Алтарных дел мастер. По чужим правилам
«Ну, уж нет, – решил Александр, во второй раз отправляя пульсирующего к Мургу. – Теперь за интриги против меня он будет отвечать по полной программе».
В расставленную ловушку Еремеев прибыл сразу после захода солнца. К этому времени Мург успел разместить в нужных местах своих гномов. Дальше начался настоящий спектакль.
Раздался женский крик о помощи, и боярин подбежал к гномихе. Та закричала еще громче. Появились два аса, выступающих в роли свидетелей преступления, и попытались наказать преступника.
Затем в качестве новых действующих лиц в сквере появились сразу несколько гномов. Они оттеснили асов и начали задавать даме массу неудобных вопросов. Почему в столь поздний час она оказалась в сквере? Зачем было призывать на помощь, чтобы затем обвинять явившегося спасителя в насилии?.. Не готовая именно к такому повороту событий, она расплакалась и рассказала всю правду. После этого Тагуру грозила не просто опала: зарвавшийся гном терял право на супругу, поскольку подверг ее жизнь опасности. Теперь ему светила дальняя дорога в места, лишенные самых элементарных удобств.
Александр тогда смог рассмотреть гномиху – раньше он вообще ни разу их не видел. Дама оказалась на удивление стройной и вполне симпатичной особой и от обычной женщины отличалась лишь небольшим ростом и отсутствием морщин на бледном лице. А еще ее волосы были полностью скрыты под странным головным убором, отдаленно напоминавшим чалму…
Усмехнувшись промелькнувшим воспоминаниям, Еремеев направился к двери. Раздался короткий стук.
«Опасности нет», – доложила Жучка.
Стоявший на пороге невысокий худощавый мужчина лет сорока с заостренной бородкой был одет в серый кафтан, брюки того же цвета и добротные сапоги.
– Будь здрав боярин, как добрался? – спросил посетитель, прищурившись.
– И тебе не хворать. С кем имею честь? – без эмоций ответил Еремеев.
– Дьяк Тайного приказа, Заславом кличут. Есть надобность переговорить по завтрашнему дню, боярин.
– Моих звать?
– Незачем, пусть отдыхают.
– Проходи, присаживайся. – Еремеев пригласил нежданного гостя.
– Видная у тебя собачка. – Дьяк не решился приблизиться к Жучке. Обойдя охранницу по дуге, он уселся в одно из кресел.
– Слушаю тебя. – Александр расположился напротив.
– В нелегкую годину вы прибыли в Московию, – начал дьяк. – Неспокойно у нас.
– Мне говорили, – кивнул Александр.
– Ваша процессия может надолго задержаться в дороге.
– Из-за многочисленной охраны? – предположил Еремеев.
– Истинно. Однако имеется способ сократить время в пути. Таковое желание имеется?
– Чем раньше появимся в Москве, тем лучше. Что предлагаешь?
– Часть делегации отправится, как и положено, по тракту, а небольшой отряд – по малым дорогам. Ежели не будем делать частых остановок, послезавтра к ночи доберемся до столицы.
Еремеев знал, что путешествие с каретами и охраной затянется как минимум на трое суток.
– Ты поедешь с нами?
– Вместе с парой бойцов.
– В итоге отряд все равно получится немаленький – десять человек и моя собачка.
– А она не отстанет? Лошадок придется гнать, чтобы добраться к Можайску до темноты.
– Не волнуйся, Жучка меня еще никогда не подводила.
«Спасибо, хозяин. А может, я его все-таки укушу? Этот дьяк в меня не верит».
«Ты же не Господь, чтобы в тебя верили», – съязвил Александр.
«Зато особо недоверчивым могу сделать больно».
– Договорились. – Заслав поднялся с кресла. – Завтра выезжаем за полчаса до рассвета. Предупреди своих.
Дьяк покинул комнату.
«Хочу ли я быстрее попасть в Москву? Тут и без моих ответов понятно, – глядя на дверь, за которой только что скрылся посетитель, размышлял Еремеев. – А желает ли этого Черкасский? Большой вопрос».
Когда Зарина с парнишкой перелили всю воду из бочки в огромный бак, боярыня пригласила его в комнату на чашку чая. Там дозорный доложил о своих наблюдениях.
Паренек по имени Живко сам за нужным домом не наблюдал. У него было много знакомых детей, в том числе и беспризорных, свободное время которых стоило меньше медяка.
– Огромный дядечка там и вправду живет, его нынче три раза видели. Дом чинят, слышен стук молотков. Приметили одного плотника на крыше, он дыру латал.
– Рядом с особняком никого не заметили? К примеру, гуляющего с собакой или молодую пару?
– Людей там шастает немало, всех не упомнишь, да и мои ребятишки там безвылазно не торчат. Сама просила, чтобы поиграли не более часа, и деру оттуда.
Зарина действительно велела пареньку проследить, чтобы одни и те же мальчишки не торчали возле дома долго. Она знала, как работают люди Черкасского, и хотела избежать их внимания. Даже легенду придумала для пацанов. Дескать, те услыхали, что в особняке завелись привидения, которые по утрам и вечерам появлялись возле дома.
Живко недавно исполнилось четырнадцать. Он второй год работал водовозом и приходился хозяйке борделя двоюродным племянником. Какое-то родство наверняка связывало его и с Сапожником. Зарина в первый же день заметила сходство, однако расспрашивать не стала. Она считала, что со схроном ей повезло. Комната была хоть и маленькой, но чистой и уютной. К беглянке никто не приставал с расспросами, не нагружал работой, если не считать помощь Живко. Впрочем, она могла и не носить воду, но это экономило время для неспешного разговора за чашкой вечернего чая.
– Действуйте так и дальше, – кивнула женщина. – Мне важнее всего выяснить, когда гости в дом приедут. Один из мужчин должен быть, скорее всего, с собакой.
– Большой? – заинтересовался парень.
– Размером с волка. А еще у нее на хвосте нарост в виде месяца.
– Собаку они приметят, – пообещал Живко. – Мне сразу к тебе?
– Нет, встречаться будем, как обычно. И своим скажи, чтобы не вздумали убегать, когда заметят собачку.
– А ты каждый вечер будешь в этой комнате? – спросил паренек. Ему очень понравились булочки, которыми радушно потчевала женщина.
– Да, – ответила она и вдруг задумалась. Может случиться, что ей придется срочно уносить ноги. – Знаешь что? Если вдруг твои увидят собаку, нарисуй угольком на бочке ее хвост.
– Угу. – Он дожевал третью булочку, сделал еще пару глотков и поднялся. – Благодарствуйте, барыня. Мне пора.
Водовоз ушел. Зарина закрыла за ним дверь на засов, снова села за столик и задумалась:
«Неужели в Крашене что-то случилось? Или Лада задержалась в дороге? По моим расчетам, Данила сегодня должен был въехать в Москву».
Мысль о том, что супруга одолел метаморф, ей даже в голову не приходила – Зарина считала это невозможным. Ее Данила мог в очередной раз броситься кого-нибудь спасать, и Лада просто не застала его дома.