Истинная на двоих, или Краденая невинность

Если буду упираться, то банально опозорюсь, потому что сама не доберусь до уборной.
Я все-таки кивнула, и по телу от загоревшейся зелени в глазах Армана пошли мурашки.
Он принёс меня к отхожему месту и, аккуратно спустив с рук на здоровую ногу, подставил локоть для опоры.
— Я тебя позову, — закусив губу, я покраснела еще гуще. Невыносимо оказаться немощной рядом с ним.
Коротко кивнув, оборотень отвернулся и мягко выскользнул за дверь.
Было стыдно, но и как-то… интимно. Будто эта маленькая забота сделала нас ближе и роднее. Я понимала, что это обманчиво, но все равно почему-то улыбалась. Надеюсь, лекарь не напоил меня настойкой от грусти. Для профилактики, так сказать, чтобы умерла счастливой.
Справившись, допрыгала до ужасно древнего бронзового умывальника и покрутила ржавый кран с водой, но умыться не смогла. Здоровая нога внезапно поехала на влажном полу и я, вцепившись в рукомойник пальцами, с трудом устояла, но зря потревожила больную ногу. Вскрикнув от дикой рези в голени, хотела податься к стене, но побрезговала — она была немыслимо замызганной, даже не хочу представлять чем, потому не удержала равновесие и выпала в проход, прямо в подставленные руки Армана.
— Похоже, пить мне придётся сегодня здесь, — улыбнулся оборотень и ловко оторвал меня от пола. Перенёс к кровати и осторожно усадил. Пододвинул стол и расположился на стул напротив. Потянувшись к графину, наполнил один из двух стаканов желтоватой жидкостью. — Будешь? — посмотрел на меня с зависшей в воздухе рукой.
— Что это?
— Лурийское десертное вино. Популярно у эртинцев. Попробуешь?
— Нельзя, наверное… Из-за ноги. Не хочу задерживать нас еще больше, спиртное может вызвать рецидив воспаления. Ты можешь идти, если хочешь. Я справлюсь.
— Можно и даже нужно, оно не крепче компота, — рассмеялся зеленоглазый, окинув меня оценивающим взглядом. — Зато в напитке много витаминов, а ты очень бледная, — наполнил второй стакан. — Останусь с тобой, — отсалютовал и залпом осушил сосуд.
— Арман, — сильно прикусила губу от стыда. Ненавижу быть слабой, а перед врагом… тем более. — Я руки так и не вымыла, — и слабо улыбнулась. Он не обязан меня таскать, но я не дойду.
Облизнувшись, оборотень снова подхватил меня на руки и легко, будто я ничего не весила, понес к уборной. Открыл кран и пригнулся так, чтобы мне было удобно.
От него приятно пахло: цитрусовыми фруктами и мятой, чувственные губы изогнулись в чувственную линию, а зрачки сузились до незаметных точек, почти утонув в сочной зелени радужек.
Холодная вода потоком хлынула на ладони, и я заставила себя оторвать взгляд от Армана. Нельзя так. Я привязываюсь ко врагу и это жестоко.
Я охладила пальцы, напиталась немного магией. От слабости все резервы опустели почти до дна.
Пользуясь тем, что в люльке мужских рук было безопасно, я поднесла ладони к лицу и старательно умыла глаза, губы и шею. Немного намочила волосы и расстроились, что они снова жутко спутались. Дома меня всегда расчесывала компаньонка, часто жалуясь, что густота моих прядей — для нее настоящее мучение. Но и восхищалась в конце работы, что красивей моих чуть завитых черных локонов она в жизни не видела.
— Я все, — перевела взгляд на Армана. Зря тянула, у него же рука больная.
Через намокшую от брызг тряпицу просочилось несколько капель крови, но оборотень не подал вида, что ему больно.
Понёс меня обратно, а когда проходил мимо двери, в неё постучали.
Быстро усадив меня на кровать, ринулся к выходу.
А когда Арман исчез в коридоре, до меня донёсся мужской голос:
— Ваше вы…
Дверь со скрипом захлопнулась, и я осталась одна. Я бы вскочила, послушала, что там происходит, но не рискнула.
«Ваше вы…» — что пришедший имел в виду?
Может, там «и»? Ваше вино? Или «ваше выстиранное белье». Нет, вряд ли…
«Ваше Высочество?»
Тоже нет. Арман ведь не из интеллигентной родовитой семьи. Не похож. И он заикался, что воспитывал его отчим.
Оборотня не было так долго, что я успела умять тарелку супа, пирожок и запить это все кружкой вина. Арман называл его лурийским десертным, хотя на вкус этого не скажешь. Сладковатое и немного терпкое оно мигом ударило в голову. Боль в ноге притупилась, а щеки запылали.
Раздалось три коротких стука. Я метнула взгляд в приоткрытую дверь, и в комнату заглянула совсем ещё юная девушка.
— Простите, что тревожу, — задрожал её тонкий голосок. — Мне приказали навести порядок в уборной. Позволите? — и посмотрела на меня большими щенячьими глазами.
— Конечно, — я укуталась в одеяло, легла на бок, проводила взглядом прислугу и, вытянув ногу, внимательно рассмотрела рану.
Лекарь хорошо поработал: вычистил мертвые ткани, зашил прозрачной нитью и убрал воспаление. Явно без магии справился, потому что кожа под скобами прилично ныла и чесалась.
С волшбой все это зажило бы быстрее, конечно, но и так сойдет. Не представляю, как оборотни без магии на войне справляются. Наверное, вербуют ветронцев. Тамуа ведь моя землячка, вот почему она в лесу и помогает псам.
В уборной что-то загрохотало.
— Простите, — заверещала перепуганным голосом прислужница, выглянув из двери. Она кулачками вцепилась в белый фартук, на котором стремительно разрасталось синее пятно. — Я тут совсем недавно, — стала оправдываться, и в болотного цвета глазах замерцал фосфор. Эртинка, значит. — Извините, — девушка поклонилась. — Я все сейчас уберу, только не говорите вашему спутнику, — в глазах девушки промелькнуло что-то похожее на страх, но губы лукаво изогнулись в усмешке.
Я кивнула, но насторожилась. Странная девка. Что там в уборной можно убирать так долго да и еще перевернуть? Но проверять было неохота, меня клонило в сон, потому я отвернулась на другую сторону кровати и, крепко закутавшись в мягкое одеяло, уснула.
— Замолчи, — сквозь сон пробился шепчущий голос Армана.
Я не подала вида, что проснулась.
— Да она спит, — раздался знакомый женский голосок. Та же прислужница. — Не бойся, я вас не выдам, хотя Шиины рыщут в округе. Они хотят её убить.
— Не получится, — грубо прорычал оборотень, но сделал это максимально тихо. Кровать у моих ног скрипнула и прогнулась. — Ты знаешь силу моего дара, — хмыкнул самодовольно. — Я не подпущу врагов к себе близко.
— Не думаю, что ты сможешь воздействовать на целый отряд Шиинов, — рассмеялась девчонка.
— Уходи, Калли, — яростно прошептал Арман, — и не смей больше появляться в этой комнате.
— Да ладно, — неприятно хихикнула девица. — Интересно же было посмотреть на твою истинную. С ней ты такой же страстный, как и со мной?
— Проваливай! — тише, но злобно протянул оборотень.