Ниточка к сердцу
– Мне тоже, – сказал Гаррисон уныло.
– Впрочем, у нас еще есть шанс: десять против одного, но сейчас он выглядит так, как раньше – до своего трюка. Ему незачем было прибегать к маскараду, пока он проводил примерку и разрабатывал свой план. Грабеж прошел гладко, как по расписанию, и, значит, все до последней мелочи было предусмотрено заранее. А такого рода работа требует долгих предварительных наблюдений. Он не мог за один раз выяснить, каков порядок получения денег, и запомнить наружность Летерена. Разве что он чтец мыслей на расстоянии.
– Я в это не верю, – объявил Гаррисон. – Как в астрологов и ясновидящих.
Не слушая, Райдер продолжал:
– Следовательно, некоторое время до грабежа он жил в городе или в его окрестностях. Довольно много людей должны были его постоянно видеть и могли бы его описать. Ваши ребята, бегая по пивным с фотографиями, его не найдут, потому что он не похож на эту фотографию. Нам нужно установить, где он жил, и узнать, как он выглядит.
– Легче сказать, чем сделать!
– Вариант не из простых, но возьмемся за него. В конце концов мы чего-нибудь добьемся – хотя бы места в сумасшедшем доме… – Он умолк и задумался.
Гаррисон сосредоточенно уставился в потолок. Не подозревая об этом, оба прибегли к обычной для Земли замене гениального прозрения, которое случается так редко. Раза два Райдер открывал рот, словно собирался что-то сказать, но тут же снова его закрывал и опять погружался в размышления. Наконец он все-таки сказал:
– Чтобы с такой уверенностью выдавать себя за Летерена, он ведь должен был не только придать себе внешнее сходство с ним, но и одеться точно так же, ходить той же походкой, вести себя точно так же, пахнуть так же…
– Он ничем не отличался от Летерена, – ответил Гаррисон. – Я допрашивал Эшкрофта, пока нам обоим не стало тошно. У него все было как у Летерена, вплоть до ботинок.
– А чемоданчик? – спросил Райдер.
– Чемоданчик? – На худом лице Гаррисона мелькнуло недоумение, тотчас сменившееся злостью на себя. – Тут вы меня поймали. Про чемоданчик-то я и не спросил. Тут я дал маху.
– Не обязательно. Возможно, и он тот же самый, но лучше бы проверить.
– Сейчас и проверим. – Гаррисон взял телефонную трубку, набрал номер и сказал: – Мистер Эшкрофт, у меня к вам есть еще один вопрос. Чемоданчик, в который вы укладывали деньги, он был тот же, с которым всегда приезжали кассиры с фабрики?
Райдер тоже услышал решительный ответ:
– Нет, мистер Гаррисон, это был новый чемоданчик.
– Что?! – взревел Гаррисон, багровея. – Почему же вы раньше молчали?
– Вы меня не спросили, а я не вспомнил. Но если бы и вспомнил, то не придал бы этому никакой важности.
– Послушайте, решать, что важно, а что нет, это моя обязанность, а не ваша. – Он бросил на Райдера мученический взгляд и продолжал раздраженно: – Так давайте выясним все раз и навсегда. Если не считать его новизны, чемоданчик был точно таким же, как тот, с которым приезжали кассиры?
– Нет, сэр. Но очень похожим. Такая же форма, такой же латунный замок, почти такие же размеры. Но он был чуть длиннее и на дюйм глубже. Я помню, что, укладывая деньги, удивился, зачем им понадобилось покупать второй чемоданчик, но потом решил, что они хотят, чтобы мистер Летерен и мистер Суэйн ездили каждый со своим чемоданчиком.
– А вы не заметили какого-нибудь отличительного признака? Ярлычок с ценой, марка фирмы, инициалы или еще что-нибудь?
– Ничего. Я ведь не смотрел специально. Не предвидя дальнейшего, я не мог…
Голос Эшкрофта оборвался на середине фразы, так как Гаррисон раздраженно швырнул трубку на рычаг. Он уставился на Райдера, который ничего не сказал.
– К вашему сведению, – заявил Гаррисон, – я пришел к выводу, что профессия уборщика общественных туалетов имеет множество преимуществ, и бывают времена, когда я испытываю большое искушение… – Он задохнулся и включил селектор.
– Есть там кто-нибудь свободный?
– Кастнер, шеф.
– Ну так пошлите его сюда.
Вошел сыщик Кастнер. Он был одет весьма элегантно и явно знал, как ориентироваться в пучине порока.
– Джим! – распорядился Гаррисон. – Слетайте-ка на стекольную фабрику и возьмите чемоданчик кассира. Только убедитесь, что это тот, который они берут с собой в банк. Побывайте с ним во всех галантерейных магазинах города и установите, кому и когда за последний месяц были проданы такие же чемоданчики. Если отыщете покупателя, то пусть он предъявит вам свой чемоданчик и скажет, где он был и что делал в половине одиннадцатого в прошлую пятницу.
– Будет сделано, шеф.
– Звоните мне, как только что-нибудь выясните.
После ухода Кастнера Гаррисон сказал:
– Чемоданчик был куплен специально для этого ограбления. Следовательно, приобретен он, скорее всего, недавно и, вероятно, у нас в городе. Если в городских магазинах ничего выяснить не удастся, займемся соседними городами.
– Вы займитесь этим, – согласился Райдер, – а я тем временем тоже кое-что предприму.
– А что именно?
– Мы ведь живем в век науки и передовой техники. Мы располагаем широко развитыми и отлично действующими средствами связи, а также действенными системами сбора и хранения информации. Так воспользуемся же тем, что у нас есть.
– Что вы задумали? – спросил Гаррисон.
– Такой ловкий и легкий грабеж просто напрашивается на повторение. Не исключено, что преступник уже не раз пользовался своим способом, и уж, во всяком случае, этим банком он не ограничился.
– Ну и…
– У вас есть его описание, хотя вряд ли оно даст нам много. Но, – Райдер подался вперед, – мы знаем его методы, и вот из них мы можем исходить.
– Да, верно.
– А потому сведем его описание к особенностям, замаскировать которые трудно, к таким как рост, вес, тип фигуры, цвет глаз. Остальное можно отбросить. И сжато опишем его метод, указывая только факты. Все это мы можем уложить слов в пятьсот.
– А потом?
– В нашей стране имеется шесть тысяч двести восемь банков, из них шесть тысяч с лишним входят в Банковскую ассоциацию. Наш департамент снабдит ассоциацию циркулярным письмом в количестве экземпляров, достаточном, чтобы разослать его всем ее членам. Они будут предупреждены о возможности грабежа, а если он все-таки повторится или что-то подобное уже имело место, мы сразу узнаем об этом во всех подробностях.
– Хорошая мысль! – одобрил Гаррисон. – Возможно, где-то начальник полиции ломает голову над двумя-тремя данными, которых не хватает нам, а мы в свою очередь могли бы сообщить ему кое-что интересное. И обмен сведениями даст и нам и ему все, что нужно для поимки преступника.
– Не исключено, что нам удастся значительно упростить процедуру, – сказал Райдер. – При условии, что мы имеем дело с рецидивистом. Если же нет, тогда ничего не выйдет. Но если он был прежде арестован за что-нибудь подобное, мы найдем его карточку в один момент. – Мечтательно посмотрев на потолок, он добавил: – Вашингтонская картотека – это что-то!