Хаос на пороге

А то, что обсуждали в палатке, Василия только раздражало. Ему было всё равно, в какой конкретно волне его пошлют на штурм. Для него штурм всегда был просто боем. А важные лица генералов, этих неотёсанных вояк, были для него хуже зубной боли…
Когда Акуд, огромный ящероподобный воин, наконец-то одобрил схему штурма, Василий облегчённо вздохнул. Больше не надо было тратить время на бесконечные разговоры. Пристроившись поближе к бабуле Ло и Туригу, он выскользнул из командирского шатра. И с выражением лица «как же меня все достали!» устремился за ними следом.
— Что, Вася? Тебе кратенько план изложить? — участливо спросила бабуля Ло, обернувшись к союзнику.
— Необязательно… Просто ткните меня, когда надо что-то сделать! — поморщился бывший интеллигент. — А я сделаю.
— Вот что мне нравится в Васе, так это его исполнительность! — наставительно заметила бабуля Ло.
— Это не исполнительность, бабуля! Это очень даже наоборот! Наплевательское отношение к своим обязанностям! — рыкнув, не согласился Туриг.
Ради разнообразия Василий Кириллович на это замечание реагировать не стал. Туриг был хоть и близок к истине, но именно что близок. А спорить с тупым и неотёсанным человеком — а точнее, зверочеловеком — Василий посчитал ниже своего достоинства.
Лагерь оживал. Хтоны носились от одного загона к другому, открывая ворота. Бабуля Ло и Туриг тоже побежали брать порождений под контроль. А Василий добрался до круга призыва и принялся вызывать своих подчинённых.
Бесформенные сгустки, которые никак не могли определиться, что же они такое, посыпались, как из рога изобилия… Василий их даже не считал: вызывал сразу штук по сорок. До тех пор, пока хватало универсальных единиц в сферах хранения.
Это были чужие «уешки», собранные налогами на родном узле. И Василий точно знал: в следующее открытие врат ему дадут ещё. Может, план он и не запомнил, зато отлично услышал требование Акуда: выложиться по полной программе.
Спорить с командующими — самое глупое, что может прийти в голову. Вот Василий и не спорил: сказали на полную — значит, выложится на полную. Он даже не стал припрятывать, как обычно, одну-две сферы в пространственный карман. Их там и без того скопилось немало, а здесь и сейчас не было места коррупции и прихватизации. Сегодня надо было показать всё, на что он способен. Чтобы мерзкому, похожему на ящерицу Акуду не было, к чему придраться.
— Вася, ты скоро? — крикнула бабуля Ло.
— Ещё десять минут! — отозвался бывший интеллигент, мельком бросив взгляд на счётчик доступных порождений.
Ему нравились «подчинённые»... Капельки Хаоса, окутанные тонким налётом Порядка. Сгустки неопределённой формы, цвета и материала. Жаль только, что они были слабые — даже если вызывать «подчинённых» третьего ранга. Слишком слабые, чтобы сокрушать богов. Но Василий верил, что однажды наступит день — и он сумеет призвать мощное создание Хаоса. И вот тогда…
А пока ему были доступны только слабаки. Зато почти в неограниченном количестве. Вот их он и призывал, отбрасывая прочь ненужные мысли и раздутые амбиции. До момента его триумфа было ещё далеко.
Перед глазами мигнуло уведомление о достигнутом пределе. Призыв был завершён. Василий поднялся и двинулся к туманной границе узла. За ним, будто послушное стадо нефтяных тёмных барашков, устремились летающие сгустки.
— Открывай проход! — приказала бабуля Ло.
И Василий поднял руки… Он ещё помнил времена, когда чудодейство не требовало никаких лишних пассов. Но Хаос не только даёт огромную силу, но и налагает свои ограничения. Точнее, ограничения налагает Упорядоченное. А Хаос просто дарит силу… Много силы…
Всё было слишком запутанно в этом странном месте. Василий с гарантией знал одно: раньше чудодейство требовало лишь мысленного приказа. А теперь приходилось водить руками, призывая силу, и указывать ей направление.
Левую руку он оставил поднятой, а правую вытянул вперёд. Хаос за его спиной забурлил и рванул к границе, ударив в белесый туман. На молочной пелене образовалась воронка, которая становилась всё глубже и глубже.
Василий Кириллович принялся задавать направление. Он пошарил справа, ткнулся влево… А затем нащупал воронку соседей. Те объединились, переплелись — и дальше потекли вместе. Чудодей Хаоса не открывал глаза: так было удобнее сосредоточиться. Он и так знал, что перед ним сейчас вырастает широкий проход для армии.
Такие проходы сейчас тянулись от всех тридцати долин. Они сплетались в единый коридор, из которого к Крепости выйдет огромная армия Хаоса…
Василий шёл последним. Лишь убедившись, что проход обрёл стабильность, лишь перепроверив связь с двадцатью девятью другими проходам, он двинулся дальше.
Его предусмотрительность не была вызвана излишним служебным рвением. Василий никогда не скрывал от себя одну простую истину: ему было плевать на всю армию. Если схлопнувшийся проход выкинет в Хаос, например, Турига или даже бабулю Ло, Василий Кириллович плакать не собирался. В задницу их всех...
Но вот себя он любил. Любил и опасался за свою жизнь. Поэтому каждый раз перестраховывался. Особенно, когда это позволяло избежать вероятной смерти. «Лучше перебдеть, чем недобдеть», — считал бывший интеллигент.
— Попробуй добраться до них! — приказала бабуля Ло, когда Василий выбрался из прохода спустя полчаса бега по туманному туннелю.
— Что надо сделать? — уточнил колдун Хаоса.
— Испугай! Или заставь драться друг с другом защитников! Такого они точно не ожидают… — с ухмылкой рыкнул Туриг.
Василий вытянул левую руку вперёд, поправив манжет рубашки. И, закрыв глаза, потянулся конструктом, будто щупом, к крепостным стенам. Однако до цели его щуп так и не добрался. Стены, сложенные из массивных каменных блоков, внезапно ярко полыхнули белым светом. И эта слепящая глаза вспышка заставила вздрогнуть даже порождений.
В нескольких местах появились облачка тёмной пыли. Это было всё, что осталось после гибели самых слабых порождений Хаоса. А вот остальные худо-бедно выдержали защитную вспышку. И теперь обиженно ревели, силясь вырваться из-под контроля и быстрее броситься в бой. Впрочем, они и без того плохо себя контролировали. А значит, вины Василия в этом не было никакой.
А из тумана тем временем вывалился Акуд. Он беглым взглядом оценил усилия своих бойцов и махнул рукой, призывая начать штурм.
* * *
— Игорь! Кажется, началось! — сообщил запыхавшийся Влад, влетая в столовую.
— Уверен? — спросил правитель, резко вставая со стула.
— Не уверен, но такое вижу впервые! — признался парень.
Игорь кивнул Эрину и Алисе. После чего тут же направился не вниз, а вверх — на смотровую площадку на вершине скалы. Нюхач и жена быстрым шагом двинулись за ним, чтобы оценить происходящее.
Впрочем, всё было заметно ещё с лестницы...