Ведьмино Наследство
- Ах ты ж… - вырвалось у меня невольное. Приперся посреди ночи со своим запором, разбудил, напугал, напряг нас обеих готовкой зелья, а сам.спит! Нет, вы на него только посмотрите!
Внутри у меня клокотала обида. Хотелось подойти и ухватить нечисть за нос, перекрыв доступ к кислороду. Все равно, бессмертный. Что ему сделается!
Удержалась.
Маруся оказалась более доброжелательной.
- Умаялси! – выдала она. – Ну дык, пущай спит, горемышный. Все равно ждать придетси.
- Это нам придетси, - передразнивая домовиху, выдала я. – А он спит себе и в ус не дует.
- Подождем. Он жеж как выпьет, так и пойдет лесочками, - шепнула мне Маруся.
- Надо бы узнать, какими он лесочками пойдет, чтобы там не погулять после случайно, - буркнула я, отвечая не сколько себе, сколько собственному, разыгравшемуся воображению.
Мы сели. Маруся притащила два табурета с кухни, так как диван был занят страдальцем. И, держа в руках остывающий напиток, ждали назначенный час, чтобы разбудить этого…чуду-юду, разводившего такие рулады, что койоты бы позавидовали силе и высоте звука.
Какое-то время я злилась, потом стало смешно. Ей Богу! Кто бы сказал, что я в своей жизни увижу такое, ни за что бы не поверила. А тут и колдун тебе, и домовиха, и Кащей, который Бессмертный, и какая-то тайна, связанная с моим родом, то бишь, проклятье.
Конечно, все это упало слишком внезапно на мою бренную головушку, но в итоге оказалось не так страшно, как на первый взгляд.
Эх, где наша не пропадала!
Мы просидели с Марусей минут пятнадцать, пока она не сказала:
- Все. Буди гостюшку!
Я с готовностью передала ей зелье и подошла к дивану. Наклонилась над спящим-храпящим сказочным персонажем. Во сне он был чисто парень. Симпатичный, даже я сказала бы, очень. В моем большом городе он бы пользовался популярностью у девушек. Да и тут, думаю, отбоя от лешачек и русалок нет.
Ох, ты ж!
Поймала себя на мысли, что уже без дрожи в коленях и икоты воспринимаю новый мир. Но это я отвлеклась.
- Эй! Кащеюшка, - подражая домовихе, позвала бессмертного. – Подъем!
- Хррр! – послышалось в ответ. Кащей причмокнул губами и, игнорируя меня, завалился набок, всерьез решив, видимо, обустроиться на нашем маленьком диванчике.
- Вставай, кому говорю! – я набралась храбрости и, ухватив парня за плечо, потрясла.
- А? Что? – ну совсем по-человечески проговорил он, открывая сонные глаза. Блин, ну и что это за Кащей такой вяленький?
- Подъем, говорю! Время пить зелье и выпустить на волю "жабий камень"!
Парень сел, потер глаза кулачищами. Зевнул, явив нам с Марусей полный рот зубищ. Домовиха проворно подскочила, спрыгнув с табуретки. Сунула в руки клиенту зелье и скомандовала:
- Пей. А потом плати и домой ворочайся!
Кащей кивнул. Быстро осушил кружку и вернул ее домовихе, после чего уточнил, запустив руку в просторный карман своего одеяния:
- И как быстро подействует?
- Домой добраться не успеешь, - хихикнула домовиха. – Ты леском иди. Ага, значится. Не пужайся, когда чуток прихватит живот. Оно быстро выйдет.
- Благодарствую, Маруся Игнатьевна, и вы, Василисушка, - он достал кошель старого образца, ну тугой такой, затянутый на веревочку, раскрыл, поинтересовавшись: - Сколько с меня за доброту вашу?
Я промолчала. Да и что бы я сказала? Цен не знаю. И варила зелье не я. Значит, Марусе и спрос вести.
- Два медяка за травы и серебрушку за работу, - с важным видом произнесла домовиха.
Кащей, вот уж щедрый парень, выудил золотой и протянул Марусе. Видимо, плата была более чем достойная, так как моя, так называемая, кошка, замурчала от радости, забыв, что она сейчас домовиха.
- А это вам, красавица. От меня. Бонус! – Кащей достал из того же кошеля какие-то бумажки. Протянул мне.
Первой мыслью было, откуда бессмертный знает слово «бонус», второй: «Ура! Баксы!», но я ошиблась.
Да, бумажки были немного похожи на валюту, но на деле оказались тремя пригласительными билетами на летнюю олимпиаду между командами нечисти.
Я приняла, поблагодарила.
- Надеюсь, придете поддержать! – он поднялся с дивана и даже, о дела! – подмигнул мне. – Это вам с Марусей. Ну и пригласить кого-то можете из друзей.
Я представила себе, как звоню Светке, моей закадычной подруге, которая не такая уж на деле и подруга, и говорю: «Слышь, Светуль, не хочешь со мной на олимпиаду нечисти, а? Сам Кащей Бессмертный пригласил!».
Подумала и выдохнула. Нет. Да и не уверена, что сама пойду.
- Спасибо вам за… - Кащей хотел сказать как минимум пылкую речь – это было видно по его глазам, да тут схватился за живот и вытаращился на нас круглыми, словно у филина, глазищами.
- Скоро начнется, - предупредила нечисть домовиха. – Ступай. Да помни про лесок!
- Ох, - только и проговорил парень и был таков. Лишь дверь входная хлопнула.
- Убег! – констатировала Маруся. – Ну, - она протянула мне деньги, - владей, хозяюшка.
Приняв золотой, чисто с целью полюбоваться на денежку, спросила, интересуясь больше судьбинушкой Кащея:
- Успеет хоть?
- Канешна! – кивнула Маруся.
- Может, надо было его к нам пустить? – уточнила я.
- Вот уж нет! Этак нам потом и золотого не хватит, канализацию прочистить, - серьезно ответила моя помощница. А я повертела в руках монету. Интересную, кстати. Тяжелую. Сразу понятно – золото, а не какой-то там дешевый сплав. Да, такую если сдать коллекционеру, то можно прилично заработать. Но для этого надо в город. А я пока привязана к дому. Разве что до соседней деревни могу добраться без головной боли и прочих неприятных последствий. Только сильно сомневаюсь, что там есть ломбард, или оценщик древностей.
- Держи, Марусь. Твоя будет награда. Ты же все готовила и варила, - решила я и вернула домовихе денежку.
- Моя? – она даже брови приподняла. Явно удивилась. Видимо, баба Сима Марусю не сильно баловала. Или просто деньги ей не давала никогда?
- Твоя.
- Ну… - она помялась, а потом проворно сунула Кащееву плату в передник. – Благодарствую, хозяюшка! А теперича спать пойдем. Завтра утром, как просохнет роса, в лес соберемся. Буду учить тебя травки распознавать.
Тут я даже удивилась. В лес, да после Кащеевой пробежки, как-то совсем не тянуло. Домовиха по моему взгляду все поняла и рассмеялась.
- Не, Вась, мы пойдем в другое место. Не боись. Не найдем «жабий камень».
И мы, переглянувшись, вдруг вместе рассмеялись. А потом, успокоившись, разошлись досыпать и досматривать сны. Так как утро обещало быть не менее интересным.