Сдам угол в любовном треугольнике

За прошедший с момента перехода месяц Ловерид успел восстановиться в институте, а Мурка подсела на Интернет. Сколько там оказалось интересной информации о мире! И о кошках!
Одно удручало — лапки ум’мирри не были приспособлены к управлению компьютерной мышкой — крутить колёсико неудобно, если у тебя нет пальцев. Да и на клавиши нажимать тоже. Поэтому Мура при каждом удобном случае дёргала мага, и через несколько дней тот уже и не рад был, что показал ей компьютер.
У него и без любознательной кошки было чем заняться — он нашёл Наташу.
Девушка исправно ходила на занятия, посещала библиотеку, студенческое кафе и вела привычный образ жизни. Ловерид выдохнул с облегчением — «подушка безопасности», которую он создал иномирянке, сработала безупречно!
Они встретились, но Ната его не вспомнила.
Мужчина знал, что так должно быть, но всё равно где-то в глубине души ждал чуда.
Не случилось.
И пока Мура зависала в Сети, он осторожно приручал Наташу. Или приручался к ней сам?
Она ему и в Делларии нравилась. Нет, поначалу он на неё, как на девушку и не смотрел. В первые дни она ассоциировалась у него только со свалившемся на голову источником проблем, а потом — с источником дохода.
И незаметно прикипела к сердцу. Очаровала, забралась в душу и стала необходима, как воздух. Что он пережил, когда понял, что она умудрилась влюбиться в принца!
К счастью, у Наташи чувства не взяли верх над здравым смыслом, но всё равно ему было не легче.
Видеть её и не иметь возможности открыться! А теперь и того хуже!
Каково это, знать, что в другом мире в заложниках сидит твоя мать, и балансировать по лезвию, стараясь сберечь обеих дорогих ему женщин?
Может быть, если бы Мура быстро нашла способ подобраться к Наташе, он поспешил и наделал ошибок. Но на его счастье, кошка никак не могла решить, как ей проникнуть в жильё НатаЛи, и Ловериду приходилось осторожничать, чтобы преждевременно не спровоцировать перенос его высочества.
Он ухаживал за девушкой так бережно и так неспеша, что со стороны могло показаться — они просто друзья. По крайней мере, с её стороны. А свои чувства, вдруг вспыхнувшие костром, в который подбросили особенно сухие и смолистые дрова, он держал в узде.
Вот как это случилось, а? Обычная девушка…
Нет, совсем не обычная, а самая необыкновенная!
Красивая, умная, храбрая, честная… И вообще, самая-самая! Единственная в мире. В мирах!
Но Мурка права — у них нет будущего. На Делларии закон об Агерите не даст им жить спокойно. Можно уйти в другой мир, но кто сказал, что там не окажется каких-нибудь иных, не менее неприятных законов или обычаев? Которые превратят жизнь в ад или того пуще, разлучат их? Да и захочет ли Ната покинуть Землю, да ещё и вместе с ним? По всему видно — ей нравится родной мир и этот город, а он, Лёня Челноков, для девушки просто друг…
И неизвестно, сколько бы всё тянулось, но однажды Мурка на прогулке почувствовала потрясающе притягательный аромат.
Восхитительный! Зовущий. Опьяняющий!
Все предостережения мага, все неприятные встречи, произошедшие с ней самой — всё вылетело из головы. Только одна мысль — найти источник этого запаха и погрузиться в него, приникнуть, окунуться с головой!
Кошка шла, ведомая носом, и не видела, что за ней следит из-за угла та самая женщина, что уже однажды пыталась её поймать.
Запах вёл в сторону от подъезда, под лестницу. Не колеблясь, Мура шагнула в тесное пространство и поняла, что притягательный аромат исходит из небольшого домика. Она шагнула внутрь и принялась с урчанием тереться о великолепно пахнущий лоскут ткани.
Она нашла!
Мать-магия, какой аромат! Он обволакивает, пьянит, кружит голову — хочется петь, кувыркаться и пить его, пить всем существом!
Стук! — захлопнулась дверца.
— Ну вот ты и попалась! — с удовлетворением произнесла женщина, заглядывая сквозь прорези. — Какая же ты красавица! Как я и думала, мейн-кун, только молодая совсем. И окрас редкий — голубой соболь. Почти месяц охотилась, уж думала, что никогда не получу тебя. Но против валерьянки ещё ни одна кошка не устояла.
Женщина довольно рассмеялась и понесла переноску в машину.
— Ну и что, что ты домашняя? — бормотала она себе под нос. — У нерадивых хозяев не грех и украсть! Таких кошек надо взаперти держать, а не дразнить ими неравнодушных людей. Сами виноваты! А я найду тебе применение. Можно просто продать — с руками оторвут. А можно и подержать у себя пару лет, и продавать твоих котят. Только кота найти такого же окраса.
Но ум’мирри не вникала в сбивчивую речь похитительницы — она окончательно опьянела и уснула.
Очнулась Мура в каком-то странном помещении. В клетке. И отовсюду несло другими животными. Не так, как пахнут ум’мирри, но похоже.
Оглядевшись, магическая киса поняла, что запах ей не померещился — внизу, вверху, справа, слева, в общем, по всему периметру комнаты в несколько рядов стояли клетки. И в каждой по кошке.
Ну ничего себе!
Предвкушая, как она устроит воровке весёлую жизнь, Мурка потянулась, разминая затекшие от долгого бездействия лапки. И обратилась к магии.
Та откликнулась, но так, словно между силой и ум’мирри находилось какое-то препятствие.
Как это???
Ошеломлённая, кошка раз за разом пыталась вызвать магию, пока не убедилась — всё плохо. Что-то блокировало силу, не давая ей развернуться в полной мере. А когда Мура выяснила, что не может мысленно докричаться до Ловерида, она по-настоящему испугалась.
Что же с ней такого сделала эта женщина? Или это последствия опьянения тем восхитительным ароматом?
Ёрзая, она ощущала какое-то беспокойство в районе правой лопатки. Дотянуться не получалось — чуть-чуть не доставала. Но вскоре загадка разрешилась.
Сначала послышался шум шагов. Соседки Мурки тут же вскочили и замяукали-заплакали, прильнув к сеткам — в комнату зашла похитительница с какой-то другой женщиной.
— Вот она, смотри!
— Да, шикарный экземпляр, — к стенке клетки приблизилось лицо незнакомки, и у Муры возникло сильное желание украсить его несколькими отметинами от когтей.
— Почти месяц выслеживала, — продолжала хвалиться воровка. — Никак не давалась. Только валерьянка и сработала! Правда, прежде чем появилась эта красавица, на неё с десяток обычных кошек попалось, устала выбрасывать их из ловушки.
— Слушай, а как ты её представишь? Можно, конечно, как обычно придумать историю, мол, били, не любили, обижали, плохо кормили. И рожать заставляли три раза в год. Мол, спасли от злых хозяев. Верку попросить, она на слезливых сказках руку набила, вмиг сочинит что-нибудь пожалостливее. Но по этой кошке не скажешь, что о ней плохо заботились, вон какая ухоженная и гладкая! Но можно сиропом шерсть намочить, чтобы свалялась и выглядела жалко…