Море наизнанку (СИ)
– И, помяни мое слово, потом ты увидишь, как Косте будет трудно, – подключила «тяжелую артиллерию» мать. – Ты увидишь, увидишь! И вообще, я не понимаю: а в чем проблема-то? Алина – прекрасная девушка, и ум, и красота – все при ней. А главное, она тебя любит! Думаешь, лучше жениться на девушке, которую ты будешь любить больше, чем она тебя? Нет, сынок, упаси Господь! С твоим слабоватым характером из тебя будут веревки вить.
– Но у Алины тоже не очень-то мягкий характер, – робко возразил Артур. – И она тоже любит, чтобы все было только по ее.
– А кто этого не любит? – рассмеялась мать. – Вон, твой приятель женился на голодранке из провинции, которая норовит командовать. Ты хочешь такого счастья? Чтобы какая-то нищебродка, сидящая на твоей шее, строила из себя принцессу?
Мать выдержала паузу и торжественно продолжала:
– А Алина – она уже принцесса, поэтому ей не нужно кого-то из себя строить. И потом, у вас же будут деньги, сынок! А деньги – это свобода и счастье. Поверь, капризы жены покажутся тебе ерундой, когда ты будешь по три раза в год разъезжать по курортам, отдыхая в лучших отелях. Ты будешь ловить море позитива, в котором утонет крохотная бочка негатива…
Сомнения Артура рассеялись, и он сделал Алине предложение. Вскоре после свадьбы жена забеременела. Артур вспомнил предостережения брата, но не расстроился: ведь они возьмут для ребенка нянечку, не придется особо напрягаться, лишая себя полюбившегося комфорта.
Немного огорчало лишь то, что беременность жены получилась без согласования с ним. Ведь Алина вроде бы согласилась, что с ребенком следует подождать, пока они не привыкнут друг к другу. И тут вдруг – как снег на голову известие о беременности.
– Выходит, ты не пила гормональные таблетки? – спросил Артур жену.
– А зачем мне травиться гормонами без особой нужды? – невозмутимо парировала Алина.
– Но ты же сказала, что будешь продолжать их пить, – робко напомнил Артур. – Как и до свадьбы. Я мог бы предохраняться сам…
– Подожди, – голос Алины зазвучал резковато. – А в чем, собственно, дело? Ты не рад, что скоро станешь отцом?
– Рад, – ответил Артур. А что еще можно тут ответить?
– Тогда чего устраиваешь бурю в стакане воды?
– Я просто… немного растерялся от неожиданности, – с виноватой улыбкой пробормотал Артур.
В самом деле, не пускаться же в замысловатые объяснения. Артур сомневался, что Алина сумеет понять его правильно и не обидится. И он боялся услышать ответ, от которого его уязвленное мужское самолюбие пострадает еще сильнее.
Увы! Не прошло и трех месяцев со дня свадьбы, как Артур ощутимо почувствовал «твердую женскую руку». Заполучив его в законные мужья, Алина перестала играть в толерантность. Говоря затасканной фразой, она властно и решительно встала у руля семейного корабля, отстранив от его управления некомпетентного и слабого мужа. И что оставалось тому, кроме как смириться? Он жил в квартире Алины, работал на непыльном местечке с высокой зарплатой, куда пристроил его папа жены. То бишь пользовался благами, добытыми для него другими, ничем не обязанными ему людьми. Тут не шибко состроишь из себя командира.
А спросить совета у брата было невозможно: тот находился в армии. И что жаловаться, навешивать на брата свои проблемы? Костя дал ему два мудрых совета, и ни одному из них Артур не последовал. А главное, чем может помочь ему Костя? Ничем, ибо ситуация вышла из-под контроля… под которым, собственно, никогда и не была.
Да и не хотелось думать о плохом, когда хорошего тоже было много. Например, работа. Артур и не мечтал о таком счастье. Делать почти ничего не надо, полдня можно играть в компьютерные игры, сидеть в интернете да чесать с коллегами языки. Есть выражение – «ходить на работу, как на праздник». Артур только сейчас понял, что это такое. Праздничное настроение охватывало, еще когда он начинал дома собираться: дорогой костюм, рубашечка, портфель. А уж когда он подруливал на подаренной тестем машине к отреставрированному зданию в историческом центре Москвы, накатывало состояние, близкое к восторгу.
