Самый быстрый
Когда я снова ныряю в дым, окрестности словно бы накрывает вьюгой — наконец-то прибыл Генерал Мороз. На душе становится спокойнее. Вместе с Громовержцем им будет значительно проще, тем более что из врагов остается один лишь главарь. Даже с кучей мощных артефактов, которые взяли на дело «Дети дракона», ему не выстоять против двух столичных игигов. Интересно, зачем ритуал призыва осколка понадобился местной банде, причем не самой сильной?
— Жители Торжка! — загремел над площадью голос Громовержца. — Не заходите за оцепление! Виновные в теракте уничтожены, главарь банды блокирован, но опасность по-прежнему сохраняется! Позвольте нам завершить начатое, не беспокоясь о ваших жизнях!
Все правильно. Последних пострадавших мы как раз сейчас выведем, и у гостей из Питера должно остаться чистое пространство для маневра. Чтобы не было лишних жертв. Я вижу огненный кокон в центре площади и понимаю, что это финал схватки. А потому резко бросаюсь к перевернутой бочке с квасом, рядом с которой дрожат от страха перепуганные старики, хватаю их и вытаскиваю в безопасное место. Кажется, это все.
— Парни! — неожиданно кричит Ехидна и указывает куда-то в эпицентр вьюги.
Накаркал. Я перевожу туда взгляд и вижу смутное шевеление. Как будто какая-то глыба сначала чернеет сквозь снег, а затем начинает разгораться, будто угли на ветру. Смотрится одновременно красиво и жутко. Я раньше никогда с подобным не сталкивался, но понимаю сразу…
— Это осколок! — я слышу голос Фортуны. — Им все-таки удалось!
По тлеющей глыбе ударяет разряд молнии — Громовержец не теряет времени зря. Генерал Мороз усиливает снегопад, белые хлопья начинают кружиться в безумной пляске, когда к нему присоединяется Ветер. Еще один мощный игиг из столичной команды, который способен закрутить настоящий смерч. А где-то рядом наверняка готовится к броску Пуля, если она уже не там, в эпицентре, и сейчас эти четверо совместными усилиями раздробят осколок. Очень хочу в это верить, потому что, если черный появится, даже страшно представить, сколько народу сегодня умрет.
Я внимательно слежу за осколком. Что будет раньше — его уничтожат или он раскроется? Но молнии, лед и ветер не дают ничего разглядеть.
Что-то мелькает в воздухе рядом с осколком, а затем раздается взрыв. Ударной волной меня накрывает быстрее, чем я успеваю разогнаться, и от удара о «скорую помощь» теряю сознание.
Все еще там же и тогда же
Очнувшись, я первым делом решил, что провалялся в отключке до ночи и теперь смотрю на Луну. Но очень скоро пришло понимание, что нахожусь в какой-то пустой комнате без мебели, а из убранства — одна-единственная лампочка без абажура под низким потолком. Именно ее я вначале принял за Луну.
Покрутив головой и все еще не понимая, где нахожусь и что происходит, я вдруг осознал, что не один. В круг желтого света от лампы ступил незнакомый лысый мужик — лет сорок на вид, но одет в джинсы и футболку. Фигура спортивная, было видно, что ее обладатель явно не пренебрегает спортзалом.
— Вы кто? — я не чувствовал от него угрозы, но все равно держался начеку.
— Капитан Горин, — ответил мужик. — Борис Горин. Как я здесь оказался? Черт, нас же расстреляли из «Шмеля»! Почему я выжил? Я провалялся в коме? Сколько прошло времени? Отвечай!
Он говорил по-русски, но смысл слов был каким-то чужим. Если капитан, значит полицейский или военный. Возможно, это кто-то из оцепления. Но при чем тут шмель? Может, это кто-то из игигов? Но я не знаю такого — ни среди местных, ни в известных столичных командах.
— Спокойно, капитан, — я старался говорить уверенно, хотя из головы не выходило смутное ощущение какой-то неправильности происходящего. — Вы из какого полка?
— Я из районного отдела! — он раздраженно нахмурился. — Мы преследовали бандитов, загнали их, но потом оказалось, что они нас перехитрили… Ты, кстати, кто?
Кажется, он был в шоке и не сразу сообразил, что перед ним игиг. С меня же, надеюсь, никто не сорвал маску? Конечно же, нет, это невозможно.
— Спринтер, — представился я и выразительно показал на свою маску. — Торжокский филиал «Рускосмоса».
— «Роскосмос»? — капитан недоверчиво посмотрел на меня, а потом выругался и, шагнув назад, скрылся в тени.
Я вдруг снова почувствовал себя привалившимся к «скорой помощи». Точно, меня отбросило сюда взрывом. Остальные? Я огляделся. Чуть поодаль стоял Броненосец. Целый — что ему взрыв почти в сотне метров от него… Щит и девушки — Фортуна с Ехидной — тоже не пострадали, сидят, привалившись к потрепанному фургону полиции за спиной нашего громилы.
— Спринтер, вы как? — ко мне подошла одна из сотрудниц пожарной охраны.
Человек, а работает почти у самого периметра безопасности. Вот кто настоящий герой. Ее голос, фигура и волосы показались мне смутно знакомыми — наверное, виделись на одном из многочисленных инцидентов.
— Все в порядке, — кивнул я. — Спасибо за вашу работу. Лучше уделите внимание тем, кому действительно нужна помощь.
Медсестра, довольно молодая и симпатичная, улыбнулась и отошла в сторону. Забот медикам сегодня и вправду хватило. А мы с ребятами явно пойдем вечером в бар. «Дети дракона», осколок, взрыв… Потом еще эта галлюцинация с лысым капитаном — как его там? — Гориным.
Слишком много всего, надо расслабиться.
***
— За счет заведения, — чернявый короткостриженый бармен ловко расставил перед нами стаканы и откупорил внушительную бутыль ирландского виски.
В кафе «Оникс», где мы любили бывать, набилось много народу — уверен, так сейчас во всех заведениях города. Не каждый день в Торжок прилетает осколок, впрочем, сегодня все пили не за это. Главный тост, который звучал из-за каждого стола — «за то, что черный не вылез». И это правильно, потому что в противном случае счет жертв пошел бы на сотни и тысячи. Даже под прикрытием столичной команды.
Жителям требовалось выговориться, никто не хотел сидеть дома, и потому «Оникс» напоминал растревоженный улей. Обычно здесь крутили видеоклипы на спокойные композиции, но сегодня каждый экран транслировал новости. Момент начала, расстрел мирных, вступление в бой полиции и личной гвардии графа Львова, появление Громовержца и нас — все это шло в бесконечных повторах с комментариями местных и столичных дворян.
— Можно с вами сфотографироваться? — Броненосец едва разлил ароматную ирландскую жижу по стаканам, как к нашему столику подошла стайка девушек. Одна из них, посмелее, попросила сделать селфи на память.
Провинциальные игиги — не суперзвезды экрана, не знаменитая корейская группа и не особы царской фамилии, но, когда мы в масках, нас узнают и нам рады. Почему бы не ответить народу взаимностью? Особенно такому симпатичному, как эти девчонки. Мы с удовольствием попозировали все вместе и по отдельности. Вообще, нас старались особо не отвлекать, понимая, что игигам тоже требуется отдохнуть, и все же время от времени подходили — пожать руки или точно так же сфотографироваться.