Дизайнер одежды для фамильяров

– Я любуюсь закатом, – отрезал я.
– Понятно, – покивал Стоукс и проворчал едва слышно: – Напомнить, что из трапезной видно лишь восход? Не… Лучше промолчу.
Я невольно усмехнулся и, отвернувшись от окна, обратился к застывшей у двери служанке:
– Несите ужин.
– Ого! – обрадовался дракончик и переступил лапками. – Ты вспомнил основное предназначение трапезной?
– Ты излишне говорлив сегодня, – холодно заметил я.
– Просто я голоден, – признался он и жадно глянул на блюда, которые вносили в трапезную. Тяжело вздохнул. – Если хозяин отказывается от пищи, то и мне приходится. Из солидарности!
– Скажешь тоже. – Я приблизился к столу и неторопливо опустился в кресло.
Взгляд тут же устремился к другому концу, где когда-то сидела ведьма. Прошло немало дней, а казалось, что это было вчера. Её золотистые волосы сияли в лучах солнца, а голубые глаза искрились интересом.
– Я не знаю, чем себя занять, – неожиданно захотелось поделиться мне. – Раньше я проводил дни в библиотеке, но теперь она заперта. Появилось столько свободного времени, и мне стало скучно.
– Понимаю, – сочувственно покивал дракончик и ехидно прищурился. – Так скучно, что даже ночами не спишь. Каждый день в небо поднимаешься. Без меня.
Последнее было произнесено с долей обиды, но я лишь усмехнулся. За моим зверем не угнаться простому дракончику. Но промолчал, поскольку понимал чувства Стоукса, которого притягивало к моей второй ипостаси так сильно, как мучающегося от жажды к истоку ручья.
Вивек поставил передо мной тарелку и поклонился, ожидая дальнейших указаний.
– Докладывай, – подхватывая вилку, разрешил я.
– Её Светлость приняла вчера новых гостей, – тут же начал он. – Две женщины с фамильярами и юноша.
Я замер и, отложив прибор, поднял взгляд на слугу.
– Кто он?
– Сын одной из ведьм, – торопливо отчитался он. – Совсем ещё юнец…
– Я не голоден. – Поднявшись, я направился к выходу.
Стоукс, спешно что-то дожёвывая, промычал:
– Мой господин… Подожди!
– Оставайся, – осадил его. – Я желаю прогуляться в одиночестве.
– Как всегда, – буркнул питомец.
Я же спустился в сад и прошёлся по узким тропинкам, прислушиваясь к шёпоту гравия под ногами. Вдыхая аромат цветов, думал о том, что нужно выбраться в город и купить хороших книг, раз моя коллекция пока недоступна. Или послать Массуда?
Нет, старик всё ещё не вернулся от моих родителей. Странно, что его так долго нет, но я не волновался – Массуд постарается изо всех сил. Предугадывать судьбы высших – дело нелёгкое, и в истории Балейвы не было ни одного звездочёта, который не допустил бы ошибок.
Но в делах людей всё просто. Даже ученики могут рассчитать безопасную дорогу или грядущую болезнь и защититься от неприятностей. Раз старик задерживается, значит, этого желают КоллТэрры. Возможно, отец нагрузил его работой, ведь своего звездочёта у него нет.
Спешить некуда – до прихода Северного ветра всё ещё есть время, пусть оно с каждым часом утекает… Слишком медленно, на мой вкус.
– Вы?
Остановившись, я поднял взгляд и осознал, что нахожусь перед гостевым домиком. На крыльце замерла Евгения и, держа в руках мешок с обрезками ткани, смотрела так, будто я – последний, кого она ожидала здесь увидеть.
Это неприятно кольнуло.
Но ведьма быстро взяла себя в руки и, бросив мешок, спешно спустилась по ступенькам. Присела передо мной в неуклюжем реверансе.
– Милости дракона.
Я простёр руку над её головой и неожиданно для себя коснулся золотистых волос. Это оказалось настолько приятно, что я не отказал себе в удовольствии пропустить пряди между пальцев. Евгения глянула удивлённо и чуточку испуганно, поэтому я неохотно убрал руку.
Она хорошо играла свою роль. Никто не усомнится в том, что между нами огонь раздора. Но вместо того, чтобы развернуться и уйти, я спросил:
– Где ваши гости?
Глаза девушки расширились ещё больше.
– Вы недовольны? Помнится, я получила разрешение принимать ведьм и шить одежду для их питомцев.
– Но не мужчин, – вырвалось у меня.
Закрыв глаза, я постарался усмирить раздражение, на которое имел полное право. Эту девушку считали моей истинной парой. Вполне нормально, что я не желаю видеть рядом других претендентов. А будь Евгения правда моей женщиной, их бы и не существовало.
– Мужчин? – озадаченно переспросила она и вдруг неудержимо рассмеялась. – Вы о Венсте? Он совсем мальчишка!
– Всё равно, – мрачно процедил я. – Или скажете, что этот человек не мужского пола?
– Вот как? – ещё больше развеселилась она. – Значит, мне можно принимать гостей лишь женского? А это и фамильяров касается? Помнится, у моей первой клиентки был хомяк. Ктив точно не был самочкой… Простите, мой господин!
Она отвесила шутовской поклон, и это разозлило меня ещё сильнее.
– Если живёте под моей защитой, – предупредил я, – то извольте следовать моим правилам!
– Кстати об этом. – Выпрямившись, она сдунула со лба упавшую прядь. – Если пожелаете, я хоть сегодня освобожу ваш гостевой домик. Теперь у меня достаточно денег и постоянных клиентов, чтобы взять в аренду подходящее жильё в городе, где никто не будет говорить, кого я могу принять, а кого нет. А также обвинять меня в домогательствах и угрожать будущим незабываемым удовольствием!
– Вы так расстроены, что приходится ждать нашей совместной ночи, что готовы отказаться от надежды? – удивился я.
Моё раздражение рассеялось как по волшебству. Я даже шагнул к ведьме, желая подарить ей успокаивающие объятия, но она отступила и в гневе топнула.
– Вы меня не слышите! Впрочем, как всегда. Только о себе любимом и думаете. Это невыносимо!
– Но вы остаётесь, – с удовольствием заметил я, насмешливо глядя, как мило она злится.
– Нет. – Она развернулась так резко, что взметнулись волосы. – Я ухожу.
Подхватив юбку, она сердито направилась прочь от домика, а до меня донеслось её раздражённое ворчание:
– Я вполне самостоятельная и весьма обеспеченная женщина. Обойдусь без покровителей. Подумаешь, маг! Всё равно вернуться нам с Анькой не поможет…
И тут она замедлила шаг. Я скрестил руки на груди, глядя вслед девушке. Рядом со мной уселась собака ведьмы.
– Вернётся?
– Без сомнений, – кивнул я.
– Хорошо, – облегчённо выдохнул фамильяр. – Единственная наша надежда – это вы, господин.
– Я знаю.
Мимо, не глядя на меня, прошла злая, как фурия, Евгения. По дороге она подхватила собаку за ошейник и поволокла к домику.