Я тебя вылечу (СИ)

- Тая...
Переводит на меня расфокусированный взгляд.
Мы молчим...
Сползает с кушетки в бок, встаёт лицом к окну.
У меня огромный барьер на проявления чувств в быту. С ним сделать никогда ничего не получалось. Нас так воспитывали... Покер-фейс - это интеллигентно и правильно, щенячьи радости - дурной тон, слабость.
Если меня и срывает, то только от чувств негативных.
В сексе - пожалуйста. Легко выдаю с обоими знаками. А вот так - обнять, пожалеть, посмеяться в голос... Затык.
Я обычно... логикой... поступками... выражаю свои чувства.
Но с Зотовой это не прокатит. Эмоциональная... Как Лера. Ничего не аффективного сейчас не воспримет. ЧТо там дочь говорила надо делать? Обнять?
И я, ломая этот барьер, словно сам не свой ищу в себе то, что ей надо.
- Тая... - обнимая за плечи, прижимаю к себе спиной.
Внутри опять бушует буря! Я быстро и сбивчиво дышу в нежное ушко...
Мне хочется трахнуть ее здесь на подоконнике горячо, грубо... Потому что там все мои эмоции, я ей хочу их дать. Чтобы выключить ненадолго мозги. Потом тихо уволить. А потом попробовать построить какие-то отношения. И крутил я ее кольцо на пальце... Сниму! Вне клиники это вообще мало меня ебёт - нормы приличия. Но... это моя версия. Это не ее версия!
Неожиданно она разворачивается и прячет нос на моей шее. Я чувствую что он мокрый. Вот теперь - плачет. Ну, черт...
Поднимаю ее лицо ладонями, заглядываю в глаза.
Накрывает... Почему-то нежностью...
Ты едешь крышей, Хасанов. А тебе нельзя.
- Как мужчине мне хочется тебя защитить, - шепчу ей в губы, стараясь не слететь с катушек. - Очень хочется. Очень...
Отвожу пальцами прядь волос за ушко.
- Как врач, обязан уволить, - сглатываю я. - Я, честно, с трудом понимаю, как это совместить. Но... я буду искать способ.
Прижимаюсь к ее солёным губам своими. Замираю от подкативших эмоций...с тихим рычанием, впиваюсь в нее глубже!
Она мягкая и податливая...
Касаюсь ее теплого языка...
Не отвечает совсем.
- Стоп! - аккуратный толчок в грудь.
А меня никогда женщины не отталкивали. Вообще никогда! Это опять сбивает. Теряюсь...
- Мне так не надо!
Прищуривает гневно слезящиеся глаза. Шмыгает носом.
- Я уверена, ясно? Уверена. Несколько раз проверила после того, как сшила. Все было правильно.
Опять отворачивается к окну.
- Таисия... Это ты накосячила. Ничего не поделаешь. Медсестра - тоже. Но ты - больше!
- Вы мне мешаете, Руслан Таирович.
- Чему именно?
- Думать.
Обескураженно зависаю.
- Хм... Хорошее дело - думать.
- Уходите!
- Окей...
Ну, блять, чего ты такая сложная девочка?!
Выхожу из подсобки, стоя в коридоре, наблюдаю, как размазывая тушь, вытирает слезы и начинает листать назначения в подложках. Хмурит свои красивые брови, перебирая листы.
- Зайди ко мне. Ну... Как "подумаешь"...
- Дверь, пожалуйста, - сурово.
Какая уверенная... Огрызается.
Это, надо признаться, вызывает внутри меня раздрай. И машинально начинают лезть мысли - а как ещё это могло случиться, если это таки не Зотова.
Но это, блять, Зотова! Никак по-другому случиться не могло, если откинуть фантастику.
Просто мне очень жаль терять ее как сотрудника, и мне не хочется быть орудием наказания, да. И я ищу оправдания. Вот и все!
Проходя мимо палаты Бойко, заглядываю. Возле него пока дежурит Анохина. Подхожу. Смотрю на него. Он под снотворным...
Замечаю краем глаза, как трясутся руки у Ксении. Тоже впечатлилась?
Ловлю ее запястье, считаю пульс. Он шкалит... Руки ледяные, мокрые... И носогубный треугольник белый.
- Как себя чувствуешь?
- Нормально, - сдержанно.
- Попроси у Ирины Васильевны спазмолитик.
- Да мне не надо! - вздрагивает голос.
