Державин. Дворянин из трущоб
— Ты конечно крут... зубоскал... Умеешь быть на коне, когда прячешься за мамкиной юбкой. За толпой отморозков или дамской пушкой, — ответил, стараясь потянуть время.
— Че не так, падла? Ты свои козыря показал, я свои показал. На колени, короче, петух, — сказал Сычев, дергая револьвером.
Ситуация не из лучших. Поддаваться угрозам нельзя. Не поддаться, значит лишиться жизни. Этот хрен точно выстрелит. Он вообще на школьника не похож. Выглядит, как серийный убийца.
Я замер, пытаясь сканировать магию. Как быстро удастся создать заряд? Плюс еще надо бросить его, попав по сутулому хрену. Будь я в этом теле подольше, сомнений бы не осталось. А так, рискую получить пулю в сердце.
Вряд ли школьник отлично стреляет. Он может слегка затупить или просто промазать. А может и нет... Угадать невозможно.
— Зачем тебе это? Нравится быть ублюдком? — сказал первое, что пришло в голову.
— Хаа, не мы такие, Лоховский, такая жизнь. Если ты не опустишь другого, обязательно опустят тебя. Становись на колени, козел, иначе останешься без башки, — прошипел противник, сделав медленный шаг.
Я опять отступил, продумав парочку вариантов. Судя по его болтовне, убивать не особо умеет. Все-таки он сосунок. Унижать лохов в сортире и понтоваться — для него потолок. Это можно использовать, если действовать грамотно.
Так еще не знает свойств пистолета. Башку такой мелкой пукалкой не отстрелишь. От этого, правда, не легче.
— Ну! — крикнул ублюдок. Его терпение было уже на исходе.
Глава 9У меня не осталось выбора. Попытаюсь отскочить в сторону. Может, этот кретин промахнется или заденет не сильно. Плюс доспех сдержит пулю хотя б немного. В целом, должно получиться. Других вариантов здесь нет.
Не прошло и секунды, как рука Сычева вдруг дернулась. Я уловил это движение и понял, что сейчас грянет выстрел. Тогда один из лежащих на земле гопников громко пернул. Да! Выдал, что называется, канонаду, валяясь на пне кверху задом.
Это уже не рояль, а какой-то сортир в кустах. Выходит, жёсткая взбучка помогает пищеварению или типа того. Может запатентовать этот метод?
Конечно, Сычев не смутился. Он не был нежной барышней с хорошими манерами. Но ушлепок все же отвлекся. Пусть даже на жалкий миг и не больше. Что ж, этого было достаточно.
— Сдохни! — выпалил я, создавая яркую молнию.
Прогремел выстрел, но было уже плевать. Выбитый из колеи козел промахнулся. Молния ударила его в грудь, пронесла над землёй пару метров и стукнула о толстое дерево с бешеной силой.
Сычев успел только вскрикнуть, теряя сознание. Растянулся на траве в позе морской звёзды и затих, не подавая признаков жизни. Я тоже замер в недоумении, не зная, что делать дальше.
Наверно просто идти домой? А что ещё делают после школы? Не успел одуматься, как рядом послышался шорох, истеричные женские голоса, хруст гнилых веток.
Обычно, в таких ситуациях приходят охранники. Школы и академии для аристо охраняются специальными службами. Там всюду стоят камеры наблюдения, по периметру высокие заборы и даже магическая защита.
А здесь... Разруливать ситуацию пришли две статные дамы, с ними усатый мужик в грязной робе, держащий в руках метлу. Так, одна дамочка — это Морда. Та самая училка, которую я обломал.
Рядом бабища постарше и слегка пострашнее. Память Долговского подсказала, что это сама директриса. Судя по взгляду, та ещё стерва. Но лично поперла на амбразуру, что достойно какой-никакой похвалы.
Хотя, у нее не было выбора. Ладно, это все ерунда. Теперь нужно малость собраться, чтоб не вылететь с треском из школы и не попасть за решетку.
— Ого, ядрен батон, нахрен, — простонал дворник, почесывая усы.
— Отличная картина, ничего не скажешь! Массовое побоище на равнинах Акрума, — хмурясь проговорила Мордвинская, рассматривая груду стонущих раненных гопников.
— А-а-х, кошмар какой, — демонстративно схватилась за сердце директриса.
Потом резко подняла выщипанные брови и громко воскликнула:
— Долговский! Опять ты?! Сколько можно надо мной издеваться?
— Эээ, что я сделал? — округлил глаза, разводя руками.
— Ого, вон того скочевряжело. Его как кабаны растоптали, — пробасил дворник, глядя на пацанчика в позе пьяного йога.
— Молчи, Спиридоныч, без тебя тошно! — шикнула директриса, и опять перешла на меня. — Что тут случилось, Долговский? То истерики закатываешь и школу позоришь! То вот это все вечно делаешь... — Произнесла она чуть не плача.
— Школу позорит плохое руководство, это, во-первых, — заявил, глядя в глаза старой стерве. — А во-вторых... кто-то превратил молодежь в банду тупых уголовников. Они чего-то не поделили и вот, решили немного подраться. Обычное дело, госпожа. Или вы сами не поняли?
— Да??? А ты тут как оказался? — всплеснула руками глава нашей шараги.
— Я? Шел домой, услышал странные звуки. Решил подойти, узнать, что случилось. На меня тоже напали... слегка. Вот, одежду порвали. Потом они друг друга побили, и лежат теперь. Ну вы видите, — спокойно объяснил ей.
Директриса нахмурилась, будто хотела меня съесть живьем. Тогда улучил момент, рассмеялся и тут же добавил:
— Аха-аха-ха, вы ж не думаете, что это я их побил?
— Не, малец, ты мелковат для такого, — туповато выдал усач.
— Спиридоныч, молчи! Пойди позови медсестру с ее зельями. И воды холодной принеси. Будем приводить в чувства. Да смотри, чтоб никто не узнал! Не хватало очередного позора, — выпалила директриса, после чего обратилась ко мне: — Слушай, Долговский! Ты это...
Она начала шипеть, как змея. Казалось, бросится на меня и попробует проглотить. Но начальницу оборвала Мордвинская, сухо сказав:
— Все нормально. Долговский тут не причем.
— Ольга, ты его защищаешь???
— Нет, просто давай включим голову. Он не... не имел склонности к физическому насилию. Тем более в таком масштабе. Ты знаешь это Марта. Зачем нам ложные версии?
— Хмм, и то верно, — нехотя простонала старуха. — Ладно, иди! Смотри больше без фокусов. А то вылетишь, как пробка из-под бутылки. Я не шучу. — Грубо сказала в мой адрес.
— Угу, и вам всего доброго. Поменьше злитесь, это нарушает либидо.
— Чего ты сказал?! — полетело мне в спину.
Но я ловко рванулся в кусты, потом выскочил на поляну, нашел тропу и отправился на дорогу. Странно, Мордвинская меня защитила. Или это только иллюзия? Она не такая злая, как кажется. Точней, вроде, наглая стерва, но вполне справедливая. Люблю справедливых женщин. Они всегда горячее.
Я вернулся домой без особенных происшествий. Конечно, пришлось попотеть, сражаясь с малолетними остолпами. Но план удался на славу, так еще деньжат заработал.