Препод

Но договорить Альтина не успела, наспех починенная крыша затрещала, не выдержав веса девяти человек, а затем с грохотом сложилась внутрь. Буквально чудом никто не пострадал, но ни о каком наблюдении уже не могло быть и речи, и чем закончилась встреча леди Ройс и профессора, никто так и не узнал.
    
Глава 21
— Ах, как горело, обжигало, пламя страсти, нас двоих. Дарило жизнь, но угасало, остался дым, лишь едкий дым… — напевал я, проснувшись в преотличнейшем настроении.
Ну а как тут не радоваться, когда долги все оплачены и прилично денег ещё осталось. К тому же нашел ещё одну помеченную богом, которая хоть прояснила некоторые нюансы с такими как мы. В общем, по всему выходило, что метка устанавливала между нами некую связь и мы могли чувствовать других помеченных когда находились рядом. Именно благодаря этому чувству Селестина показалась мне знакомой при первой встрече. А неписаный кодекс Воина обязывает своим братьям и сёстрам по метке или, как тут говорили, — по оружию, помогать. В целом, имелось ввиду, помогать на поле боя, конечно, но то, что графиня-адмирал сюда и денежные проблемы включила, меня порадовало. Нежданно-негаданно я оказался весьма богат. По меркам преподавателя, конечно. Потому что с точки зрения леди Ройс я был беден как церковная мышь.
Как бы то ни было, настроение у меня было отменное, поэтому по лестнице вниз, на первый этаж, я спускался насвистывая незатейливый мотивчик. Навстречу попалась Виолар и я бодро поприветствовал студентку:
— Альтина, доброе утро!
Но та, будучи какой-то хмурой, только косо на меня взглянула, да буркнула что-то неразборчиво, протискиваясь мимо и подымаясь наверх.
“Женщины”, — подумал я, пожав плечами, и пошел умываться.
Как человек взрослый, я был прекрасно наслышан о “этих днях” и мудро решил дать девушке время прийти в норму.
Взбодрившись холодной водичкой, насухо вытер лицо и руки полотенцем, после чего прошел в столовую, где миссис Шонс вовсю накрывала на стол.
С момента как я вернул ей деньги, бабку как подменили. Куда только девалась прежняя ворчливая карга. Встречали меня теперь неизменной улыбкой, а когда уходил, желали, — “счастливого пути”. Да ещё перекормить норовили, охая, что совсем мало ем. Удержаться было сложно, потому что бабка, как оказалось, весьма недурно готовила. Вот и сейчас на столе меня уже ждала горка испечённых пирожков.
— Доброе утро, — произнёс я, с порога.
— Доброе утро, Вольдемарушка, — тут же засуетилась бабка, — я уже всё приготовила, садись, сейчас чаю налью.
— А с чем пироги-то? — присев за стол, тут же подтянул к себе блюдо, прицениваясь, какой пирог брать первым.
— Да всякие есть, с этого боку с луком-яйцом, с этого, — с картошкой, ну а тут с капусточкой квашеной.
— Богато! — довольно произнёс я, первым хватая тот что с капустой, после чего впился в мягкое подрумяненное тесто, быстро добираясь до сочной, с кислинкой, начинки.
Следующие минут пять слышалось одно моё негромкое чавканье, когда я поглощал пирожки один за другим, прерываясь только на глотнуть чаю. И только набив живот так, что уже не лезло, с протяжным — “уф-ф”, отвалил, откидывась на заскрипевшую спинку стула.
— Ну спасибо, накормили от души, миссис Шонс, давно таких вкусных пирожков не ел.
Бабка тут же покраснела от похвалы, а затем, спохватившись, произнесла:
— Ой, Вольдемарушка, совсем забыла. Я же тут кладовку перебирала, да нашла кое какие вещи мужа своего, — покойничка. Он-то у меня, упокой земля его беспокойную душу, тоже магом был. Всё дома ему не сиделось, всё по экспедициям разным ездил. Так с одной из экспедиций своих и не вернулся.
— А куда экспедиции-то? — поинтересовался я.
— Да знамо куда, в Мёртвые земли ездил, искал там чего-то. Говорила я ему, незачем мёртвых тревожить, а тем паче мёртвых древних. А он всё, мол для науки надо. Дурачок был. Нет бы дома, хоть вон как ты, сидел бы, да преподавал себе спокойно, в Академии. И жив-здоров бы был. Эх, сгинул, так даже не знаю, где могила-то, да и есть ли она? Занесло снегом, поди, во льдах этих, мёртвого, или сожрала тварь какая без остатка.
Что прежний хозяин дома был магом, я слышал впервые. Но информация про экспедиции меня заинтересовала. В вещах могли быть какие-то карты, упоминания о местах раскопок, результаты исследований. Большая ценность для меня, как исследователя магии. С некоторых пор, мысленно, я называл себя именно так.
— А что за вещи-то, — вернул я, погрузившуюся в воспоминания о муже, бабку к теме разговора.
— Ой, да, — всплеснула та руками, — шкатулка от него осталась, запертая. Сама-то я открыть не смогла, наверно заклинание какое на ней. Так может у тебя получится. Что добру пропадать.
— Действительно, — хмыкнул я, ковыряясь в зубах тонким ножом, — ладно, заберу, может и правда, что интересное там лежит.
Шкатулка оказалась крупнее, чем я представлял по описанию, размером скорее с походный сундучок, что-то типа нашего ящика для инструментов. Прямоугольный, с ручкой на крышке посередине. Забрав его у хозяйки, поднялся к себе и водрузив на стол, принялся разглядывать.
Пусть я, в текущем своём состоянии, магом был совсем юным, так сказать, хоть и с памятью прежнего владельца тела, но внутренняя чуйка меня от поспешных попыток вскрытия подарка, удерживала. Вряд ли, конечно, прежний владелец в качестве защитного заклинания впихнул туда что-то убойное, что разнесёт тут полдома, или даже просто угрохает незадачливого взломщика, как-никак это могла попробовать сделать и жена, но вот то, что внутреннее содержимое может быть просто уничтожено, было очень и очень вероятно. Весил сундучок прилично, поэтому что-то, скорее всего, внутри было и это что-то хотелось получить целым и неповреждённым.
Проведя внешний осмотр, по петлям крышки я определил лицевую сторону, но замка на ней не увидел. Аккуратно прощупал пальцами, но никаких панелей, камуфлирующих и скрывающих запорное устройство тоже не обнаружил, дерево из которого была сделана шкатулка казалось монолитным. Скорее всего, и правда запиралось всё на магию.
Сегодня первой парой у моих была ботаника, так что пару часов у меня ещё было, и, решительно усевшись и пододвинув поближе к себе сундучок, я принялся экспериментировать. То, что сразу подберу ключ, я не надеялся, но определённая система в моих действиях была. Ключ, с вероятностью в девяносто девять процентов, стихийный, если мы ориентируемся на уничтожение содержимого в случае несанкционированного доступа. А как говорит нам пособие магистра Гюнбура Ровса, по стихийным взаимодействиям, — стихийные заклинания вложенные в предмет, в нашем случае, деревянную шкатулку, при воздействие той же стихии, испускают гармонические колебания определенной частоты, проще говоря, магическое плетение под воздействием той же стихии начинает резонировать и это можно отследить.
Начав пробовать одну за другой, нужный эффект почувствовал на заклинание холода и тут же азартно потёр руки. Догадка оказалась верна и теперь я знал какой именно стихии стоит ключ.