Препод

Подождал, пока студенты все до последнего втянутся на поляну, после чего, довольно произнёс:
— Ну вот, тут и мы никому не помешаем и нам никто.
Правда, парни и девушки, почему-то, так и остались стоять одной плотной кучкой, не решаясь расположиться на поляне.
— Ну что же вы стоите, присаживайтесь. Да, прямо на траву, здесь всем хватит места.
Я пошел к ним, но они, вместо того, чтобы распределиться по площади, начали дружно пятиться от меня, всё так же продолжая жаться друг к другу.
Я затормозил, отошел, затем попытался вновь приблизиться с другой стороны, но они опять стали римской черепахой, не размыкая строй, дружно от меня убегать.
— Ладно, — махнул я рукой, — хотите так, давайте так.
Отойдя чуть подальше, подавая пример, сам уселся, с удовольствием погладил густую поросль травы, плотным ковром покрывающую поляну.
Местные ботаники не зря ели свой хлеб, росший самостоятельно, без всякой подстрижки газон, был мягким и упругим. Почти как матрас. На таком даже спать можно было, без риска отлежать себе что-нибудь.
Опасливо глядя на меня, студенты потихоньку тоже начали присаживаться на траву, под моим внимательным взглядом.
Дождавшись, когда усядутся все, я наклонил голову, а затем спросил:
— Не догадываетесь, зачем я вас сюда привёл?
Студенты дружно помотали головами.
— Ну хоть предположить можете? Не стесняйтесь, можете озвучить любую безумную вещь, что придёт вам в голову. Не бойтесь, за пределы этой поляны не выйдет ничего.
И вновь те вздрогнули, переглянувшись.
— Ну же, — подстегнул я их, — говорите, для чего я вас здесь собрал?!
— Чтобы убить? — раздался чей-то несмелый писк из толпы.
— Изнасиловать? — следом спросил, почему-то мужской голос.
— Съесть?..
Я с укором посмотрел на произнёсшего последнее Маршуша:
— И зачем мне вас есть? У нас в Академии и так неплохо кормят.
— Значит, про убить и изнасиловать, вы не отрицаете? — выдохнула, набравшаяся смелости староста.
— Молодец, Полдарк, — улыбнулся я девушке, — наконец-то слова из вас не пришлось вытягивать клещами. А вы смотрите, хоть кто-то проявил инициативу. Так что, законный плюсик ваш, мисс. А что до ответа на ваш вопрос, то вы обычно как предпочитаете? Чтобы вас сначала убили, а потом изнасиловали? Или сначала изнасиловали, а потом убили?
— Шутка, это просто шутка! — закричал я, замахав руками, когда студенты с перекошенными от ужаса лицами стали пытаться отползти подальше от меня, прямо через кусты, окружавшие поляну по периметру, — да не собираюсь я вас ни убивать, ни насиловать.
Следующие минут десять я потратил собирая студентов обратно, проклиная себя за не вовремя вылезшее желание похохмить. Кто же знал, что они серьёзно об этом меня спрашивали. Я то это просто дурачеством посчитал.
— Ладно, — с тяжёлым вздохом, произнёс я, когда относительный порядок был восстановлен, а студенты более-менее успокоились, — шутки в сторону. Собрал я вас здесь, только для того, чтобы показать, что иногда, чтобы понять истинную суть вещей, надо стараться выходить за рамки. Барьеры в вашем мозгу, они как стены аудитории, — ограничивают вас, не дают увидеть мир за пределами её небольшого пространства. Вы считаете, что магия, это только набор заклинаний, в то время как она куда шире, но, чтобы это понять, надо сломать ту стену, что вы возвели сами в своей голове. Скажите «нет» бездумному заучиванию, попробуйте понять, почему всё работает так, а не иначе и тогда магия раскроет перед вами все свои тайны…
 
***
— Может он и извращенец, — задумчиво произнесла староста, когда они, ещё с несколькими девчонками, вышли за ворота Академии, — но заставляет задуматься.
— Ты думаешь, он это серьёзно? А Бари сказал, что это очередная попытка сбить нас с толку.
— А я, почему-то, ему верю, — вклинилась в разговор Виолар, — а Бари мог и приврать, что видел его голым.
— Его видел не только Бари.
— Но они всё равно не видели, с чего всё началось.
— И что, что бы там ни было, но бегать голым, это чересчур!
— А вот и нет!
— А вот и да!
Так и не придя к единому мнению, девушки разошлись по домам.
    
Глава 7
И вновь меня ждала библиотека.
Занятия закончились, студенты бегом разбежались по домам, поэтому ничего не мешало продолжить мои изыскания.
Пройдя в дальнюю часть замка, я спустился ниже, и оказался в обширном полуподвальном помещении, заставленном шкафами с книгами.
При входе снова материализовались два призрачных здоровяка, грозно на меня зыркнув, но не увидев во мне постороннего, скрылись обратно. Я, честно сказать, так пока и не понял, были ли это те же стражи, что и на входе в Академию, появлявшиеся здесь просто в более компактном форм-факторе, или их более мелкие братья близнецы.
— Вольдемар?
Дарина Принс, наш библиотекарь, была достаточно молодой женщиной, числившейся подружайкой мадам ректора. Их временами можно было видеть в преподавательском зале столовой, пьющими чай и мило беседующими.
Была она, хоть и приятной наружности, но весьма язвительной и вредной дамой. Правда, большинство ухажёров она отпугивала не этим, а чрезмерной учёностью. Этакий книжный червь в обманчиво красивой упаковке.
— Третий раз на этой неделе, почти рекорд. Что же вас сподвигло на такой подвиг?
— Конечно же ваша несравненная красота, мисс Дарина,- ответил я, галантно кивнув, — она как лучик света в тёмном царстве, согревает и освещает путь.
— Вашими устами, Вольдемар, да мёд бы пить, — произнесла та, уперев руки в боки.
Мне не удалось её смутить, но некоторое положительное действие слова возымели. Неприступная библиотекарша заметно смягчилась.
— Ладно, говорите, что ищите?
— Если бы я знал, — пробормотал я задумчиво, — пытаюсь решить одну проблему, но не знаю с какой стороны подступиться.
— Ну а в каком направлении, хотя бы, искать?
— Что-то по изучению магического источника и его функционированию. Желательно с самых основ.
— Эк, вас растащило, — Дарина нахмурилась, — если с основ, то могу порекомендовать “Введение в магию” Лышфофа.
— Это я читал, — предложение Принс заставило меня улыбнуться, — мне желательно что-то не для самых маленьких, а работы посерьёзней.
— Если посерьёзней, то Арабелла Кордез “Распределение манаканалов, их особенности и взаимосвязь с магической предрасположенностью”.
Сказано это было с лёгкой иронией, но я, внезапно, заинтересовался. Подобного читать не доводилось, поэтому немедленно высказал желание ознакомиться.