Наука побеждать

— Позаботься об Аше, — я кивнул на нашего командира, который не раз и не два доказал, что заботится о своих людях словно родной отец. — А я займусь этой костлявой ящерицей.
— Твой шанс справиться с драконом семь процентов, — де Грасс закатил глаза. — С амулетом фон Аэра — пятнадцать. Он сейчас двигается к лазарету, я выйду с ним на связь и предупрежу.
— Спасибо, дружище, — я хлопнул Зидана по плечу и вскочил на бортик крыши. — Удачи нам всем!
Толчок ногами, краткие мгновения свободного падения, и вот я уже качусь по земле, гася инерцию и смягчая силу удара.
Грань Волка на максимум, и вот я уже мчусь сквозь клубящийся туман к лазарету.
Не знаю как, но я должен остановить костяного дракона и нежить Зарыша!
Насколько я понял, Сеть ничего не делает просто так, а значит у меня есть шансы справиться с драконом и некромантом. Осталось только понять, что делать.
Грань Огня, к сожалению, отпадает.
Дикса недвусмысленно дал понять, что Зарыш озаботился защитой от огненной стихии.
Грань Некроса?
Только в самом крайнем случае, очень уж непредсказуем результат.
Нет, будь Кольцо Некроса не проклято, я бы не задумываясь рискнул. Но превращаться в слугу Бездны или Скверны — дураков нет.
Грань Волка?
Только если добраться до самого дракона… Мы с ним явно в разных весовых категориях, да и Аура Ужаса будет шибать по мне в два раза сильнее.
Грань Крепости?
Даже не смешно. Дракон плевать хотел на все мои усиления и просто порвет меня на две части.
Грань Жизни и Смерти?
А вот здесь нужно хорошенько подумать, что я собираюсь делать: Перехватывать у Зарыша контроль — однозначно Грань Смерти. Или попытаться развеять дракона — а вот тут не обойтись без помощи Грани Жизни.
Может быть с моей стороны наивно, но я делаю ставку на Жнеца.
Восьмипроцентный шанс упокоить любое немёртвое существо — раз.
Аура Смерти, которая при наличии Грани Смерти увеличивает шансы на упокоение в два раза — два.
В идеале мне бы каким-то образом совместить эти две Грани, чтобы получить максимум преимущества, но… там уж как пойдет.
Ну и последнее.
Я прямо на бегу снял с пояса кинжал фон Лютика и крепко сжал его в руке.
Когда я казнил Лар’Тарго, клинок удлинился, на мгновение превратившись в меч, и это, вкупе с описанием артефакта, наводило на раздумья.
Да и сам фон Лютик упоминал что-то про Смежное измерение, мол, ответ я найду именно там.
Но я, кажется, уже и так догадался, что кинжал фон Лютика после подтверждения факта владения может видоизмениться, к примеру, в посох.
Вот только проходить сейчас испытание на право владения совершенно нет времени.
Да и к тому же, судя по появившейся ауре Света, я уже почти на месте.
Подбежав к лазарету, я нахмурился. Несмотря на туман, я отчетливо слышал шум боя, а значит псы подобрались уже слишком близко.
А раз так, то стоит поспешить.
Вот только стоит мне зайти в лазарет, как снова начнутся эти дурацкие сцены прощания. Дан, Соня и Кир точно не упустят момента как-то меня поддержать, а то и вовсе навяжутся идти со мной.
Нет, заглядывать в лазарет я точно не буду, вот только как мне выловить фон Аэра…
К счастью, я зря ломал себе голову — воздушник ждал меня у здания, настороженно косясь на север.
— Лови! — Крик фон Аэр, не тратя время на приветствия, бросил мне свой амулет. — Де Грасс предупредил насчет тебя. Если выживешь, верни мне или кому-нибудь из моего рода.
— Хорошо, — кивнул я. — Как им пользоваться?
— Просто надень, — подсказал воздушник. — Я внес слепок твоей ауры в допуск. Вот только у тебя, в отличие от меня, будет минут пять, не больше.
— Насколько высоко смогу подняться?
— Все зависит от твоего резервуара, — фон Аэр пожал плечами. — Все, мне пора.
— Спасибо, — кивнул я. — Ребятам привет.
— Передам, — кадет не стал кочевряжиться, — а тебе удачи. Справишься с нежитью, дом фон Аэр будет у тебя в долгу.
— Разберемся, — проворчал я, надевая на себя амулет в виде расправленных крыльев.
Для меня оставалось загадкой, почему кадеты вешают на себя долги, хоть мы и делаем одно и то же дело.
Впрочем, сейчас как-то не до этого.
Прислушавшись к Биению жизни, я с силой оттолкнулся от мостовой и… взмыл в воздух!
Если бы не все мои вылазки и опыт использования зелья Грации, я бы сейчас точно влетел в стену — слишком непривычно было чувствовать себя в воздухе.
Но все же в последний момент я сумел сориентироваться и лишь кубарем прокатился по крыше.
Дурацкая, конечно, идея идти в бой с непроверенным артефактом, но других вариантов я не видел.
К тому же, я не собирался лупить по лапам дракона, нет. Будучи мультиком, я отлично понимал, что единственная возможность справиться с этой нежитью — это его морда.
— Вот только для начала, — пробормотал я, мгновенно находя приближающегося все ближе дракона, от которого так и шибало ужасом, — попробуем тебя переподчинить!
С силой оттолкнувшись от крыши, я взлетел в воздух, но на этот раз у меня получилось более уверенно.
Взлетев повыше, я на мгновение замер в воздухе, оценивая диспозицию.
«Заря», которую увел за собой Денебери, развязала руки псам, и они начали полномасштабное наступление.
Где было много свободного места, там песьеголовые шли ровными коробочками, прикрываясь щитами от стрел и арбалетных болтов. А вот в узких улочках легионеры пускали вперед безмозглую нежить.
Время от времени откуда-то из тыла песьеголовых прилетал импульс — эдакий тонкий изумрудный луч, который сначала попадал в дракона, а от него выстреливали сотни, если не тысячи, лучей.
Таким образом Зарыш единолично контролировал свою армию и постоянно обновлял указания.
Вообще, с высоты птичьего полета, картинка складывалась нерадостная.
Толпы гражданских валили в «подкову», а правая часть города уже практически полностью находилась под контролем нежити.
Казалось, Зарышу плевать на расстояния, и он с легкостью поднимал убитых кадаврами песьеголовых.
Печально, но три четверти Лютиков целиком и полностью находились под контролем псов.
А наш клочок земли держался исключительно за счет фон Короса — обойти выстроенные им баррикады было не так-то просто.
В общем, даже если убрать дракона, ситуация складывалась далеко не радостная. Более того, дракон, по сути, был сейчас не нужен. Псы при поддержке армии немертвых и так бы справились с оставшейся горсткой защитников.