- Тебе может и не надо. А моим пациентам надо, чтобы рядом с ними были здоровые сконцентрированные врачи. Быстро!
Ухожу к себе.
Сидя в кресле кручу личное дело Зотовой. Ни одного выговора, ни одного нарекания. Пионерка-отличница. И диплом - красный. А красный диплом в меде - это или большие деньги или аховая упертость и усидчивость. У меня, например, не красный. У брата тоже - не красный.
 
Да чтоб тебя, Зотова. Как ты могла?!
Персонал носится по отделению, проверяя все документы пациентов и доводя все до совершенства. Потому что знают, я сейчас пойду проверять. И не дай Бог...
- Ирин, сходи за кофе, пожалуйста, - выглядываю я.
- Я не могу, у меня аврал, - перебирает амбулаторные карты. - Зотову отправьте...
- Да чего уж после драки кулаками махать, - киваю на карты. - А Зотова у нас занята.
- Чем?
- Думает.
- Одна из немногих, прошу заметить!
Защищает...
- Не сыпь мне соль... Иди. И себе купи.
Разглядываю фотку в личном деле. Совсем девочка там. Она и сейчас девочка. Толковая...
Как так, а?!
Ты ее сейчас уволишь, Хасанов, и она тебя близко не подпустит. Выйдет за своего Варшавина!
И чо, блять, теперь?
А там, на ужине она мне ответила... Не только на поцелуй.
Вспоминаю, как сжались ее пальцы на моем теле. Как язык лизнул мой в ответ и зубки горячо впились в губу!... Огонь девочка!
Морщась, со стоном поправляю ширинку, закатывая глаза.
- Да пиздец...
Внезапно дверь распахивается без стука. Таисия решительно залетает в кабинет. Босая! По боевому сдув прядь с лица, шлёпает передо мной подложками.
От неожиданности и напора приходится отпрянуть назад.
Вопросительно дёргаю бровью.
- Это что за атака?
- Я же сказала - не мой косяк! Смотрите...
Вынимает из зажима назначения.
- На каждом из листов вверху написана фамилия пациента! Но зажим, прижимая первый лист не даёт ее видеть на остальных. Медсестры редко вытаскивают и проверяют, надеясь на врачей.
- Да, медсестра тоже виновата. Но подшила его туда ты!
- Да, подождите!! Я не всё сказала, - нависает надо мной. - Берём назначения Бойко. На первом листе процедуры, на втором - препараты. На первом листе две дырки от степлера, на втором...
Переворачивает.
- Четыре! Берём назначения второго моего пациента. Тоже самое - тут две, тут четыре. Меняем местами! И... лишние дырки теперь совпадают! Кто-то взял с моего стола в ординаторской подложки и аккуратно переколол последние листы, вот. Посмотрите какие дырочки корявые, они не степлером пробиты. И я НЕ накосячила! - яростно. - Меня тупо подставили! Потому что сделать это можно было только намеренно! У Вас тут полный бардак с персоналом, Руслан Таирович! - задыхается от возмущения, выпрямляясь.
Хлопаю глазами на эту нахалку. Но... права!! Бардак полный, руки связаны.
- И вот... - обходит стол.
Берет в ладони моё лицо, впивается на мгновение в губы.
- Оу... - замираю, вжимаясь от неожиданности затылком в подголовник.
Пытаюсь поймать поцелуй, но уже поздно. Быстро отстраняется.
Уверенным шагом идёт к выходу.
Так ... Так-так-так! - пытаюсь собраться я.
- Стоять! И как я это по-твоему должен доказывать?!
- Вы заведующий, бардак у Вас, Вы и доказывайте!
Хлопает дверью.
Шокированно ухмыляюсь. Вот это огонь!
 Глава 21 - Дело принципа 
- Горыныч зайди, в карты поиграем.
- Че-го?...
- Зайди, говорю...
Скидываю вызов, забираю журнал с поста, переписываю всех дежуривших на отдельные листочки.
Раскладываю на столе.
Горыныч заходит, разглядывает мои карты.
- Есть версия, что это была подстава.
Объясняю ему расклад.
- Ну... Если откинуть эмоции, то карта Таи тоже должна быть на этом столе, - пожимает он плечами.
- Ты думаешь она могла такое намутить задним числом, чтобы попробовать оправдаться в моих глазах?
- Вообще - нет. Не думаю. Но если мы играем в Пуаро, то нельзя исключать и этот вариант.
- Согласен.