Затмение

– Ты серьёзно? – донёсся до меня голос, полный надежды.
– Уговор есть уговор, Анечка, – спокойно ответила я. – Я больше не потревожу Жана.
Удивительно, но я говорила от души.
– Спасибо, Рита. Будь счастлива. Ты заслуживаешь этого как никто другой.
– Теперь буду, – уверенно заявила я и, дёрнув ручку двери, одарила женщину в застиранном домашнем халате искренней тёплой улыбкой.
Выйдя на улицу, я уже сомневалась, по праву ли я поблагодарила Аню за едва уловимые перемены, произошедшие в моём сознании. Или процесс был запущен много раньше, а сегодняшним вечером всего лишь достиг своего апогея?
Я стояла посреди пустынного двора, прислушиваясь к себе. Такое спокойствие на душе, такая небывалая благодать. Откуда? И я как будто была не я. Или я, но скинувшая с плеч некую непосильную ношу. Что за ноша, что за камень с души? Подняла голову и посмотрела на окна квартиры Жана, в которых горел свет. Подумала о нём. И ничего не почувствовала. Ни привычного головокружения, ни лёгкого покалывания в кончиках пальцев, ни холодка, пробегающего по всему телу. Неужели всё кончено? Неужели отпустило? Разлюбила? На секунду я испугалась, что это всего лишь временное явление, вызванное нелицеприятным видом, в котором сегодня Жан предстал передо мной, и его подлым предательством. Но что-то мне подсказывало, что это больное навязчивое чувство по отношению к нему, которое я называла настоящей любовью, покинуло меня безвозвратно. Как будто пелена упала с глаз, как будто снизошло озарение, пробудившее мой затуманенный разум. Затмение. Затмение, под воздействием которого я находилась так много лет, наконец отступило.
Я так и стояла, задрав голову вверх. Моему взору открылась неправдоподобной красоты картина. Чёрное небо, усыпанное яркими звёздами (непонятно откуда взявшимися в это время года, в такую погоду), а на фоне него вальсирующие пушистые снежинки, некоторые из которых таяли на моём лице, задерживались на ресницах. Мне даже показалось, что я слышу музыку, под которую так захотелось закружиться в вальсе, вообразив себя невесомой снежинкой.
Что-то ещё в моём мироощущении показалось мне очень новым, очень непривычным и давно позабытым. Свобода! Такой свободной, как сейчас, я не чувствовала себя ни когда тринадцать лет назад Жданов увозил меня из следственного изолятора в Москве, ни когда спустя десять лет мне представилась возможность навсегда покинуть базу, ни даже когда у меня наконец появился шанс открыться обществу и перестать быть осуждённой за тройное убийство.
Упиваясь неожиданным озарением, я медленно, очень аккуратно, будто боясь растерять нечто только что приобретённое, прошла к своей машине. Сев внутрь, я долго не могла сообразить, что делать дальше. Машинально включила зажигание, дальний свет, дворники.
Из благостного оцепенения меня вывела трель мобильного в сумочке. Звонил Влад.
– Дорогая, ты где? Мы уже заждались тебя. Дети одеты, причёсаны. Ты бы видела, как они хороши! Сонечка просто фея в платье, которое ты выбрала для неё. Твой наряд, кстати, тоже уже доставили с курьером. Ты скоро?
– Я уже освободилась. Но буду дома не раньше, чем минут через сорок. Очень сильный снегопад. Вы не ждите меня, тебе же нельзя сегодня опаздывать. А я обязательно поспею к началу церемонии.
– Хорошо, до встречи в Центре.
Я кинула мобильный обратно в сумочку и поспешила немедленно покинуть двор. Едва выехав на шоссе, я вдавила педаль газа в пол. Сорок минут – это целая вечность. Мне нужно очень спешить к своей любимой семье, к своему любимому мужу.
