Алтарных дел мастер. По чужим правилам
– Неужели тутошная шайка допрыгалась? А я уж и не надеялся их сыскать. Бандиты пару деревень разорили. Надобно бы их суду праведному предать.
«Врет он все!» – тут же прокомментировала Жучка.
– С нами следуют люди из Тайного приказа. Весточку уже отправили, скоро за лиходеями приедут.
Еремеев тоже решил слукавить, чтобы подтолкнуть Тобольского к активным действиям. Время-то идет, а им спешить надо.
– О, как славно. У меня как раз при себе бумага о поимке этих ребяток, подписанная самим Черкасским. – Он полез за пазуху.
«Там оружие!» – предупредила Жучка.
Выстрел раздался через миг после исчезновения Александра. В два прыжка Еремеев оказался среди своих, а собачка – в лесу.
– Без команды не стрелять! – еще раз предупредил он, выхватив револьвер.
Всадники направились к отряду, оголив сабли. На лошадях и наездниках даже издали были видны амулеты, казалось – таких и пушкой не взять. Так, по крайней мере, считали они сами.
– Целься! Пли!
После трех залпов в седле остался лишь один воин. Он был настолько ошарашен случившимся, что перестал управлять лошадью. Мало того, пулей у него выбило саблю из рук. Кобылка везунчика доскакала до стрелков и остановилась.
– Приехали, – объявил Еремеев. – Слазь.
– А почему…
– Позже узнаешь. Не задерживай.
Боец спешился и тут же был связан.
Дьяк теперь смотрел на крашенского боярина с опаской: тот и опасность ощущал заранее, и исчезнуть мог прямо под пулей, да еще каким-то образом сумел преодолеть защиту довольно мощных амулетов. Скептик по натуре, служивый начинал верить слухам о Даниле, которые раньше доходили до его ушей.
И снова – сбор трофеев, «упаковка» пленных, распределение лошадей, половину из которых пришлось взять с собой.
– Мы, наконец, сегодня поедем или нет? – раздраженно спросил Александр.
«Как скажешь, хозяин. Токмо ежели тебе не интересен тип, что на самой высокой елке притаился», – сообщила Жучка.
Специалист по зачисткам, долгое время прослуживший у Деяна, а на самом деле работавший на другого человека, получил задание понаблюдать за проведением важной операции и устранить одного из исполнителей, чтобы тот не смог вывести на заказчика. Сам наблюдатель не контактировал ни с теми, кто находился в засаде, ни со второй группой. Тобольскому он, не снимая скрывавшего лицо капюшона и не подавая голоса, просто передал письмо и сундучок с амулетами и авансом.
Когда первая группа бойцов укрылась в засаде, он забрался на высокую ель. Оттуда был хорошо виден участок дороги, где планировали уничтожить смоленскую делегацию. А вместо этого…
Сначала наемник услышал выстрелы. Затем, отстреливаясь, на дорогу вышли сидевшие в засаде. Их повязали появившиеся бойцы боярина Данилы.
Потом оплошала и вторая группа. Тобольский не сумел подчинить Данилу чарами, промазал, выстрелив в исчезнувшего боярина, а дальше произошло вообще нечто совершенно невероятное: весь отряд Тобольского положили, словно у тех не было никаких амулетов. Из двадцати бойцов в считаные секунды в строю остался лишь один.
Наблюдателю стало не по себе. Он не представлял, как докладывать о таком результате – хозяин никогда не простит позорного провала. Однако и на этом неприятности не закончились. Когда смоляне уже собирались уезжать, Данила вдруг направился к дереву, на котором скрывался спец по зачисткам.
– Сам слезешь или нам придется дерево рубить? – спросил молодой человек, стоявший внизу.
Второй, подошедший чуть позже, предложил просто поджечь хвою, чтобы сэкономить время. Третий, появившийся бесшумно, создал в ладонях небольшой смерч, собираясь направить его к дереву.
– Я спускаюсь! – закричал наблюдатель. Падать с такой высоты ему не хотелось.
– Поторопись, мы спешим.
Подобного провала у опытного агента не было еще никогда. Кроме того, он опасался хозяина, зная, что у того всегда имеется вариант тихой «зачистки» опасного свидетеля. Это могло быть любое оброненное слово или амулет, например как у Тобольского: обеспечивая максимальную защиту, он обладал и неким побочным действием. Другой выданный хозяином амулет, пусковой, активировал убийственное заклинание, и защитное действие сменялось атакующим, смертельным для самого обладателя магической побрякушки.
Спустившегося обыскали. Кроме обычного ножа, ничего не нашли.
– Господа, только не убивайте! Я из деревни, живу тут неподалеку. Грибы собирал, и вдруг – столько людей при оружии! Пришлось на дерево карабкаться, даже дышал через раз. Потом стрельба, крики. У меня голова кругом! – Он весьма натурально зарыдал.
– Ты из какой деревни? – спросил дьяк, похлопав его по плечу.
– Туманово, – быстро ответил наблюдатель.
– Ну, ты и забрался – тут верст двадцать. Что, поближе грибов не нашлось?
– Так я это… волка огромного в лесу увидел. Струхнул шибко да побежал что было сил. Все думал, он за мной бежит, а когда с ног свалился… За мной и не было никого.
Обычная крестьянская одежда, сгорбленная фигура… Видно было, что агент подготовился хорошо. Он даже тщательно поработал над лаптями, придав им стоптанный вид.
Заслав внимательно осмотрел пострадавшего:
– Выходит, нам по пути. Поедешь с нами. В седле держаться умеешь?
– Могу, – закивал тот.
Ему не верилось, что все получилось. По крайней мере, его не стали связывать, дали коня, помогли забраться в седло. Однако это спасало только до деревни, а дальше, когда никто из местных не сможет опознать грибника…
Бежать. Бежать при первой же возможности.
И тут шпион почувствовал – его сердце словно тисками сдавило. Сразу всплыли в голове слова хозяина: «Пусковой амулет ты должен вернуть мне лично».
«Так вот в чем засада…» – Это стало последней мыслью специалиста по зачисткам. Его самого убрали, как только замаячила угроза разоблачения.
Сообщение о нападении на смоленскую делегацию поступило Черкасскому незадолго до рассвета. Уже с первыми лучами солнца он прибыл в резиденцию Тайного приказа и вызвал майора. Закончив доклад, подчиненный добавил:
– Заслав описал все подробно, но почтового филина сумел отправить лишь из Можайска. Отряд туда добрался к ночи, а уже нынче они должны будут въехать в Москву.
Сидя за столом, глава Тайного приказа, хмурясь, делал некоторые заметки. Дописав, он поднял взгляд на докладчика:
– Михайло, ты хоть что-нибудь понимаешь?
– Как Данила сумел выбраться живым? – переспросил подчиненный.
– Нет, это отдельный разговор. – Далемир махнул рукой, словно такая мелочь не стоила особого внимания. – Меня другое волнует: откуда и как нашему врагу все становится известно заранее? Ведь подлец знал точно, по какой дороге проследует Данила, подготовил «двухступенчатую» встречу, да еще наблюдателя оставил на дереве для контроля операции. И даже подсуетился, сволочь, чтобы тот не смог ничего рассказать в случае обнаружения. А соглядатаю, похоже, было о чем поведать.