Гости на Саут-Бэттери
– Было бы странно слышать это от кого-то еще, кроме тебя. – Хотя голос Нолы немного дрожал, мне показалось, что я слышу ее улыбку. – Хочешь, я немного поиграю с этим кодом? Вдруг что-то проклюнется?
– Да, это было бы отлично. И я сделаю то же самое, как только накормлю малышей и уложу их спать. Позвони мне, если что-нибудь придет тебе в голову.
– Хорошо. Ты тоже.
Мы попрощались, и я быстро собрала свой портфель. Мать убедила меня брать с собой удобную обувь, чтобы ходить в ней на работу и с работы. Надев туфли на низком каблуке, которые она мне купила, я направилась в вестибюль.
– Спокойной ночи, Мелани.
Я с удивлением посмотрела на Джолли. Та все еще сидела за стойкой администратора и бодро улыбалась.
– Что вы здесь делаете в такое время?
– Просто убираю кое-какие вещи. Составляю списки на завтра. – Она встала и вышла из-за стола, держа что-то похожее на большой фотоальбом. – Ваш муж оставил это вам около часа назад.
– Джек был здесь? И вы мне ничего не сказали?
– Вы сами велели говорить ему, что вы заняты с клиентами. А так как вашей машины на улице не было, ему даже не пришлось спрашивать.
– Понятно, – промямлила я, протягивая руку за альбомом. Я тотчас узнала один из альбомов Баттон, которые мы с Софи принесли в дом на Трэдд-стрит для Джека. – Джек сказал, почему он оставил его для меня?
– Нет, лишь просил вас позвонить, когда вы будете готовы заглянуть в него. Он пытался дозвониться до вас, но вы якобы заблокировали его номер, поэтому он не смог. – Она бросила на меня укоризненный взгляд. – Вы ведь этого не сделали, правда? Из всех…
– Спасибо, Джолли. Спокойной ночи.
– Вам это пригодится, – сказала Джолли и, порывшись в своей вместительной сумке, вытащила пустой пластиковый мешок для мусора. – Иначе альбом промокнет, и фотографии внутри будут безвозвратно испорчены. У вас ведь нет машины или вы забыли? Но вы можете позвонить Джеку. Вдруг он сможет вас забрать? Это даст вам время выяснить отношения, прежде чем вы вернетесь к семье. Заодно вы сможете извиниться за то, что заблокировали его номер.
Проигнорировав мой колючий взгляд, Джолли принялась заворачивать альбом в мусорный мешок. Я попыталась снова дозвониться до Джека. Увы, звонок был вновь перенаправлен на голосовую почту, и я нажала кнопку отбоя. Окна дребезжали от раскатов грома, небо вело обстрел дождевыми пулями.
– Это недалеко, – сказала я, натягивая капюшон плаща и убирая под него волосы. Завывал ветер, давая понять, что зонтик бесполезен.
Джолли подошла к двери и открыла ее.
– Поторопитесь, пока улицы снова не затопило, иначе вам придется плыть домой. Я бы пошла с вами, чтобы помочь, но мне нужно в противоположную сторону. – Когда я приблизилась, Джолли шумно втянула в себя воздух. – Мне нравятся ваши духи. Пахнет розами.
– Я не пользуюсь духами. – Я не стала говорить, что не чувствую запаха роз. – Может, моя домработница использует новый стиральный порошок.
– Или у вас есть ангел-хранитель, – сказала она с легким смехом.
Я сделала шаг к двери, но Джолли не двинулась с места, продолжая стоять и хмуро смотреть на меня. По бокам ее рта залегли две глубокие складки.
– Скажите Джейн, чтобы она была осторожна. – Она начала тереть шею, как будто та была вся в синяках. – И ваша мать тоже. По крайней мере, я думаю, что это ваша мать. Она похожа на вас, но худее, и у нее большая грудь. У меня дурные предчувствия.
Я заставила себя сделать несколько вдохов и выдохов, пока мой разум прокладывал путь через то, что только что сказала Джолли.
– Дурные предчувствия?
Она кивнула.
– Да, я научилась этому вчера вечером в своем онлайн-классе. Это когда вы обращаете внимание на свои предчувствия и позволяете им погрузить вас в ваши истинные чувства. Я делаю это впервые, так что сообщите мне, окажусь я права или нет.
– Непременно, – процедила я сквозь зубы. – Спокойной ночи, Джолли. До завтра. – Она открыла мне дверь, и я, плотно прижимая к телу портфель и завернутый альбом, вышла под проливной дождь.
* * *
Мать встретила меня у двери и, когда я уронила свою ношу на пол кухни, взяла мое пальто.
– Ты похожа на утонувшую крысу, Мелли. Хорошо, что собак здесь нет, иначе они точно бы погнались за тобой.
– Спасибо, мама, – сказал я, целуя ее в щеку, а затем наклонилась, чтобы поцеловать сидевших на одеяле близнецов. Их маленькие ручки и ножки были заняты тем, что отбивали различные игрушки, свисавшие перед ними с подставки. Похоже, я представляла для них куда меньший интерес, потому что они не прекратили свое занятие. – Где папа?
– Из-за погоды он остался на выставке садоводства еще на одну ночь. Вернется завтра. Ты голодна? Я приготовила минестроне, если хочешь.
Внезапно я поняла, что проголодалась и продрогла до костей.
– Это было бы здорово. Просто дай мне пятнадцать минут… принять горячий душ и переодеться.
Я подумала про лежащий на полу альбом, но потом вспомнила, что Джек велел позвонить, прежде чем я взгляну на него. Схватив свой телефон, я побежала наверх, вновь набрала номер Джека и, услышав, как мой звонок переадресовывается на голосовую почту, повторила попытку.
Я возвращалась в кухню, вновь набирая номер, когда воздух сотряс раскат грома. Картины на стенах завибрировали. Свет замигал и погас, и у меня возникло кошмарное воспоминание о минутах, проведенных в ванной Баттон в обществе Анны. Я даже присела на одну из ступеней, но свет милостиво зажегся вновь. Сегодня вечером в атмосфере определенно что-то было. Что-то, не имеющее ничего общего с показаниями барометра или сожженными ионами.
– Есть ли вести от Джека? – спросила я, входя на кухню. Мать наливала суп из большой кастрюли в две неглубокие миски.
– Нет. Более того, он вообще не звонил мне сегодня.
– Можешь попробовать позвонить со своего телефона? Кажется, я не могу дозвониться до него по своему.
Столь резкая перемена моего настроения застала мать врасплох. Она вопросительно выгнула бровь и, ничего не говоря, взяла со стойки свой телефон и набрала номер. Я через всю комнату услышала пронзительный гудок и обратила внимание, что мать держит телефон подальше от уха.
– Должно быть, я неправильно набрала номер. – Она попробовала еще раз, и вновь безрезультатно.
Мы сели за стол. Перед каждой из нас стояла тарелка с супом, но ни мать, ни я не потянулись за ложкой.
– Что-то здесь не так, – сказала я.
Мать кивнула.
– Я тоже это чувствую. Мы ничего не сможем сделать, пока не узнаем больше, так что давай поедим, чтобы поддержать свои силы. У меня такое чувство, что они нам понадобятся.
Пока мы медленно ели, я поведала ей о своем разговоре с Ребеккой.