Превосходство Пробужденного. Том 3
И вот почему именно в моей «семье» происходят всякие странности в огромном количестве? Самозванки-матери, непонятные отцы, я — какой-то ключ. Слишком много всего. Не верю в такие совпадения. Поэтому думаю, что тело Константина Кибы досталось мне не случайно. Кто-то захотел, чтобы я попал именно в него.
Исходя из этого, подытожу:
Первое. Кто-то подстроил мою смерть в Варгоне для того, чтобы отправить на Землю. Не просто убил, а я тут переродился. Это точно чей-то план.
Второе. Меня осознанно отправили именно в Константина Кибу. Это не случайность. Из миллиардов людей попасть в такие обстоятельства случайно практически невозможно.
Третье. На моем теле спиралевидный символ, такой же как у младенца, которого в Варгоне я отнес краальским ведьмам по указанию Шиилы.
Четвертое. Шиила что-то хочет от меня в этом мире, но мы не можем друг до друга достучаться.
На секунду перестаю думать. Сжимаю зубы, стараясь не приходить к выводу, что моя богиня подстроила все это ради планов, в которые меня посвящать не захотела.
Что еще? Теперь выводы ближе к этом миру. О том, что я не тот, за кого себя выдаю, подозревают начальство школы и Хидан Мацуо. Они опаснее Фрагоров и Патрика вместе взятыми, потому что очень мной интересуются… И если раньше я считал, что за мной невозможно проследить, то Гэкару раскрыл мне глаза. Там в лесу, перед смертью, он кричал про какую-то «метку» на мне, которая больше не работает. Меня это очень смутило. Что еще за метка? Спрашивал у Ли, но он тоже об этом ничего не знает. Предположил, что это какое-то умение клана Фрагор, о котором мало кто в курсе.
Внимание, вопрос! Чем Константина Киба важен для клана Истал и Амарэ, что целый директор потратил на него столько лет? Ради чего все эти пляски?! Чтобы сохранить меня, как карту от пазла? Слишком большой геморрой. Зам мне уже дал понять, что я не так уж и ценен.
Значит, у самозванки должны быть иные мотивы. Может, она просто скрывалась от кого-то, прикидываясь обычной домработницей? Работала под прикрытием, совмещая мою защиту с чем-то еще? Возможно…
Хм, а ведь Элеонора искала директора, потому что он, по ее словам, охраняет пазл. Пазл, а не Ключ от пазла. Так она говорила… Нужно срочно с ней переговорить. Вот он директор. Что дальше-то?
Тишина начинает напрягать. Как вдруг:
— Это все из-за тебя!!!
Визг девочки, которая недавно была мне сестрой, вдарил по перепонкам. Немалым усилием воли я не подпрыгиваю на месте, вздергиваю бровь.
Сухой голос директрисы отдает голосом нежити:
— Не обращай внимания. Последний месяц был весьма чувствительным для моих мыслей. И теперь дочь отражает мою утрату.
Моя бывшая мать сидит на кресле ровно. Смотрит только прямо. Зрачки не двигаются. И разговаривает, как какой-то пророк-шизофреник. Совершенно… другой человек.
М-да. И кто пустил эту психичку в директорский кабинет? Смотрю на сестренку. Она как зомби. Стоит, покачивается. Теперь я понимаю, что имел в виду зам. директора, когда говорил, что к директору в кабинет лучше не попадать. Такое зрелище кому угодно в кошмарах снится будет.
— Я не хотел ему зла, — пытаюсь сказать как можно искреннее.
Голос нежити раздается снова:
— А теперь слушай меня, кто бы ты ни был. У меня десять минут. И за десять минут нам надо закрыть два вопроса. Для начала — личный. Наше с тобой общее дело окончено. Ты пошел своей дорогой, я своей. Ты никому не расскажешь о нашей личн…
— Нет уж, — развожу руками. — Не годится. Если хочешь, чтобы «личное» не болталось, нужно немного о нём рассказать. О, не надо так отбивать пальцами и зыркать на меня своей маленькой марионеткой. Ты меня и так накажешь — я это чувствую. Чувствую я… мерзкую атмосферу в этом кабинете. Я ведь прав? Так что мне терять нечего. Рассказывай, какого черта происходит.
Намерено включаю немного быковатого и туповатого подростка. Стоит признать, я попался — она единственная, кто настолько не верит, что я могу быть настоящим Константином Кибой. Значит надо создать образ другой личности. И пусть это будет не умудренный жизнью Альв, а какой-нибудь… не знаю… Вадим Тернов. Гопник. Пусть недооценивает меня.
— Мерзкий мальчик! Непослушный! — кричит сестренка, покачиваясь в стиле умертвия и пялясь в пустоту.
Ее хозяйка менее эмоциональна. По крайней мере на словах. Внешне они одинаково безжизненны:
— Эмоции. Гонор. Все это обернется против тебя.
— Я не виноват в том, что потерял память. Не знаю, кем ты меня считаешь, но если мы и дальше хотим найти… общий язык, то расскажи хотя бы только то, что ты бы не побоялась рассказать врагу.
— Общий язык? Зачем мне общий язык с тобой?
Звучит как «Кто ты без своего костюма?» Так и хочется ответить «Гений, миллиардер, плэйбой, филантроп». Да что б тебя. Мусорная память.
— У меня есть палец потомка, который я разделал на пять кусков и в случае моей пропажи или смерти он разойдется во все пять великих кланов. Я сам потомок. Знаю о пазлах. Поссорился и подружился с Новой Силой и…
— Хватит. Я в курсе. Если бы не Георгий, то я бы… Ладно… Раз нас связывает прошлое, то я кое-что расскажу, чтобы избежать дальнейших недопониманий. Но это будет первый и последний подобный разговор. Скажи, что ты хочешь знать, и я подумаю, стоит ли тебе отвечать. А потом перейдем к более важным делам.
Сестренка снова открывает рот:
— Да! Накажу его! Наконец-то!
— Не обращай внимания. Дети неразвиты и очень эмоциональны.
Краем глаза кошусь на выход. Что-то мне не нравятся «сестринские» выкрики. Спрашиваю:
— Зачем надо было тратить на меня столько сил и времени? Потому что я потомок?
— Раз Георгий тебе об это рассказал, то и я дополню. Ты переоцениваешь свою значимость, как потомок. Я не только охраняла тебя, в надежде, что ты пробудишься, но и жила, скрывалась, выполняя другие дела, воспитывала своих детей. Это путь каждой сестры Амарэ. У Амарэ должна быть семья без мужчины. Ты лишь один… из многих таких семей.
Пауза.
— Вы детей откуда берете?
Не отвечает. Молчит. Но я уже и сам начинаю понимать. Амарэ что, втискиваются в чужие семьи и проживают там самозванную жизнь? Или типа того? Не всегда же получается стащить из роддома одарённого новорожденного, который с первых дней на строгом учете государства.
Они как паразиты. А что если…
Вспоминаю, как меня когда-то пытались обмануть в поддельной целительной палате. Там еще была какая-то женщина, жалующаяся, что у меня разум старика.
Спрашиваю:
— Женщины Амарэ могут взять под контроль только тех одаренных детей, которые длительное время чувствуют себя в безопасности рядом с теми, кого считают матерями, верно? Пластичный… разум… Так это называется? Детская наивность и доверие?