Жених-дракон, или Отбор поневоле

— А я тебя не спрашиваю. Смирись, Тесс. Ты сама этого хочешь не меньше, — бесцеремонно скользнул ладонью по внутренней части ее бедра и коснулся заветного треугольника. — Вся мокрая от желания, — шепнул ей на ухо, продолжая ощупывать тонкую ткань белья.
Зрачки девушки расширились, затопили светлую радужку чернотой, и она будто напилась дурманной настойки — стала рваться и царапаться, билась ногами, выкручивалась из-под меня и метила коленом между ног, даже попала пару раз, но смазано.
— Не притрагивайся ко мне, ящер проклятый! — она раскраснелась, волосы черной рекой разлились по подушке, а девчонка шипела и ярилась, как дикая львица, когда лёгкая ткань затрещала в моей руке. — Пусти! Рептилия безобразная, я не буду с тобой спать! — ее голос перешел в стон, стоило разорвать преграду и коснуться трепещущей между ног вершины. Тессианна сильнее забилась в моих руках, сжимала ноги, рычала, а потом вдруг выбилась из сил и, глубоко дыша, упала на постель и впилась в мои глаза ненавидящим взглядом.
— Не думай ни о чем. Просто наслаждайся, — моё дыхание оборвалась на последнем слове. Не выпуская её рук из захвата, я прямо через ткань платья ласкал её соски, вбирая их в себя поочерёдно, страстно покусывая и терзая.
Тесс невольно пропустила стон, который пробудил во мне зверя. Пламя под кожей, где находилась метка, зашевелилось. Огонь потёк по венам и сгустился в паху. Было невыносимо терпеть это дикое возбуждение, но я оттягивал момент. Спускался все ниже и ниже, клеймя стройное тело жаркими поцелуями. А когда добрался до влажных лепестков, выпустил руки Тесс и припал губами к чувствительному бугорку. С особым трепетом обвел языком внутри нее окружность, с наслаждением вбирая в себя её соки.
Она трепетала подо мной и больше не вырывалась, запустила пальцы в мои волосы и сильно сжимала их, тянула мою голову на себя, уплотняя горячие поцелуи.
Я обхватил сильные бедра, приподнимая их так, чтобы теснее слиться с ее телом. Уже более смело и напористо погружал в жаркие недра кончик языка. Рычал от удовольствия чувствовать, как она страстно подается вперед, выгибается и до боли оттягивает мне волосы.
Ее хриплые стоны вторили каждому моему движению. Она неистово теснилась к моим губам, стараясь впитать в себя ураган наслаждения, что ей дарили мои ласки.
Тесс лишь на миг замерла, распахнула ошарашенно глаза, сильнее стянула мои волосы пальцами, вызывая сильную боль и жажду одновременно. Лишь на секунду оторвалась спиной от постели, будто оказалась на грани, на краю пропасти. Поднялась, притянув меня к себе максимально, чтобы тут же упасть назад, взбить подушки и взорваться под моими поцелуями острыми спазмами. И не сдержать сдавленный крик.
Это было нечто. Казалось, из ее тела выплеснется огонь — такой она была горячей и раскрепощенной. И вместо злости и ненависти в открытом широко взгляде застыло блаженство и удивление. На густых черных ресницах замерцали счастливые слезы.
— Что ты сделал… А…са-ад… — захрипела девушка, подрагивая, извиваясь, высекая остатки оргазма сладкими соками мне на язык.
Я улыбнулся, с наслаждением облизывая влагу с губ, обхватил ее за талию и рванул на себя. Усадил дрожащую от наслаждения девушку поверх рвущегося из штанов орудия и сел в кровати. Коснулся влажной спины Тесс и прижал ее горячее тело к своему обнаженному торсу. Она крепко обхватила меня ногами и заерзала, доводя до неистовства.
— То, чего ты давно хотела, — шепнул в ее сладкие губы и припал к ним диким поцелуем. Коснулся податливого языка и закружил его в ураганном танце. Она закрыла глаза и заурчала кошкой, продолжая тереться о вздыбленную ткань своими нежными лепестками.
Я окончательно сошел с ума и уже не мог себя контролировать. Больше всего на свете хотелось насадить ее на себя и получить долгожданную разрядку. Для этого пришлось ненадолго разлучиться и отстраниться друг от друга.
Потянувшись к штанам, чтобы избавиться от преграды, продолжал ласкать сладкий рот Тесс, упиваясь новой волной ее агонии.
Настойчивый и раздражающий стук в дверь заставил зарычать от злости. Я старался продолжать, не обращая внимания на шум, но кто-то явно не собирался оставлять меня в покое.
Тесс вздрогнула и, разорвав поцелуй, сжала мои плечи и испуганно прижалась к груди. Пришлось уложить девушку обратно на подушки.
Сам же, не стесняясь в выражениях на родном наречии, накинул рубашку и поправил штаны. Подошел к двери и выглянул в коридор.
— Простите, лиэн Асад, вы просили сообщить, если Тессианну будут искать. Оми бегает по коридору и всех расспрашивает о подопечной. Я отправил ее в покои и сказал, что Тесс у Хаэля по причине недуга и я лично сопровожу участницу отбора от лаборатории мага до дверей ее комнаты.
— Спасибо, Кирдан, — нехотя произнес я, а на самом деле сейчас готов был даже ему оторвать голову за то, что он вмешался в самый неподходящий момент!
Тессианна
Когда дракон отстранился и ринулся к двери, меня словно в жерновах прокрутило. Будто кровь вытекла на обожженный лучами миасса камень и мигом запеклась. Я хотела продолжения, жаждала. Будто от этого зависела моя жизнь.
Мое тело от ласк и страсти согрелось, лед отступил далеко, будто его никогда во мне не было. Воевода знает больше, чем говорит, и это мучило сильнее животного голода.
Я спрыгнула с кровати, поправила одежду, завязала разорванный лиф и, приподняв подбородок, подошла к двери. Между ног все еще горело, в животе трепетало, как крылья ночного мотылька.
Уходя, ничего Асаду не сказала, даже не посмотрела на него. Покорно вышла к прислужнику и последовала за ним. В конце коридора, где магические лампы сияли слабее всего, обернулась и поймала странный взгляд дракона. То ли разочарованный, то ли горький.
Следующие часы я почти не запомнила. Оми возилась со мной и ворчала, что я странная невеста. Мало того, что ничего об отборе не знаю, так еще и болезненная. Мол, не выношу ребенка дракона, если вообще смогу его зачать.
— Оми, а ты отдала бы свое дитя в Цитадель ради призрачного шанса победить монстра?
Девушка как раз сушила мне волосы, проводя ладонями над головой. Потоки теплого воздуха окутывали и расслабляли, но сердце все равно испуганно билось в груди.
Наверное, я смогла бы остаться с драконом, смогла бы смириться с жизнью в Ароне, но… мысль, что мое дитя оторвут от рук совсем крошкой, чтобы воспитать еще одного бездушного дракона-воина, такого, как Асад — выворачивала сильнее отравления пустынным чертополохом. Я не соглашусь на это и никогда не пойму родителей, которые отдали меня в другую семью. Вместо того, чтобы быть рядом, чтобы поддерживать и подготовить к участи невесты дракона — временно спасли и лишили всего: статуса, знаний, любви. Вру, любви мои приемные родители дали достаточно, но теперь что мне делать со своей? Кого любить, кого ненавидеть?! Кому, в конце концов, доверять?
— Тессианна, ты слушаешь? — компаньонка заплела мне тугую косу и отстранилась, чтобы проверить прическу.