задирает платье до талии. А та с гортанным стоном прогибается и выставляет навстречу ему свой зад. Дальше слышится хлесткий удар по заднице, я вздрагиваю и ненадолго зажмуриваю глаза. Господи! Какой кошмар. Лейла стонет еще громче, а он коленом раздвигает ей ноги, с треском рвет белье и наваливается на нее всем телом.
Дальше видео резко обрывается, но не потому, что оно закончилось. Его выключил директор школы. Вокруг повисает звенящая тишина, а ко мне сразу приходит горькое осознание. Понимание, что доказать свою невиновность в этой ситуации, у меня нет никаких шансов. Но я все равно не сдаюсь, я пытаюсь. С трудом стряхиваю с себя состояние липкого ужаса и поворачиваюсь к директору.
- Это не я, - ору с надрывом, - на видео с ним рядом не я.
- А кто? – слишком спокойно спрашивает директор школы.
- Пригласите его сюда, - предлагаю первое, что приходит в голову.
Часть меня продолжает думать, что это недоразумение, досадная ошибка. Я подсознательно пытаюсь снова искать в нем защиту, пытаюсь обрести чувство безопасности рядом с ним. Он сейчас придет и ситуацию чудом разрешится.
А другая часть уже знает, что это не поможет. Но я все равно хочу увидеть его в последний раз. Я хочу посмотреть в его лживые глаза и умереть. Окончательно разочароваться в людях, чтобы никогда больше никому не верить, никогда не любить и не страдать. Мне необходима сейчас эта шоковая терапия, чтобы понять, какими сволочами могут быть люди ради минутной игры и коротких развлечений. Развлечений, которые ломают жизни людей так же легко, как спички.
Директор на удивление быстро соглашается и звонит кому-то по внутреннему номеру. Минуты тянутся вечность, в кабинете снова стоит оглушительная тишина. Смотрю на маму, но она не замечает. Сидит неестественно прямо и смотрит в одну точку.
Внезапно дверь открывается, и я готовлюсь окончательно погибнуть под его взглядом. Но на пороге кабинета стоит всего лишь секретарь. Она нерешительно мнется, а потом начинает говорить.
- Он отказался идти.
- Как это отказался? - рявкает директор.
- Он сказал, что ему плевать на все и сразу уехал.
- Куда уехал? Покидать территорию школы в будние дни запрещено без предварительного согласования со мной.
Директор продолжает что-то кричать, кому-то звонить, но я вдруг резко перестаю его воспринимать. У меня в голове крутится только одна фраза. Его последняя фраза «плевать на все». А дальше я падаю в пропасть. В самую бездну. На самое дно. И разбиваюсь там на части. Пропадаю, погибаю, умираю. Без возможности когда-нибудь воскреснуть вновь.
* * *
Марат
Все тело скручивает от дикой боли, перед глазами стоит вязкий туман, а в горле скапливается ядовитая горечь, от которой невозможно избавиться. Опрокидываю в себя стакан воды и с отвращением выплевываю его обратно. Не могу. Поверить не могу во весь этот кошмар. Мерзкие кадры, которые до сих пор мелькают перед глазами, кислотой выедают мозг.