И дома… Все, что нужно для комфортной жизни, уже имелось: и мебель, и отличный ремонт, и всевозможная техника. Не надо экономить, отказывать себе в чем-то ради покупки нового дивана или холодильника. На фоне обретенных благ командирские замашки жены, действительно, можно было посчитать жалким бочонком дерьма в море позитива.
Одно лишь удручало – потеря старого круга знакомства. Причем, взамен Артуру не удалось приобрести нового. Может, он и приобрел бы – коллеги по работе были не прочь задружиться и общаться вне офиса, да беременность жены помешала. Алина требовала постоянного присутствия мужа дома, а Артур, в силу своей доброты и повышенной ответственности, не мог доставить хоть малейшее огорчение беременной жене. Да еще Алина хотела, чтобы он полностью отказался от спиртного: ей-то самой нельзя, так пусть и супруг воздерживается из солидарности. А какие же дружеские или корпоративные посиделки без выпивки?
После рождения сына пошло то же самое. Артур был обязан каждый вечер проводить в лоне семьи. Няня уходила от них аккурат в тот момент, как он возвращался с работы домой, и жене требовалась поддержка.
– Так надо, – сказала Алина. – Я не хочу, чтобы у тебя нарушился психологический контакт с ребенком, как бывает у многих молодых отцов. Поэтому все вечера и выходные дни – втроем.
Впрочем, малыш не доставлял Артуру утомительных хлопот. Алина не была к вечеру замотанной, так как с малышом сидела в течение дня няня, а Алина отсыпалась, встречалась с подружками, ходила в фитнес-клуб – словом, отдыхала. Поэтому вечера проходили спокойно и мирно. Когда ребенок в первый раз опасно заболел, в больницу с ним лег Артур: Алина не могла выдержать больничной обстановки и такого жесточайшего стресса, как нахождение в изоляции от мира с капризным, больным малышом. Конечно, при таких условиях Артур очень сильно привязался к своему первенцу.
Когда сыну исполнилось полтора года, Алина непререкаемым тоном объявила, что они «будут делать второго».
– В семье должно быть двое детей, – сказала она. – И идеальный вариант – когда разница в возрасте между детьми минимальна. Да и родителям так лучше: отмучиться сразу и навсегда забыть о таких мерзостях, как беременность, роды, больницы и детские болезни.
Артур признавал доводы супруги разумными: он и сам, по большому счету, так считал. Тем более что в их отношения с Алиной все было благополучно и ладно. Но после рождения второго ребенка – девочки – ситуация внезапно изменилась.
В отношении детей Алина была точной копией матери Артура. Считая, что детей должно быть двое, она не горела желанием растить и воспитывать хотя бы одного. К счастью, Алине не грозило озлобиться из-за бытовухи: с детьми занималась няня, а хозяйство вела домработница, нанятая в период второй беременности Алины. Так что Алина не озлобилась, не закисла, не потеряла интересность и форму.
Но зато на Артура неожиданно обрушилась другая беда: Алина потеряла интерес к нему самому. Как, когда, почему это случилось – Артур не понял. Оно просто случилось и все.
Малышке исполнилось полгода, когда Алина решила выйти на работу. С этого времени она начала проводить вне дома не только дни, но и вечера. И, если на работе Артура коллектив был в основном мужской, то на работе Алины он… тоже был в основном мужской. И какие это были мужчины! Можно сказать коротко: они были не чета Артуру.
Артур попытался поговорить с женой насчет смены работы. И был очень спокойно, бесстрастно и вежливо «послан». Дальнейшие попытки повлиять на жену натыкались на стену язвительного непонимания. И, наконец, Артуру открыто сказали, что он многого хочет.
– Я всего лишь не хочу, чтобы наша семья разрушилась, – сказал жене Артур.
– Она не разрушится, – с миндальной улыбкой возразила Алина.
– Как она не разрушится, если я вижу, что ты настроена загулять? – спросил Артур. И с тоскливым страхом прибавил: – Если этого уже не случилось!