Превосходство Воплощенного. Том 4
— Не ожидал, что вы лично захотите со мной встретиться.
— О, это ничего. Пусть люди посплетничают о нас. Перекину их внимание на тебя. Это даст мне немного времени. М-м-м, вкусно, — жует Верховный дольку, подцепляет длинными пальцами еще одну, запихивает в рот. — Я тут принес перечень зелий, которые ты выторговал.
Протягивает мне лист. Хочу развернуть, но Верховный останавливает меня жестом:
— Прочтешь потом и останешься доволен. Вечером их доставят в твою комнату в жилом крыле. Устраивает?
— Вполне, — киваю. — Благодарю, Верховный. Но вы же пришли не для этого?
— Угу, — запихивает в рот сразу пять долек. — Хотел посмотреть на тебя лично. Знаешь, я хорошо разбираюсь в людях. Достаточно посмотреть им в глаза.
Вот смотрю я на этого лопающего мармеладки старика в дешевой накидке и никак не могу сопоставить его с главой великой коалиции. Хотя нет. Все-таки похож. Просто надел на себя маску скромного старика, которому очень хочется довериться. Помню я одного такого. В Академии Высшего Плетения Варгона был один Архивариус. Студентам улыбался, шутил с ними, а вечерами практиковал плетения крови в подземельях. Сама Давара Соф устранила его ночью в теплой кровати. Не знаю за что, но вроде за эксперименты по межвидовому скрещиванию.
Принюхиваюсь. От него пахнет чем-то сладковатым, пряным, цветущим. Хм…
— Можно спросить, Верховный?
— Конечно.
— Вы… под зельями?
Верховный смотрит на меня исподлобья:
— С чего ты взял?
— Я не услышал, как вы вошли. Тут без фокусов с суммой не обошлось. Да и мармелад у вас одного цитрусового вкуса и пахнет иначе обычной сладости. Еще парфюм слишком ядреный и, кажется мне, что вы не любитель душиться по утрам. Пытаетесь замаскировать запах? Я слышал, что чем сильнее зелья, тем они… пахучее.
Тишина. Лишь шуршание пакетика с мармеладом.
— А ты проницательный. Скажу так — сегодня я и правда немного употребил, — по ребячески хихикает.
— На это есть причина?
— Кто знает… Времена сложные. Я очень редко выхожу в люди. Особенно в такие небезопасные места. Понимаешь, только в прошлом году на меня совершили два покушения. Но я хотел поговорить с тобой не об этом. А о том, что ты говорил мне по телефону…
Хреново. Так и знал, что старик заинтересуется подробностями моей инопланетности. Многозначительно кошусь на камеры.
— Не переживай. Я позаботился. Никто за нами не следит.
Делаю наиболее саркастическое и недоверчивое лицо из всех, которые знаю. Верховный вздыхает и вместе с его вздохом камеры скрежещут, превращаясь в кусок пластика и металла, падают на пол. Что за? Он точно зельевар?
Голос старика меняется на более деловой:
— Буду с тобой откровенным. Я не хотел отпугивать тебя по телефону и поручать разговор с тобой другим, иначе это могло бы обернуться непредсказуемо. Но сейчас я лично здесь и дальнейшие события зависят только от меня. Итак, — верховный комкает пустой пакетик, сует его за пазуху, — о важном…
Я искренне напрягаюсь.
— …ты будешь это есть? — удрученно кивает на лимонную дольку в моих руках.
— Э-э-э… нет, — возвращаю угощение.
— Спасибо.
Верховный берет дольку, с удовольствие ее съедает.
Чокнутый. Полный и бесповоротный ненормальный. И до предела умный. А значит опасный по всем пунктам.
— Так что ты там говорил про НАШ мир? Мне очень любопытно. Я, знаешь ли, тоже своего рода ученый, — иронично улыбается.
Сажусь на лавку, скрещиваю руки:
— Избежать этой темы не получится?
— Конечно нет. Если ты не хочешь чтобы мы вступили с тобой в смертельный бой. Я не привык недооценивать противников, поэтому не удивлюсь, если мы случайно разнесем всю школу хе-хе.
Мда, перспективы не очень. Что ж, я давно держу информацию о Варгоне в секрете. И не потому, что считаю ее опасной. Просто не было возможности разменять ее на что-то ценное без угрозы, что меня не посчитают ненормальным и не посадят в клетку для испытаний. Если подумать, что такого, если кто-то узнает, что существует другой мир? Половина Земли и так убеждена в реальности инопланетян, параллельных, загробных, потусторонних и так далее миров. Кстати, всегда удивляло, что люди здесь считают Ад чем-то мифическим. В Варгоне демоны такие же обыватели, как на Земле кролики. А вот по поводу Рая даже я, к сожалению, сомневаюсь. За три сотни лет жизни так и не обнаружил мест, где всем хорошо, сытно и весело.
— Что вы хотите знать? — вздыхая я.
— Хорошее начало, Константин Киба, — веселеет Верховный. — Я переживал, что ты начнешь артачиться. Бывают люди, которые из мухи раздувают вселенскую тайну. Но давай так… Преждем чем я задам тебе вопрос, поделюсь знанием, что для меня, знаешь ли, не секрет все эти заговоры о иных мирах. Мы давно заметили, что сумма — неземного происхождения. Хотя людей, утверждающих, что они сами не с Земли я еще не встречал.
— Неужели?
— Угу. Кроме умалишенных, конечно. Но мы то с тобой здоровые и адекватные люди хе-хе. И надеюсь, что я и дальше буду о тебе такого мнения и не потеряю бесценные минуты своей короткой жизни. Итак, давай по очереди. Ты из другого мира? Не с Земли. Верно я сказал?
Ладно, посмотрим, что из этого выйдет.
— Да.
— Как ты сюда попал?
— Точно не уверен. Спал у себя в кровати, проснулся здесь. Знаю только, что в своем мире я умер. Во сне.
— Как интересно. И кем ты был в своем мире? Чем занимался?
— Хм…
Верховный перестает улыбаться, резко встает:
— Отвечай быстро! — повышает голос. — Любое промедление с ответом заставляет меня сомневаться, Константин Киба! — садится, снова улыбается как ни в чем ни бывало. — Прости меня. Иногда я очень переживаю за потерянное время. Пожалуйста, продолжай…
Во имя Шиилы, какой нестабильный старик.
— Я был кем-то вроде… — взвешиваю все «за и против», заканчиваю фразу: — Теневого политика. Если еще проще — разведчиком.
— О, весьма откровенное признание и странная формулировка. Благодарю тебя. Скажи, ты попал сюда случайно? Или кто-то в твоем мире захотел, чтобы ты воскрес у нас?
Старый хрен знает какие вопросы задавать.
— Никаких поручений в своем мира я перед смертью не получал. И я не совсем воскрес. А появился в теле вот… этого, — тычу большим пальцем себя в грудь.
— Твою смерть подстроили, чтобы ты попал в это тело? Я правильно понял?
— Возможно, — усмехаюсь я находчивости Верховного.
— Подстроило твое начальство?
— Тоже может быть.