Ниточка к сердцу
– Например?
– Земное население мало интересуется войной, потому что она идет на чужой территории. Все знают, что противник дважды пытался прорваться в Солнечную систему, и оба раза мы разбили вражеский флот. Люди считают, мы в полной безопасности. И это, в общем-то, верно: сирианцы нам не угроза.
– В чем же проблема?
– Войну надо или выиграть, или проиграть, третьего не дано. Но одной лишь обороной победы не добиться. Нельзя просто сидеть и ждать! – Вулф вдруг грохнул кулаком по столу, отчего ручка подпрыгнула на добрых полметра. – Мы должны что-то делать! Перехватить инициативу. Уложить противника на лопатки и выбить из него всю дурь!
– Ну, рано или поздно мы победим…
– Может, да. А может, и нет. Это от многого зависит.
– От чего, например?
– Например, от того, сумеем ли мы правильно использовать доступные ресурсы. В частности, таких людей, как вы.
– А поконкретнее нельзя? – попросил Моури.
– Смотрите, в техническом отношении мы значительно превосходим Сирианскую империю. Наше вооружение лучше и эффективнее. Однако у сирианцев есть свое преимущество: они превосходят нас численностью. На одного землянина приходится двадцать сирианцев, а значит, и оружия в количественном соотношении у них больше.
– Точно?
– Увы, да. Хотя в газетах об этом, конечно же, не пишут. Итак, у нас выше военный потенциал, у сирийцев – больше солдат. И поскольку мы не можем оттягивать время и спешно размножаться как клопы, надо противопоставить им что-то другое.
– Понятно.
Моури задумчиво прикусил нижнюю губу.
– Однако, – продолжил Вулф, – задача решается гораздо проще, если принять во внимание тот факт, что один человек способен посеять панику в толпе, двое могут парализовать на время целую армию (двадцать семь тысяч!), а крохотная оса – уничтожить четырех великанов и их огромный механизм. – Он выдержал паузу, следя за реакцией Моури, после продолжил: – Возможно, человек сумеет остановить дивизию, если в нужном месте и в нужное время напишет мелком пару слов.
– Хм, весьма нетрадиционный способ ведения войны!..
– Поэтому-то он и принесет результат.
– Мне нравится. Всегда любил такие фокусы.
– Мы в курсе. – Вулф открыл лежащую на столе папку. – В день четырнадцатилетия вас оштрафовали на сто сирианских гульдеров за оскорбление должностного лица путем нанесения на стену письмен высотой в двадцать дюймов. Отец принес официальные извинения от вашего имени, сославшись на подростковое легкомыслие. Сирианцы, конечно, были в бешенстве, но дело все-таки замяли.
– Я по-прежнему считаю, что Разадут – жирная продажная свинья… У вас там что – досье на меня? – Моури жадно уставился на папку в руках Вулфа.
– Да.
– Вам не кажется, что это уже слишком?
– А как иначе? Такова плата за защиту от сирианского вторжения. – Отложив папку в сторону, Вулф невозмутимо сообщил: – У нас есть досье на каждого землянина. Если надо, мы можем в мгновение ока найти всех, кто носит зубные протезы, одиннадцатый размер обуви, родился от рыжей матери… или хочет увильнуть от призыва. Так что нам не трудно выбрать из стада нужную овцу.
– То есть я для вас – овца?!
– В переносном смысле, конечно же. Не обижайтесь. – Плотно поджатые губы дернулись в слабом подобии улыбки. – Сперва мы отобрали шестнадцать тысяч человек, свободно говорящих на сирианских диалектах. Отсеяли женщин и детей. Осталось девять тысяч. Затем, шаг за шагом, исключили пожилых, слабых, больных, неблагонадежных, чересчур низких или высоких, толстых или худых, слишком глупых или безрассудных, трусов и так далее. На роль «осы» осталось совсем немного кандидатов.
– И что это значит – быть «осой»?
– Что касается внешности – невысокий мужчина с кривыми ногами, плотно прижатыми к черепу ушами и багровым лицом. Иными словами, тот, кто сумеет сыграть роль коренного сирианца и одурачить местных.
– Ни за что! – огрызнулся Моури. – Не дождетесь! У меня розовая кожа, торчащие уши и все зубы мудрости на месте!
– Лишние зубы удалить не проблема. Уши можно подправить с помощью пластической операции. Через две недели все заживет и шрамов не останется. Так сказали врачи, не спорьте! – Очередная едва заметная ухмылка. – Что до фиолетового оттенка кожи, то куда там сирианцам до наших местных алкоголиков? Вас же мы просто покрасим. Гарантия – четыре месяца, и краску дадим с собой, чтобы при необходимости вы могли обновить цвет.
– Но…
– Послушайте. Ваш отец занимался торговлей, поэтому вы родились на Диракте, родной планете сирианцев, причем в самой столице – Машаме. Вы прожили на Диракте до семнадцати лет, потом с родителями вернулись на Землю. Сейчас вам двадцать шесть. Ростом и телосложением вы мало отличаетесь от коренных жителей. Кроме того, прекрасно изъясняетесь на сирианском, причем с машамским акцентом. От этого ваша легенда будет выглядеть еще правдоподобнее: пятьдесят миллионов сирианцев говорят точно так же. Вы подходите идеально.
– А если я пошлю вас к чертям? – полюбопытствовал Моури.
– Это было бы весьма печально, – холодно ответил Вулф. – Есть одна старая добрая поговорка: «Не умеешь – научим, не хочешь – заставим»…
– То есть меня все равно загребут? – Моури раздраженно всплеснул руками. – Черт! Лучше уж я сам… терпеть не могу, когда меня заставляют.
– Да, об этом мы тоже знаем. – Вулф указал на папку с досье. – Джеймс Моури, двадцать шесть лет. Характер упрямый и беспокойный. Однако человек надежный, если не оставить ему выбора.
– Отец всегда так говорил… Он меня, что ли, сдал?
– Мы не раскрываем свои источники информации.
– Ну-ну… – Моури ненадолго задумался. – Допустим, я соглашусь. Что тогда?
– Сперва отправитесь в школу разведчиков. За шесть, максимум восемь недель пройдете интенсивный курс. Получите все необходимые навыки: умение обращаться с оружием, взрывчаткой, организовывать саботажи, вести психологическую войну… Научитесь читать карты, ориентироваться по компасу, обращаться с радиотехникой. И еще много чему. В конце концов, из вас сделают настоящего диверсанта, который сумеет попортить кровь противнику.
– А потом?
– Вас тайно забросят в колонию сирианцев, и вы приступите к делу.
Повисла долгая пауза. Наконец Моури нехотя выдавил:
– Мой отец как-то был не в духе и заявил: «Ты, сынок, родился дураком – дураком и помрешь». – Он глубоко вздохнул. – Прав был старик. Я согласен.
– Мы так и предполагали, – невозмутимо ответил Вулф.
В следующий раз они встретились уже после обучения. Экзамены Моури сдал с неплохими результатами. Два дня спустя в школу заявился Вулф.
– Ну, как дела?