Начисто

Зажмуриваюсь, послушно погружая пальцы в рот.
«Хорошо смочи их. Проведи вниз по шее. Почувствуй, как я тебя целую».
«Как?»
«Очень… Очень сильно».
«Не люблю засосы».
«Придется потерпеть. Как такую прелесть и не пометить? Сожми соски. Погладь их пальчиками».
«В своих фантазиях ты меня гладишь?»
«В своих фантазиях я тебя жру. Кусаю. Оттягиваю зубами до боли соски. Выкручиваю пальцами, заглушая ртом твои стоны. Ты всегда очень громкая для меня. Скулишь, как сучка, и виляешь задницей, выпрашивая добавки».
Похоть прошивает меня иглой. Я в самом деле всхлипываю. Перекатываюсь на бок, поджав ноги. Я щиплю себя, я терзаю воспаленную кожу пальцами…
«Клим… Клим, я…» – случайно отправляю недописанное сообщение.
«Да, моя девочка, теперь погладь свой животик. Там горячо?»
«Как в печке! Трахни меня, и ты почувствуешь».
«Ты уже ласкаешь себя между ног?»
«Это ты ласкаешь!»
«Верно. Все время представляю, какая ты там. Гладкая, или оставляешь полоску?»
«Гладкая, абсолютно. И такая мокрая, Клим. Чувствуешь, какая я для тебя мокрая? Хоть простыню меняй».
Я вновь переворачиваюсь на спину и провожу пальцами между ног. Каждое касание пробегает по телу молнией. Вода очень хорошо пропускает ток, а я действительно теку, как последняя шлюха.
«Конечно, чувствую. Ты хочешь меня? Я мечтаю однажды это услышать. Эти слова звенят у меня в ушах, когда я кончаю».
«Я хочу тебя. Очень. Сделай это…»
«Большой палец на клитор. Указательный, средний и безымянный – внутрь».
Так и делаю. Мышцы сходу не поддаются. Сокращаются, как ненормальные, но от этого наслаждение только усиливается.
«Да!»
«А теперь погладь клитор».
«Ты со мной?»
«Я с тобой, моя девочка. Так далеко, как еще не был. А теперь послушай меня. Это становится очень неудобным… Поэтому прямо сейчас ты наберешь мой номер. И положишь телефон на подушку рядом с собой».
«Клим!» – меня будто холодной водой окатывает.
«Я просто не хочу, чтобы ты отвлекалась на писанину. Но очень хочу твои эмоции, твои всхлипы и стоны... Поэтому, пожалуйста, Ясь. Сделай, как я прошу».
О боже! Я наверняка об этом пожалею, но переписываться и впрямь неудобно. Я замираю, в нерешительности занеся палец над телефонной книгой. Эмоции долбят в уши. Низ живота сводит от неутоленного желания. Молотов и впрямь отличный любовник, но сейчас я даже при желании бы не вспомнила, как хорошо мне с ним было. Впервые за всю мою сознательную жизнь я целиком и полностью погружена в другого мужчину. Я звучу в унисон с ним. Я – пластилин в его руках. Я – раба всех его желаний. Он даже не рядом, но это не имеет никакого значения. Я чувствую его на абсолютно ином, более высоком уровне. Находясь на котором, мне просто плевать, что меня ждет внизу.
Вот почему я жму на дозвон. Практически тут же он принимает вызов. Со свистом гоняя туда-сюда воздух, кладу телефон на подушку, как мне и было велено. Клим не один в камере. И уже не может мною руководить. Только слушать. Значит, это мое шоу. Облизав губы, я жарко шепчу:
– Прямо сейчас ты ласкаешь мой клитор. Он очень-очень твердый. И скользкий. И невероятно чувствительный. У тебя волшебные пальцы… Да, вот так. Я развожу ноги шире. Мне нравится ощущать на себе вес твоего тела… Нравится, как твоя головка проходится несколько раз по моим набухшим губкам. Это так хорошо, Клим.
Он молчит и тяжело дышит в трубку. Я погружаю в себя два сложенных вместе пальца, не прекращая второй рукой ласкать клитор. Стону… Захлебываюсь. Мне хорошо. Наше дыхание синхронизируется. Слова вылетают из головы, я не могу сформулировать ничего внятного и от отчаяния хнычу, раскачиваясь над бездной. А потом срываюсь в нее с оглушительным криком. Пофиг, если кто-то услышит.
– Клим! Клим… Я все! Боже мой. Я все.
    
ГЛАВА 8
– Ясь, ты идешь?
Отвлекаюсь от монитора. С остервенением разминаю пальцами выступающие позвонки. Клим не пишет. После моих пьяных излияний он тоже взял паузу, будто понимая, что мне надо немного времени, чтобы переварить все сказанное. Я еще тогда отметила, насколько это мудрое решение. Скорее всего, я бы испугалась и внесла его в черный список, подвернись он мне под горячую руку, а потом сто процентов жалела бы.
– Нет. Я еще поработаю.
– Ты и так все эти дни пашешь, будто тебе в жопу вставили энерджайзер! У тебя что-то случилось?
– Случилась работа.
А еще мне нужно немного отвлечься. Сколько можно анализировать то, что произошло? Ничего ведь не было! Я просто мастурбировала. Все.
«Ты занималась виртуальным сексом с зэком. Это не одно и то же, Ясенька», – парирует живущая во мне ехидна, и я опять начинаю ерзать на гребаном стуле, потому как, стоит этот самый виртуальный секс вспомнить, и все! Я опять, мать его, теку, как Амазонка в сезон дождей.
– Работа-работа, – перекривляет меня Валюха. – Я сегодня знаешь что прочитала?
– Удиви меня.
– В Амстердаме даже проституткам запретили работать после трех часов ночи. А мы впахиваем круглосуточно, где справедливость?
– Так, может, к проституткам в Амстердам, Валь? Щадящий график, полный соцпакет. Бесплатные медосмотры опять же…
– Ха-ха! А может, рассмотрим другие предложения по работе?
Сохраняю таблицу. И выключаю ноут, понимая, что уже действительно ни черта не соображаю. Да и Валюха зудит, не заткнешь ведь!
– Ты сейчас о чем?
– О запасном плане. Он же у тебя есть?
Отворачиваюсь к окну. Глюки у меня, или и правда в стекла стучит дождь?
Есть ли у меня запасной план? Да, конечно. У меня есть имя. Я могу хоть сейчас рассчитаться и организовать свою фирму. Или давать частные консультации, умотав в какую-нибудь Португалию на ПМЖ. Проблема как раз таки в том, что Молотов хер меня отпустит. Многие наши клиенты пришли «на меня». Если они начнут массово скидывать акции, те серьезно обвалятся в цене, и что тогда останется от компании Игоря?
– Ты это к чему, Валь?
– А то ты не знаешь. Тебе надо увольняться. И чем скорее – тем лучше.
Да. По-хорошему, надо, конечно. Молотов не даст мне жизни, когда поймет, что я в самом деле не собираюсь к нему возвращаться.
– Боишься, что тебя вытурят вслед за мной? Не бойся. Я тебя им не оставлю.
– Дура, что ли? Если я за кого и боюсь, так точно не за себя.
– Думаешь, Игорь замутит сценарий – так не достанься же ты никому? – смеюсь невесело.
– Он иногда так на тебя смотрит, что у меня идет по коже мороз! Ты бы поговорила с ним. Прощупала почву. Активы, я так понимаю, ты давно вывела?