Лисёнок и прочие неприятности бандита (СИ)

— Не разблокируешь, значит, — почувствовав прилив воинственности, я на ходу начала придумывать план дальнейших действий. И с каждым произнесенным словом отца во мне крепла уверенность в собственных силах. — Я и сама смогу вернуться. Давно было пора показать тебе, что я самодостаточная личность и могу не только жить самостоятельно, но и работать, а также зарабатывать. Начну прямо завтра. А когда накоплю достаточно…
— Работать, — откровенно рассмеялся отец, передразнивая меня. — Котов местных стричь будешь? Или благовониями торговать за “спасибо”, как на этого… Анфисия?
— Анисия, — поправила я, вспомнив свой предыдущий провал с работой и попыткой доказать отцу, что я сама прекрасно могу себя обеспечивать.
В тот раз не вышло. Но ничего, негативный опыт – тоже опыт.
— Между прочим, бабушка разрешила мне поработать над имиджем своих овец, и ей понравился результат, — похвасталась я своими успехами. — И не только ей. Отец Сергий, как увидел Артемона и Монро, тоже восхищенно произнес: “Царица мать небесная!” А сарафанное радио, папочка, так устроено, что завтра моё имя здесь будет у всех на слуху. Мне даже искать работу не придется. Люди сами придут ко мне, узнав, что в деревне появился грумер.
— Что ж, — со смешком протянул отец, ни капельки не впечатлившись моей пламенной речью и железобетонными аргументами. — Поработай, дочь. Если с цирюльничеством не выйдет, то знай – в полях лишние руки всегда нужны. Вот только не побрезгуешь ли ты испачкать свои? Маникюр опять же…
— Знаешь что?! — взвизгнула я, услышав в трубке противное бульканье. — Блин!
Телефон банально разрядился, моргнув мне напоследок заставкой на экране.
Обидно.
А ещё обиднее то, что папа в меня не верил.
Совсем.
Ни капельки.
— Что ж, — зло стуча пятками, я прошла за ширму, скидывая с себя одежду и беря в руки ночнушку. — Завтра же найду работу! В поле! 
Хорошо, что я знаю одного бандита, ударившегося в земледелие.
  
Глава 13. Дубинин Василий
 
Глава 13. Дубинин Василий
— Да ладно! — я не поверил своим глазам. Пять тридцать утра, а блондинистая подпирается задницей пыльную “буханку”. — Ну за что ты так со мной?.. — я поднял глаза к небу. — Я же не грешил крупно… вроде.
Так, а что это на девчонке? Клетчатая рубашка, джинсовый комбинезон, яркий платок повязанный на шее, за спиной висела соломенная шляпа на белоснежном шнуре, только резиновые сапожки выбивались из композиции. Такие потертые-потертые. Явно отслужившие ни один год. Сомневаюсь, что Алиса привезла их с собой. Вот не вижу я ее на столичных улицах в сапожках с клеймом на голенище “ПТФ Спецодежда”. 
— А правда, что ты рабочим пять тысяч в день платишь?
Твою ж дивизию, мне не показалось, бедоноска решила поработать ручками! 
— И тебе доброе утро, Алиса, — ответил я, прикидывая, как бы побыстрей от нее избавиться.
— Доброе, Василий. Так это правда или мне наврали?
Интересно, кто же этот сердобольный, что надоумил ее наняться на работу в поле? Да еще и ко мне! 
Точно Миша! Кто же еще?..
— Не врут. Но за эти деньги надо пахать весь день. Как рабыня Изаура. До кровавых мозолей на руках.
— О-о-о, — радостный возглас блондинистой убил во мне всяческую надежду, что она передумает и вернется досыпать в вышитую заботливой Марь Иванной постельку. — А знаешь, какая я трудолюбивая?! Самая трудолюбивая! И от мозолей у меня вот, — она вытащила из кармана садовые перчатки и сунула мне их в нос. — Защита! 
— Да, без защиты сейчас никуда, — проворчал я. 
— Так ты возьмешь меня на работу?!
— А я не слышал, чтобы ты просила меня об этом. Да и людей у меня сейчас под завязку. 
— А если мне очень надо? — спросила она, захлопав длиннющими ресницами. — Очень-очень! ОЧЕНЬ!
— Закончилась розовая краска для овец? 
— Ясно, — Алиса окинула меня разочарованным взглядом. — Ты такой же, как и мой отец. 
Я хохотнул. А вот и еще один удар по самолюбию. Я тут реально подумываю распечатать фотки блондинистой, а она меня в отцы записала.
 
