ЭТНОС. Часть первая. Парадигма

— Боюсь, придётся тебе пересмотреть планы.
— Нагма расстроится, — вздохнул я, — она уже на низком старте.
— Ничего, прокатится с нами в одно местечко, сразу об этом забудет. Там такая красота, что даже я пожалел, что рисовать не умею.
— Если там нет интернета, то всё зря. Она каждый раз, как мы приезжаем домой, выкладывает свои картинки и купается в лучах восторга поклонников.
— Ничего, успеет ещё в свои медные трубы. Прокатимся, и отпущу вас.
— Куда прокатимся?
— У нас потенциальный клиент. Жирный, сытый, денежный, но очень, сука, непростой. Не разовая задача, а длинный контракт. Так что очень хотелось бы зацепиться.
— А я тебе нафига? Ты у нас переговорщик, ты и езжай торговать лицом. Ты умеешь.
— Видишь ли, Докище, они хотят видеть тебя.
— Меня? С каких хренов?
— Тебя и Нагму.
— Так, вот сразу нахер с пляжа! — моментально озверел я. — Откуда они про неё знают?
— Тихо-тихо! Знал, что ты завопишь, как в жопу укушенный, но выслушай меня пожалуйста.
— Это ты им рассказал, — дошло до меня, — ну, знаешь, Слон, это даже для тебя…
— Стоп, говорю! Дослушай, а потом ори! Можешь меня даже на дуэль вызвать! Будем стреляться, как боевые офицеры, на тридцати шагах, через платок, из РПГ.
— Ладно, говори.
— Я знаю этого человека. Давно знаю. Почти как тебя. Я ему доверяю, реально. А я мало кому доверяю, ты меня знаешь. Рассказал не для того, чтобы что-то на этом вымутить… — увидев мою выразительную гримасу, поправился. — Ладно, не только для этого. У них есть спец по всяким таким делам. Наилучший.
— По каким делам?
— Ну, вся эта делюга с Ушедшими, корректорами, временем и пространством. Фрактальные заморочи. Они с этим работают. Ты с дочкой не можешь вечно скрываться. Лично я не спал бы спокойно, зная, что моя судьба в руках такого засранца, как Калеб. Однажды он вас сдаст просто по дури или пьяни.
— Её уже ищут, — признался я, — или Нагма так думает.
— Именно! — обрадовался Слон. — А эти ребята реально могут помочь. Они такие штуки вытворяют, божешь мой! Или, по крайней мере, точно скажут тебе, что такое твоя дочь и почему. Может, всё окажется и не так страшно, подумай. Может, Калеб тебе и вовсе натрындел, с него станется.
— Допустим, — кивнул я, — но им-то это нафига?
— Они учёные, им интересно. Это раз. Им нужна наша команда, это два.
— Зачем учёным наёмники?
— Вот пусть они тебе сами и расскажут!
* * *
Своей страсти к дорогим пафосным тачкам Слон не изменяет. Модель мне незнакома, но этот сарай на колёсах сияет и снаружи, и внутри. Впрочем, не могу не признать — в салоне комфортно, а мотор тащит лихо.
Нагма сначала пялилась в окно, потом задремала, положив голову мне на плечо. Узнав, что мы не едем пока домой, расстроилась, но умеренно. Спросила только:
— Будет интересно?
— Слон уверяет, что да. Смотри на это как на экскурсию на каникулах.
— Я же не хожу в школу.
— И что ж теперь, страдать без каникул? Прогуляемся. Ещё один мир в твою коллекцию. Не забудь этюдник, говорят, там красиво.
Вот, едем теперь. Дочь сонно сопит под ухом, мелькают пустоши по сторонам заброшенной дороги. Меняются кросс-локусы — гаражи, сараи, подземные парковки, какие-то подозрительные халупы из горбыля и рубероида, куда машина еле-еле влезает впритык. Двери закрываются в одном мире, открываются в другом, мы едем дальше.
— Ты хорошо знаешь дорогу, — спрашиваю я у Слона, — часто там бываешь?
— Частенько.
— Не замечал, чтобы ты пропадал надолго.
— В этом и суть. Доедем — поймёшь.
Доехали до заброшенного мотеля у заметённого пылью и палой листвой шоссе, по которому никто не ездил десяток лет минимум.
— Придётся подождать здесь, — сказал Слон. — Дальше кросс-локусом не пройти, он за угол не работает.
— За угол?
— Ну… В общем, я сам не очень понимаю, как это устроено, но нам надо в другую часть дорожного фрактала.
— Перпендикулярный Мультиверсум, как у Ушедших?
— Может, так же, а может, как-то совсем иначе. Мне объясняли, да я так и не понял. Типа это на бумаге перпендикуляр в одной точке может быть только один, а в Мультиверсуме — сколько угодно. На то он и «Мульти». Но я в душе не имею, как это вообще работает. Поэтому делаю вот так…
Слон толкнул непрозрачную от слоя севшей на неё грязи стеклянную дверь и вошёл в холл мотеля. Мы с Нагмой проследовали за ним. Она — с любопытством озираясь, а я — просто так. Насмотрелся на заброшки, мотаясь по задворкам мироздания.
Вот и этот мотель оказался ничуть не примечательным — пыльный холл, пустая стойка с доской, полной никому не нужных теперь ключей, микромагазинчик с дорожной мелочёвкой, стойка с журналами на каком-то языке, близком к русскому, но не вполне идентичном. «Нови шкандали» — судя по вырвиглазной кричащей обложке и паршивой бумаге, какой-то жёлтый дайджест из мира местной богемы. Впрочем, судя по слою пыли, те «шкандали» давно уже не «нови». Слева от стойки обнаружился вендинговый автомат. Самого банального вида — стеклянная витрина, полки с подающим механизмом, жестяные банки с напитками, какие-то сладости и пакетики со снеками. Такой или почти такой же можно увидеть в любом среднетехнологичном мире, потому что идеи ходят по кругу. Удивило меня то, что он работает. Светится витрина, моргает приглашающим огоньком монетоприёмник. Вокруг следы многолетнего запустения, здание давно заброшено — откуда у него электричество?
Я нашёл на стене выключатель, щёлкнул — свет, разумеется, не зажёгся.
— Это не так работает, — ухмыльнулся Слон, — не ищи логики.
— А как оно работает? — заинтересовалась Нагма, разглядывая яркие упаковки конфет.
«Сласточки» они тут называются, поди ж ты.
— Можно мне попробовать?
— Не стоит, — покачал головой я, — им небось лет двадцать, не меньше. Вряд ли это съедобно.
Слон прошёл за стойку, выдвинул ящик стола, достал оттуда пригоршню тусклых монет, выбрал одну, остальные ссыпал обратно.
— Если доведётся самому добираться, — сказал он назидательно, — запомни: одну банку «Свежемеля». Он на третьей кнопке.
Командир сунул монету в автомат, нажал на маленькой цифровой клавиатуре кнопку с тройкой. Монета брякнула, проваливаясь, автомат секунду раздумывал, потом дрогнул, зажужжал, шнек провернулся, выпихивая из держателя серебристый цилиндр банки. Та съехала по наклонному лотку и вывалилась в приёмное отделение внизу.
— Вот и всё, — Слон вытащил банку, обтёр рукавом и потянул непривычной формы язычок, открывая. — Теперь только ждать.