Сила алхимика

Ему до ужаса не хотелось приближаться к связанному с магией холму. Предрассудки и опаска по поводу таких мест давала о себе знать. Даже отъявленный головорез, побывавший во множестве кровопролитных стычек, не хотел приближаться к непонятной магической хрени.
В гробу я видал всех магов и все ваши штучки, — так и говорил его взгляд.
А еще: если ты такой бесстрашный, то почему сам не идешь к этому проклятому холму, мерзкий ты темный.
По моим губам пробежала усмешка. Сейчас наемник как никогда напоминал открытую книгу. Казалось, я мог заглянуть в его мысли.
— Не бойся, если что-то почувствуешь сразу остановишься. Мне надо оценить воздействие на живое существо. Вряд ли здесь смертельно опасные ловушки, иначе мы бы заметили на земле кости животных. Но какая-то защита все же могла остаться и сохраниться до наших дней, — я снова его подтолкнул. — Не волнуйся, если что я тебя вытащу.
Хагрим не очень поверил, но выбора не оставалось. Он сделал несколько шагов. Холм остался безучастным к его приближению.
— Ну что?
Наемник пожал плечами.
— Да ничего.
— Ничего не ощущаешь?
Он замер, словно прислушиваясь к чему-то.
— Вроде нет.
Неужели так просто?
— Дальше, — приказал я.
Хагрим угрюмо оглянулся, дальше идти ему совершенно не хотелось.
— Так уж ли это необходимо?
Винара с проклятьями сделала несколько быстрых шагов, вмиг обогнав остановившегося солдата. Тот бесстрастно наблюдал за выходкой рыжей, со скрытым удовольствием передав пальму первенства по приближению к опасному холму.
— Ничего не чувствую, — громко сообщила ведьма и с чувством превосходства оглянулась на воина.
Такой здоровый и такой трусливый, — говорил ее взгляд.
Долго наслаждаться триумфом ей не пришлось, Винара вдруг зажала рукой виски и слабо вскрикнула.
— Больно.
Я уже приготовился вытаскивать обоих, но рыжая вновь выпрямилась как ни в чем не бывало и сообщила:
— Прошло.
Хагрим сделал несколько шагов, не желая уступать женщине. Некоторое время они постояли, потом вперед двинулись вместе, через каждые несколько метров сообщая о самочувствии, пока наконец оба не заявили, что у них началась раскалываться голова.
Так и знал, защита имелась. Не из разряда смертельно опасных, сжигающих в пепел, а отгоняющая неприятными ощущениями. Заставляющая держаться подальше случайных путников.
Самое паршивое, что я совершенно не видел ее через колдовской взор. Чары оказались столь невесомыми, что почти не угадывались в магическом фоне.
Тонкое воздействие. Не грубое, примитивное, слепленное на раз-два, а ювелирная работа, сотканная на века.
— Отлично. Просто отлично, — я потер руки. — Теперь можно поверить, что Книга Судеб и правда спрятана где-то здесь.
Хагрим с Винарой вернулись, потирая виски. Разыгравшаяся мигрень служила неплохим средством держаться подальше.
— Из-за дряни, что вызывает головную боль? — с гримасой уточнила Винара.
Я кивнул.
— Защита показывает, что холм не просто холм. Внутри что-то скрывается. Что-то достаточно важное, что потребовало наложение столь специфических чар, сохранивших функциональность на протяжении долгого времени.
— Разве я об этом не говорила? — слегка обижено сказала Винара.
Замечание рыжей осталось без внимания. Вместо этого я мысленно потянулся внутрь холма, попробовав нащупать хотя бы отголоски излучения древнего артефакта.
На это ушло много времени, Хагрим с Винарой успели отойти и вернуться, пока я стоял замерев, «вслушиваясь» в магический фон.
Поначалу казалось, что я ошибся, считая будто смогу почувствовать Книгу Судеб на расстоянии и что здесь ее вообще нет. Но потом что-то проявилось, смутно, почти на грани осознания. Отголосок мощных сплетенных сил, запертых где-то глубоко под землей.
Артефакт был здесь. В этом не было никаких сомнений. Но его что-то экранировало.
— Стоило догадаться, — я устало опустил плечи, разминая затекшую шею.
Столько так простоял? Около часа, не меньше. Солнце еще высоко. Покосившись на небо и вздохнув весенний воздух, я почесал затылок.
Дурацкая привычка Эри иногда давала о себе знать, выдавая происхождение простолюдина. Ни один аристократ, тем более дэс-валион, не станет чесать собственный затылок, стимулируя мыслительный процесс.
Жест оказался настолько красноречивым, что Винара и Хагрим с неприкрытым удивлением уставились на меня.
Плевать. Истинный благородный делает все что хочет. Тем более не обращает внимание на реакцию других. С истинной аристократичностью проигнорировав физиономии спутников, я повторил свою раннюю мысль:
— Артефакт здесь. На глубине примерно десятка или около того метров.
Хагрим оценил.
— Глубоко, — он неосознанно повторил за мной, почесав затылок. Смотрел он при этом в землю.
— Глубоко, — согласился я.
Десять метров, это примерно высота пятиэтажного дома. Плюс-минус. Копать такую яму вручную не вариант. К тому же, инструментов все равно нет.
Что делать? Ответ один — магия. По-другому под холм не пробиться.
Подумав о чарах, я передернулся, после стычки с разбойниками я еще полностью не восстановился. Заклинание преобразования потребовало слишком много сил. Прямо сейчас провернуть нечто подобное вряд ли получится.
К счастью, есть обходные пути.
— Будем делать пентаграмму силы, — сказал я, окидывая бурьян на вершине холмы рассеянным взглядом.
Услышав незнакомый магический термин рыжая встрепенулась.
— Пентаграмма силы? Что это?
— Что-то вроде гигантской линзы, — объяснил я. — Конструкция, умеющая собирать и фокусировать потоки магической энергии.
Глаза ведьмы засветились восторгом. Наемник наоборот стал выглядеть еще более недовольным. Почувствовал, что к строительству непонятной колдовской штуковины могут привлечь и его.
Правильно почувствовал. В одиночку мне с этим не справиться. Точнее справиться, но это займет слишком много времени.
— Может сначала поедим? — без особой надежды осведомился наемник и напомнил: — Парни баранину готовят.
В одной деревеньке, мимо которой мы вчера проезжали, наемники купили припасы, в числе прочего трех ягнят.
Заплатить за еду заставил я, кое-кто ворчал, но послушно отстегнул монеты, добытые недавно из карманов убитых латников. Крестьяне получили меньше, чем запрашивали, но остались довольны. Воинский отряд не стал грабить, не забрал с собой молодых девок — как обычно бывало в похожих случаях.