Превосходство Воплощенного. Том 4

Мужчина останавливается, едва заметно склоняет голову вбок:
— Справедливость, — голос холодный, сиплый.
— … Ч… что?
Человек приподнимает маску. Теперь можно рассмотреть его лицо. В горле Элеоноры встает тяжелый ком, не позволяющий дышать. Но это происходит недолго. Злость и обида накатывают так резко, что она, ломая ногти, впивается пальцами в промерзлую землю.
— Ты-ы-ы-ы! — ком рвется из горла воем отчаяния вперемешку со злобой.
Больше мужчина ничего не говорит, надевает маску.
— Ясно… Тогда… встретимся в… аду… — выдавливает из себя оскал Элеонора.
Демон в маске… Да, он похож на демона. Маска ему подходит. И этот демон не чувствует приближение еще одного человека…
А Элеонора чувствуют. Давным-давно она научилась этому у Фрагоров. Это умение называется «метка». С ее помощью выходцы могут выслеживать своих одаренных жертв. Чувствовать их. И сейчас Элеонора отчетливо ощущает приближение своей метки на Константине Кибе…
Он приближается…
Но это не имеет значения. Он не успевает. Слишком далеко.
В груди Элеоноры сверкает огонёк надежды. Но нет, не на спасение. Тут уже всё понятно…
На месть.
Она надеется, что Киба отправит эту гниду в ад, следом за ней…
Демон в маске возвышается над ней, заносит палицу для последнего удара. Элеонора болезненно отодвигает руку, незаметно пишет своей кровью буквы на снегу… Имя пазла. В благодарность, за то, что Константин Киба хотя бы спешит ей на выручку.
Время замедляется… Последняя секунда жизни и правда существует…
Взмах!
Палица надвига…
— Ххххренаа-а-а-а-ас-с-с два-А-А-А-А-А-А-А-А!!!!
С огромной скоростью откуда-то сзади, из череды деревьев, вылетает что-то, что невозможно различить невооружённым взглядом. Лишь из-за метки Элеонора понимает, что это Константин.
Росчерк черного силуэта врезается в демона с такой силой, что с веток падает снег, а волосы Элеоноры электризуются и встают дыбом.
Демон вместе с Константином улетают за пределы видимости Элеоноры на несколько десятков метров. Она пытается вывернуть шею, чтобы посмотреть, что происходит, но, похоже, сделала что-то хуже — защемила нерв или потревожила отбитые внутренние органы…
Она тяжело дышит… Очень тяжело!
А потом…
Сначала её сердце бьется как умалишённое…
Тук! Тук! Тук! Тук!
Тук! Тук…
Тук… Тук…
Тук…
Ту…
…
 
* * *
Между деревьев замечаю, как над Элеонорой заносят настоящий моргенштерн, размером с небольшой арбуз.
Не успею…
Скорости не хватает…
Она знает про пазл! Нельзя дать ей умереть!
Вскидываю руки вперед — из рукавов со скоростью пули летят кунаи, обматываются за деревья впереди меня.
А теперь…
Сжать нити!
Руки рвутся чуть ли не с корнем. В лицо бьет морозный ветер. Ветки царапают щеки.
Безумие…
По инерции лечу вперед, как из огромный рогатки. Обрываю нити, чтобы точно руки не оторвало. Лишаюсь двух кунаев из шести — они так и остаются прикрученными к березам. Треть суммы уходит на укрепление кожного покрова. Если я навернусь, то это хоть как-то облегчит мою участь…
В сантиметре пролетаю мимо дерева…
Не успеваю…
Надо как-то привлечь его внимание!
— ХРЕНА С ДВА!!! — ору я во всю глотку.
Человек в маске поднимает голову.
Бам!!!
В плече что-то хрустит от столкновения с ним. Надеюсь, ему больно так же, как и мне.
На какое-то время теряюсь в пространстве.
Чувствую еще один удар. Но на этот раз из-за падения на заснеженную землю. Снег смягчает приземление. Человек в маске летит дальше и врезается в ствол дерева.
Вставай! Вставай Эйн Соф!
Поднимаюсь на ватные ноги — они еле держат меня после скоростных маневров. В подмышках жжет и отдается болью. Я потянул связки, резко дернув руки нитями импровизированной рогатки.
Но я не показываю слабости. Смотрю только вперед.
Человек в маске медленно приподнимается. Да так, будто и не почувствовал удара о переломанное пополам дерево.
— Ты кто, мать твою, такой? Я вызвал стражей! — блефую я. — Через минуту тебя сотрут в порошок! Напасть на учителя прямо на территории школы! Ты сдурел?!
За маской не могу ничего различить. Человек поднимает свое оружие и молча указывает им куда-то за мою спину и делает шаг навстречу мне.
Не ведусь и не оглядываюсь. На что он там указывал?..
И вдруг понимаю…
Стук сердца Элеоноры. Он затих.
Тик… Так…
Человек надвигается. Он опасен. Чувствую это каждой клеткой своей кожи.
А у меня почти не осталось суммы. Всё тело болит.
Гниль подземная!
Ну ладно…
Хорошо…
Я же не просто так предметный МАГ остаточного ответвления. Мы готовимся к бою заранее…
Срываю с себя пуховик и рубаху под ней.
Человек в маске замирает на месте.
Все мое тело от запястья до живота белое от прилипшей живой материи. Обмотано обрывками ткани, как второй кожей. Местами кажется, что я перемотан нитями, местами веревками, местами свисающими лохмотьями. Но кажущийся хаос обманчив. Все именно так, как должно быть. Этот шевелящийся «костюм» я сделал сам. Своими руками пришивал, обматывал, запитывал своей суммой и суммой из сушеного пальца. О своей работе не рассказывал никому, даже Патрику Эдвайсу.
И это лучшее и первое мое изобретение в этом мире, которым сможет пользоваться только я.
Потому что я Эйн-Соф.
Первый Хранитель Шэйлы, Тень Шиилы.
Константин Киба!
— Ну давай! — рычу я в оскале, пробуждая давно забытые техники агрессивного мышления в бою. — Встреча со мной — твоя последняя ошибка в этом мире!
Костюм оживает, шелковые щупальца расходятся во все стороны, шевелятся в ожидании первой жертвы…
 
    
Глава 5. Призраки и жгуты
Белые щупальца из шелка живут своей жизнью. Развеваются во все стороны, пытаясь ухватиться, разорвать, убить…
Только я могу контролировать этот «костюм». Для любого другого чистого предметника это всего лишь рваное тряпьё… Да, такой одаренный сможет изменить материю костюма. Но не управлять ею.