   
Эпилог
Буквально влетев в тёмную прихожую нашей квартиры и скидывая на ходу верхнюю одежду, я включила свет во всех комнатах. Меня, конечно же, не дождались. Но я ничуть не расстроилась из-за этого. Следы торопливых сборов были видны повсюду. Я остановилась посреди гостиной и с нежным трепетом в сердце огляделась по сторонам. Квартира, ставшая для нас первым пристанищем по возвращении с базы, казалась пустой как никогда. Дело в том, что на следующей неделе у нас намечался переезд в особняк, построенный в элитном подмосковном посёлке под чутким руководством Влада. Туда и перевезли почти всю мебель из этой съёмной квартиры. Только сейчас я впервые задумалась, как же здорово, что у нас и наших детей наконец появится своё собственное жильё, семейное гнёздышко. Раньше я без всякого энтузиазма слушала рассказы Жданова о строящемся доме. Меня куда больше занимали мои собственные проблемы.
Удовлетворённо вздохнув, я побежала в спальню, где на кровати меня ожидало вечернее платье от модного итальянского дизайнера, присланное прямо из Милана. Я познакомилась с этим модельером пару месяцев назад, когда он гостил у Боя. Они буквально настояли на том, чтобы снять с меня мерки. Вспомнив о готовящемся мероприятии по снятию Затмения, я согласилась. И теперь, глядя на это произведение искусства цвета топлёного молока, аккуратно разложенное на тёмно-бордовом покрывале моей кровати, я мысленно поблагодарила и Боя, и его талантливого друга. Сегодня, именно сегодня, когда я собиралась ступить на порог новой счастливой жизни, этот наряд был как нельзя кстати.
Пока я любовно натягивала на себя платье, которое в итоге село аккурат по фигуре, мой взгляд упал на трюмо (мебель из спальни ещё не успели перевезти). На туалетном столике перед зеркалом красовалась чёрная бархатная коробочка прямоугольной формы. Я подошла поближе и, аккуратно приоткрыв крышку, невольно зажмурилась – так сверкали и переливались усыпанные бриллиантами серьги и ожерелье.
Примерив щедрый подарок мужа и отметив, насколько украшения гармонируют с нарядом, я принялась вносить последние штрихи в свой образ – собрала завитые волосы на затылке (посещение парикмахерского салона я «прогуляла») и освежила макияж. Выудив из шкафа клатч под цвет платья и накинув светлое норковое манто, я заторопилась к выходу. В прихожей, пока я натягивала сапоги, внимание моё привлекло мелькнувшее в зеркале отражение. Моё отражение. Но поняла я это не сразу. На меня взглянула какая-то незнакомая мне женщина – красивая, грациозная, уверенная в себе и как будто подсвеченная изнутри. Я так и замерла напротив собственного отражения, напротив образа, к которому я всегда стремилась. Мне даже стало немного не по себе – неужели всё, чего я добивалась в жизни, так внезапно оказалось у моих ног? Любящий и любимый муж, прекрасные дети, деньги, слава, красота, молодость и даже, я бы осмелилась сказать, мудрость. И к чему же мне теперь стремиться? На этот вопрос мог ответить только самый умный и проницательный человек на земле – мой муж Владислав Жданов. Именно поэтому я, не мешкая более ни секунды, захлопнула за собой входную дверь и поспешила вниз по лестнице, которая вела на подземную стоянку жилого комплекса. Там меня ожидал автомобиль, заказанный Владом по случаю сегодняшнего вечера. Он уже доставил в Центр и мужа, и детей и теперь вернулся за мной.
Водитель, облачённый в строгий костюм, распахнул передо мной дверцу чёрного «Бентли», и я, чуть было не ахнув от восторга, нырнула на заднее сидение. В этот момент мне представилось, что я Золушка, опаздывающая на бал и горячо жаждущая встречи со своим принцем. Как забавно, вечер только начинался, а уже так походил на настоящую сказку.