Дизайнер одежды для фамильяров
Что за странная реакция? Весьма посредственная внешность! Глаза большие и ясные, но слишком близко посаженные. Губы пухлые, но не симметричные. Правый уголок рта приподнят, будто девушка усмехается. Овал лица ровный, но лоб широковат. К волосам претензий нет. Золотистые, будто солнечные лучи, они светлым потоком струились по плечам ведьмы.
Жаль, что сейчас убраны в высокую причёску.
Стоп! Что за глупые мысли?
Я быстро отвёл взгляд и поджал губы.
Определённо, у меня давно не было женщины. Впрочем, эмоциональная и непосредственная ведьма быстро поможет мне наверстать упущенное. Но не сегодня. Сначала надо убедиться, что слух о появлении у наследника рода КоллТэрров истинной пары дойдёт до СарнТэрров.
Я незаметно покосился на гостью.
Девушка встрепенулась, будто только вспомнила, зачем она здесь. И, негромко переговариваясь со своим фамильяром, решительно направилась ко мне.
– Вы обещали удобное платье! – обвинила она, и у меня брови поползли вверх. – А это жуткая пытка, а не…
Я вскочил прежде, чем успел подумать. Эта невежливая особа умудрилась вывести меня из себя. И, судя по округлившимся глазам, сейчас сожалеет об этом.
Я дёрнул уголком рта.
Конечно!
Дракон в гневе пугает даже в человеческой ипостаси. Ведьма оказалась довольно бесстрашной, другая бы сразу упала на колени и молила о пощаде. Но на Евгению пробуждение моего зверя не произвело привычного эффекта.
– Жуткой пыткой было терпеть до минуты, пока я не поблагодарю за него, – отступив на пару шагов, пролепетала девушка. – Ткань такая нежная! Это же натуральный шёлк? Выделка удивительная… Вот бы мне пару рулонов.
– Зачем?
Я так растерялся, что даже дракон внутри меня притих. Ворча, он снова погрузился в сон.
– Из материала подобного качества лучше всего получаются вещи небольших размеров, – деловито поделилась она и провела кончиками пальцев по невесомому кружеву. – Ткань дышит и очень лёгкая, питомцы почти не будут на себе их чувствовать. Если это не юбки в четыре ряда!
– Я правильно вас понял? – Глянув на собаку, которая ещё в первое мгновение удивила меня своим странным видом, я уточнил: – Вы хотите сшить из ткани одежду для фамильяра?
Девушка моргнула, а потом расплылась в белозубой улыбке.
– Можно и так сказать.
– И что вам это даст? – допытывался я.
– Деньги, – деловито ответила она и будто вся подтянулась, приняв уверенный вид. – Это моя специальность. Я создаю коллекции элитной одежды для питомцев. Э-э… Для фамильяров!
Я снова осмотрел собаку, которая, бесцеремонно стащив курицу, чавкала под столом. Когда Евгения оглянулась, та мгновенно выпрямилась и, прикрыв добычу хвостом, невинно оскалилась.
Возможно, именно в одежде и скрывается тайна привязанности пса к ведьме? Так находчивая девушка подкупила животное, поэтому оно добровольно служит ведьме и без заклинаний?
На плечо мне присел Стоукс.
– Она меня пугает, – прошептал он. – Смотри, лопает курицу, а сама глаз от меня не отрывает. И смотрит так, будто неделю не ела…
– Не преувеличивай, – осадил я зверя и повернулся к ведьме. – Хорошо, я куплю для вас несколько рулонов лучшего нателлийского бархата. Если желаете, можете привлечь к шитью моих слуг. Я даже не буду возражать, если вы будете принимать заказчиц в гостевом домике при моём замке. Там вы никому не помешаете.
Думал, она обрадуется, начнёт благодарить, но девушка снова сделала шаг назад, ещё сильнее отдаляясь от меня, и подозрительно прищурилась.
– А что взамен?
Я едва не хмыкнул. Умная девочка. Что же, тем интереснее будет игра. Но ответить я не успел. Двери снова распахнулись, и вперёд выступил Вивек.
– К вам звездочёт Массуд! – громко объявил он.
В трапезную влетел старик. Его усыпанная серебряными символами чёрная мантия развевалась, тёмный плащ напоминал крылья за спиной, а остроконечная шляпа съехала набок.
Звездочёт остолбенел при виде Евгении, но спустя миг раскинул руки и бросился к ней.
– Наконец ты здесь!
Ведьма попыталась увернуться, но шансов избежать его объятий у неё не было.
– Мы уже совсем отчаялись! – сжимая её до стона, едва не рыдал Массуд. – Ты наше спасение!
– Задушишь девушку, – шагнув к ним, предупредил я.
– Ох, простите старика, – отпустил он слегка помятую ведьму. – Я так рад! Так рад…
И всё же расплакался. Я был удивлён, что Евгения похлопала Массуда по плечу и мягко попросила:
– Успокойтесь, пожалуйста. В вашем возрасте вредно волноваться.
Я присмотрелся к ведьме. Вроде смотрит с сочувствием, но держится настороженно, будто готова в любой момент отпрыгнуть и избежать новых тисков его объятий. И о возрасте говорит. Будто не знает, что для пятисот лет заклинания нахальных ведьм не менее вредны, чем сильные эмоции.
Массуд утирал влажные глаза кончиком мантии и умильно качал головой.
– Ты такая красивая! Наконец Лидред КоллТэрр обретёт покой и счастье.
– Массуд! – Я повелительно протянул руку. – Подойди.
– Ох, простите, мой господин, – пришёл в себя звездочёт. – Я слишком расчувствовался. Просто ваша матушка столько лет страдала, принимая вину за ваше сломанное будущее на себя, что…
Я поджал губы и нахмурился. Это подействовало. Поправив одежду, старик выпрямил спину и шагнул ко мне. Припав на одно колено, он склонил голову так, что моя ладонь оказалась над его макушкой, и торжественно изрёк:
– Милости дракона.
– Так вот как тут принято… – донёсся до меня тихий озадаченный голос Евгении.
– Поднимись, – позволил я и, положив ладонь на плечо звездочёта, холодно добавил: – Молчи. До прихода Северного ветра КоллТэррам ни слова.
– Но, мой господин… – пролепетал Массуд.
– Смеешь мне перечить? – Я повысил голос, и он снова рухнул на колени.
Послышался тихий сдавленный всхлип. Я сжал челюсти – старик сам виноват. Позволить ведьме зачаровать себя – позор для человека его профессии и опыта. Но раз так случилось, надо повернуть ситуацию в пользу КоллТэрров, которым он поклялся служить кровью и жизнью.
Поэтому, подавив сочувствие в зародыше, я обернулся к ведьме.
– Присаживайтесь, Евгения Морозова. Я не знал, что вы предпочитаете в это время суток, поэтому приказал нести всё, что было. Наверняка вы проголодались после долгого путешествия. Хорошо поешьте!
Она заворожённо опустилась в предложенное Вивеком кресло, сама же не отрывала от меня пристального взгляда. Её фамильяр цапнул бок молочного поросёнка и утащил под стол, откуда донеслось громкое чавканье.