Уже не новичок

— "Коровка" летит над травой с помощью артефакта? — спросил я, чтобы отвлечься от тревожных мыслей.
Я всё время думал о Зебрине. Маленькая девочка, совсем одна...
— С помощью самых лучших артефактов, — кивнул тот. — Два на носу, три на корме и по одному на каждый борт.
— И часто их приходится заряжать?
Я вспомнил, как мы с Кассандрой свалились в травяное море. Не хотелось испытать это ощущение ещё раз.
— Зависит, — пожал плечами Дикий Бизон. — Обычно, пару раз за сезон.
Это меня несколько успокоило.
— А ты... — моё сердце дало сбой. — Часто бываешь на Земле?
— Когда есть заказы.
Бизон сказал это так равнодушно, словно речь шла всего лишь о поездке в соседний супермаркет.
— И совсем не скучаешь? — я должен был спросить. — Ну... по голубому небу, по нормальным суткам. По еде...
— Когда-то скучал, — всё так же ровно ответил Дикий Бизон. — Но потом привык. Мне здесь нравится, — наконец он улыбнулся. — Свобода. Нигде больше нет такой свободы.
— Видимо, ты нечасто общаешься с налоговиками, — пробормотал я себе под нос.
— Чего?
— Да нет, это я так... А ты, значит, тоже платишь взносы в Гильдию. Кассандра говорила, у контрабандистов есть своя гильдия.
— Десять процентов со всего, что зарабатываю, — солидно кивнул Бизон.
Всего-то?.. Мне лично казалось, с меня дерут все девяносто.
— А в других измерениях? Ну, в смысле вы, ребята, всегда берёте товар... в одностороннем порядке?
Бизон посмотрел на меня с новым уважением.
— По твоей осведомлённости, чувак, можно подумать, что ты платишь взносы туда же, куда и я.
— Просто не хотел никого обидеть, — я смутился. — Как-то неудобно спрашивать в лоб, промышляешь ли ты воровством.
Бизон задрал лицо к небу и расхохотался.
Смеялся он долго и заразительно, и я тоже не удержался от улыбки.
— Только в других измерениях, братка, — наконец пояснил он. — И мы называем это распределением ценностей. Более... справедливым распределением.
— Играешь в Робин Гуда?
— Обеими руками.
— То есть, ты и Робин Гуд, и народ одновременно, — усмехнулся я. А Дикий Бизон стукнул себя пальцем по носу. Два раза.
— А ты башковитый, — похвалил он. — Сразу видно: наш человек. Если тебе когда-нибудь надоест городская суета... На "Коровке" есть место для партнёра.
— Спасибо, — сказал я с большим чувством. — Это... это слишком здорово, чтобы быть правдой.
— Но?..
— Но, — я вздохнул. — У меня есть обязательства. Люди, которые от меня зависят, понимаешь? Но когда-нибудь...
— Тебе стоит только свистнуть, и мы с "Коровкой" тут же примчимся.
Впереди замаячила чёрная на фоне багрового неба башня. Издалека она походила на тонкий, чуть изогнутый прутик с набалдашником на самой верхушке.
— Пришли, брат, — объявил Бизон. — Я высажу тебя метрах в ста, на кромке прибоя.
— Спасибо.
— Не вопрос. Обращайся. И... Вот что, возьми вот это, — и Бизон протянул мне небольшую коробочку, в которой что-то шебуршало. — Это магические светлячки, — пояснил он. — Захочешь увидеться — выйди на кромку Плана и открой крышку. Я приду.
Кроме брюк, на мне ничего не было, и я сунул коробочку со светлячками в карман.
— Как насчёт попить пивка в самое ближайшее время? — спросил я.
— Замётано, — широко улыбнулся Дикий Бизон. — Ну давай, удачи, — он развернул верёвочную лестницу. — И... не делай ничего такого, чего бы не сделал я, хой?
— Хой, — мы крепко обнялись и я полез за борт.
Кассандра так и не вышла из каюты.
И вновь я один на берегу травяного моря, а впереди — маяк. Кажется, я вернулся к тому, с чего начал.
С одной небольшой поправкой: когда я пришел сюда в первый раз, был день. Я точно знал, что делает Зебрина, и у меня был план того, как всё исправить.
Мелькнула мысль, что если бы не Кассандра — мой план имел бы успех...
Но о чём это я?.. Мне нравится опасная девушка. Я рад, что она пошла за мной. Ведь это мог быть и НАСТОЯЩИЙ убийца, верно? ВЕРНО?
Так что, всё к лучшему.
А с Зебриной я поговорю. Ведь я обещал донье Карлотте.
Добравшись до подножия маяка, никакого входа я не обнаружил. Драконья чешуя была холодной на ощупь и как никогда, напоминала обыкновенный камень.
Упс... И как же мне взобраться наверх?..
Ведя кончиками пальцев по стене, исследуя поверхность, я обошел вокруг маяка и вернулся к тому же месту.
Да, это будет то ещё восхождение. По десятибальной шкале сложности — где-то пятнадцать. Можно смело назвать его самоубийственным.
Чешуя плотно прилегает друг к другу, зацепок никаких. К тому же, она чрезвычайно гладкая. Как полированные ногти.
На пробу я попытался взобраться хотя бы на пару метров.
Спрыгнул.
Если ветер усилится, а я в это время буду висеть на высоте метров двадцати — меня запросто сдует. А левитационного артефакта у меня нет.
Задрав голову, я попытался разглядеть голову дракона. Где-то там, одиноко скрючившись, сидит девчонка в моей рубашке. Ветер обдувает её хрупкое тело...
Стоп.
Вот я затупил!..
Кто сказал, что она ДО СИХ ПОР там сидит? Она же — дракон! Может улететь в любой момент — и наверняка уже это сделала.
Я сглотнул.
Почему я не подумал об этом раньше? Ведь подростки не отличаются большим терпением. Не может быть, чтобы Зебрина просидела на носу дракона больше нескольких минут...
Да, я не видел, как она покидает башню. Но только потому, что был слишком занят — пытался отложить зубодробительное свидание с твёрдой поверхностью.
И значит, все мои усилия зря...
Стукнув кулаком по стене маяка, я в последний раз попытался разглядеть что-нибудь наверху, и...
Придётся смириться с поражением.
Придётся вернуться в клуб, и признаться донье Карлотте, что у меня ничего не вышло.
Да, шанс всё-таки был. Но я его упустил, такие дела.
Присев на землю у подножия маяка, я вытянул ноги и прислонился к стене.
Ветер гудел где-то совсем близко, но прилив сошел на нет, и колосья Золотой травы тихо перешептывались в темноте.
Внезапно я понял, что впервые с тех пор, как попал в Сан-Инферно, остался один.
Вокруг была такая тишина, какой никогда не бывает в городе. Прикрыв глаза, я запросто смог представить, что сижу на крошечном плоту посреди океана.