— Да он старше меня почти на десять лет, — горцанул я.
Она закатила глаза и сказала таким тоном, что я ощутил себя дурачком:
— Я вообще-то не про возраст. 
— А про что? 
— Ты тоже не веришь, что я смогу работать не хуже других. Руками, — она протянула мне раскрытые ладони. — Думаешь, что я избалованная и никчемная фифа. 
— Примерно так и думаю, да, — согласился я.
— А вот и нет! — девчонка сжала кулак и угрожающе оттопырила указательный палец. — Найми меня, и я тебе докажу, что это не так! — замерла, закончив свою пламенную речь.
А передо мной встала настоящая дилемма. Если я сейчас соглашусь, то Алиса точно достанет меня своей болтовней только за дорогу, уж не говоря о целом дне. А если я откажу… то, облагородит всех котов и собак деревни, независимо от их желания, и не исключено, что опять направится в лес, когда домашняя живность попрячется. Или пойдет к колодцу за водой… Или решит помочь бабуле и спустится в погреб за картошкой... Или… надумает отполировать какому-нибудь быку рога. Да от количества вариантов самоубиться, аж морозец по спине пробежал. 
— А я согласен, — сказал, пуская “петуха” от волнения. — Только с одним условием.
— С каким? — и снова обезоруживающая улыбка и ясный наивный взгляд. Как дожила-то до этих лет, чудо?
— Если я хоть раз услышу, что ты жалуешься — пойдешь обратно. Никто тебя не повезет, все работать будут. 
Естественно, я не отпущу бедоноску пешком одну, тут километра три топать, но ей об этом знать не нужно.
— Не услышишь. Клянусь! — заявила она и вместо указательного пальца перед моим лицом появился оттопыренный мизинчик. 
— Договорились, — хмыкнул я, подтверждая клятву. — Садись, поехали. 
Алиса, воодушевленная своей победой, дернула ручку УАЗа. 
— Закрыто. 
— Естественно. У нас хоть здесь и тихо, но я бы не решился оставить ключи в замке зажигания. 
— Ну да, — понимающе протянула юная фермерша. — А кто такая рабыня Изаура? — спросила, забираясь на сиденье, когда я снял блокировку с двери. 
— Э-э-эм, — тут я подзавис. — Ну сериал такой был по телеку. Его смотрели всей семьёй, потому что больше ничего путевого не показывали. 
— Интересный? 
— Единственное, что я запомнил, там все падали с лестницы. 
— Зачем? 
— Ты задаешь капец странные вопросы. Чтобы потерять ребенка, конечно.
— О-о-о, так это про любовь сериал, а думала, ты такое не смотришь. Типа только те, где со стрельбой и убийствами.
— Типа скучаю по криминальному прошлому? — спросил я с издевкой.
— Ну да.
— Мне было пять, Алиса. И я смотрел то, что смотрели мои мать и бабушка. 
— Тогда все ясно, — изрекла гордо. Я не стал интересоваться, что именно постановили в тараканохранилище, сомневаюсь, что ответ мне понравится. И до поля мы доехали почти молча. Почти. — О, а это помидорчики сажают?
— Морковь позднюю сеют. 
— А да, я так и думала. Вот помидоры, — уткнулась лбом в стекло и наблюдала за рабочими, столпившимися в междурядье и разбирающими рассаду из ящиков. 
— Это перцы.
— Ты уверен? Очень на помидоры похоже. 
— Уверен, — я нервно хохотнул. 
— У тебя нет помидорчиков? — спросила Алиса удивленно. 
— Есть. Ты не переживай. 
Наконец мы доехали до времянки. А не так все и плохо. Думал, что захочу вернуть блондинистую еще у выезда в деревню, а мы даже до полей добрались. Осталось придумать для нее работу. Такую, чтобы себя и других не покалечила и завтра даже и не думала возвращаться сюда.
  
Глава 14. Алиса
 
Глава 14. Алиса
— Тёть Гуль, как настроение? — Василий подвёл меня к полноватой женщине с криво повязанным и давно выцветшим платком на голове. — Я тебе помощницу привёл. 
— Настрой всегда боевой, Васенька, — расплылась она в улыбке, внимательно рассматривая меня. — А лишние руки мне всегда нужны. Как зовут тебя, девонька?