Пятое правило дворянина

— То, что нам нужно — там, — сказала Василиса и указала на самый большой из окружающих нас храмов.
Я быстро нашел взглядом Минина и махнул ему рукой:
— Найдите пока Сазонова, по-моему, он где-то в разрушенном храме, а мы с Соловьевой попробуем достать второй ключ.
Алексей кивнул в ответ, и мы побежали с Василисой к храму. Быстро поднялись по ступенькам и вошли внутрь. В самом центре огромного каменного зала был точно такой же куб, который нам уже доводилось однажды видеть. Они были полностью идентичными.
На этот раз тратить время на внешний осмотр не стали — хотелось закончить с этим делом как можно скорее.
Мы подошли к двери, не говоря ни слова Василиса провела пальцем по лезвию Рассвета. На ее пальце показалась кровь. Она дотронулась до иглы на двери, буквы на ней вспыхнули нежным голубым светом, внутри щелкнул механизм, и дверь мягко отъехала в сторону.
Знакомая картина. Внутри тоже ничего нового. Все в точности, как и в прошлый раз. Лишь камень внутри узора лежал совсем в другой полости, что было вполне логично. Другой мир, а значит и ключ для него должен занимать свое место.
— На первый взгляд узоры идентичны, но я сниму полностью на всякий случай, — сказала мне Соловьева, затем активировала на Модуле режим объемной съемки и принялась за работу.
— Ну что вы тут? — услышал я за спиной голос Воронова.
— Уже заканчиваем, вы там как? Все живы?
— Сазонов без сознания, но жить будет, — ответил Илья. — Там с ним сейчас ребята возятся. Вы скоро?
— Минут пять еще, — ответила ему Василиса.
Воронов зашел внутрь, с интересом осмотрелся по сторонам и подошел к нам ближе.
— Это и есть узор? — спросил он.
— Угу, — помычала Соловьева, не прерывая съемку. — Еще несколько ключей, и мы доберемся до этих лысых уродцев.
— Несколько, — усмехнулся я. — Очень смешно.
Мы еще немного постояли и наконец Василиса выключила Модуль.
— Все, можем уходить. Пока новые драконы не прилетели.
К тому моменту, как мы спустились со ступенек и подошли к окружившим Сазонова ребятам, он уже пришел в себя. Во всяком случае, мог говорить и понимал, что вокруг него происходит.
Вот только с ногами у него явно были проблемы — судя по всему ему перебило их камнями, так что о том, чтобы идти самостоятельно не могло быть и речи.
— Будем нести его по очереди, — распорядился я.
— Может быть, что-то типа носилок сделаем? — спросил Минин, осматриваясь по сторонам в поисках подходящего материала.
— Каких носилок? Вокруг одни камни, кусты и трава, — сказал я. — Пока будем искать из чего их сделать, целый день пройдет. На плечах будем нести.
— До джунглей я его левитировать смогу, ну а там уже сами, — сказал аэромант. — Между деревьями я им точно маневрировать не смогу.
— Отлично, — кивнул я и вдруг услышал какую-то возню в близлежащих кустах.
Мне кажется или я и в самом деле слышу голос Тосика? Я подошел поближе и увидел плюшевого, который усиленно пытался вытащить что-то из густой листвы. Он пыхтел, упирался, вот только что именно он пытался тащить я рассмотреть не мог. Интересно, как он выбрался из Рюкзака незаметно для меня? Вот же засранец маленький!
— Ты когда вылез вообще? — спросил я у него.
Разумеется, Тосик был слишком занят, чтобы тратить время на ответ.
— Что ты там поймал?
— Крокодил карамба! — пропыхтел плюшевый.
Я присмотрелся и увидел, что в его лапах и в самом деле чей-то хвост, который был практически не заметен на зеленом фоне.
— Кто-нибудь видит, кого он там тащит? — спросил я у ребят.
Подарина взмахнула рукой и в лапах Тосика появился темно-серый силуэт существа, очень похожего по форме на ящерицу. Следующий шаг сделал Воронов, который был близком знаком со стихией земли. Короткий взмах и ящерица замерла, превратившись в камень.
— Карамба! — победно заорал плюшевый и потащил ящерку в мою сторону.
— Стоп, погоди! Ты куда его тащишь? — спросил я, предчувствуя неладное.
— Рюкзак карамба! — ответил Тосик таким тоном, как будто это было очевидно.
— Ты охренел? Зачем она нам нужна?
— Барон Димир! Крокодил карамба! «Полицию Москвы» карамба!
Я смотрел на плюшевого и не мог поверить, что он не шутит. Неужели он и в самом деле собрался ящерку с собой забрать? Даже не знаю, что ему сказать...
— Ты с ней телик собрался смотреть? А вдруг она тебя сожрет?
— Крокодил карамба, — шмыгнул носом плюшевый и стукнул окаменевшей ящеркой о землю.
В ответ на это ящерица недовольно зашипела и сменила окрас с серого на зеленый, став практически незаметной на фоне травы.
— Карамба! — восхищенно пролепетал Тосик и стукнул ей о землю еще раз.
Ящерка зашипела снова. Так, пора заканчивать, иначе их веселая игра может продолжаться до бесконечности.
— Хрен с тобой, плюшевый! Но если она будет гадить по углам, то сам за ней будешь убирать, понял? — я скинул Рюкзак на траву.
— Крокодил карамба! — радостно завизжал плюшевый и потащил своего нового приятеля в Рюкзак.
Ну, если так и дальше пойдет, то у меня дома скоро целый зоопарк из иномирцев появится. Крокодил карамба!
    
Глава 10
Рязанское княжество. 
Рязань. 
Гостинично-ресторанный комплекс «Старая мельница». 
 
Демид Сергеевич Баркалов пьянствовал в «Старой мельнице» уже третий день подряд и останавливаться на этом не собирался. Вот уже на протяжении нескольких лет он ежемесячно уходил в запои, которые длились по пять-шесть дней. Такие многодневные загулы он называл симпозиумами.
Его отец, граф Сергей Иванович Баркалов поначалу пытался бороться с образом жизни непутевого сына, но со временем бросил это безнадежное дело. Менять своих привычек молодой виконт не желал. Он окружил себя такими же приятелями и предпочитал проводить время в их компании.
Граф даже стекольный завод приобрел после смерти Соколова, чтобы приобщить сына к делу, но все было без толку. Завод его сынок благополучно просрал и позволил выкупить его ушлым сотрудникам сына Соколова практически задаром.
Это стало последней каплей, которая переполнила чашу терпения графа. Он перестал снабжать сына деньгами в безразмерном количестве и пообещал вовсе перекрыть молодому Демиду кислород, если тот не вернет завод.
Поначалу виконт оставил слова отца без внимания. Так часто бывало. Папенька наговорит всяких грубостей в порыве гнева, а потом ему становилось жаль своего сыночка и он вновь понемногу начинал давать ему деньги. Так что все возвращалось на круги своя.